Должник
Шрифт:
Но нет – мелькающая земля под ногами, одышка осени, одноликая песнь ветра, собственные жажда и потерянное безумие пробуждают, потрясают его… Он возвращается из бездонного эпицентра в реал, очень зыбкий реал, такой же зыбкий, как все, поэтому ему не осталось разницы, где он и что с ним, он просто дал волю желанию, желание несет его к цели, точнее, оно само несется к цели. Реверс сейчас весь стал желанием, потому что больше в нем ничего и не было. Кроме оттенка – оттенка дня. Оттенка не забытого, того самого, являющегося коренной причиной всех желаний и нежеланий, квинтэссенцией того
Давай, пожалуйста, только дотяни… Не дать слабины, быть стержнем, каменным столпом, увенчанным орлом – олицетворением свободы и непобедимости. Только так, только пройдя и прочувствовав, станет так, как должно стать, будет свет там, где свет, и тьма там, где тьма… И Реверс будет Реверсом. Потому что – возвратился.
Новоявленным победителем, или героем, или полным мутантом, прошедшим весь путь к тому, чтобы стать сущностью, замеченной Зоной, яркой деталью, вычлененной из общей картины. Не важно, как назвать, хотя первый вариант как-то ближе, напоминает о самом первом имени, которым его назвали родители. В очень далекой сейчас, нормальной жизни, окончившейся, когда он первый раз ушел сюда, в один из плацдармов внеземной реальности, которые она захватила…
Для того чтобы развивать наступление??? Вопрос вопросов.
Не ошибиться бы с правильным ответом, не вложить бы в него земные представления о том, что такое жизнь, а что такое смерть.
Вместо эпилога
Последние шаги разделяли Реверса и черный зев тоннеля, уводящего в недра холма. Сталкер не шел, а плелся, едва разбирая дорогу под ногами. Позади все еще чудились выстрелы и топот ног преследователей. Изнуренный нарушитель границы стремился к входу, на последнем дыхании переставляя нижние конечности.
В потайном кармане у него прятались вещицы, которые в иных обстоятельствах спасли бы жизнь. Но сейчас ничем не могли помочь. Обездвиживающий патрон скорее для друзей, а не для врагов. За деньги здесь и сейчас жизнь купить нельзя. В безразмерный «кисет» складывать нечего, все действительно важные для сталкера материальные объекты умещаются как раз в этом кармане. Пара других зонников могут поправить состояние здоровья или напрочь отобрать его у врага, а фиолетовая пыльца – сейчас просто красивенький порошок. Под его воздействием он мог бы вернуться в любую точку, где уже побывал. Но этот зонник ничем не мог помочь в познании дороги, еще не пройденной.
На очередном будущем этапе которой подстерегал новый враг. Реверс жестоко ошибся, подумав, что, кроме собственного израненного тела, никто и ничто не помешает ему войти в зев. Не все испытания остались за спиной.
Дикий рев всколыхнул пространство, разодрал воздух и добил ударным отзвуком до верхушек деревьев и крыш, уцелевших на некоторых домах Межреченска. По склону сверху ссыпалась массивная глыба, заставив Реверса броситься на землю и перекатом увести себя с линии атаки.
Ну, как же без него! Винни-пух. Негласный пахан прямоходящих зонных мутантов.
И эта образина преградила путь сталкеру, вынудила его затормозить, чтобы биться насмерть в паре шагов от желанного входа. Сойтись с этим монстром в поединке за жизнь – вот что преподнесла не пройденная дорога.
Лапы разили. Мутированный медвед использовал в бою весь их потенциал. Попадание такой лапы в голову было равносильно удару бревном, утыканным гвоздями. И, выжимая из себя последние капли сил, Реверс вертелся, как угорь на сковородке, наворачивая зигзаги вокруг монстра. Вскакивал и снова падал. Метался, словно муха на кухне, уворачивающаяся от взмахов полотенцем. Только кухня здесь адская, беспощадное пекло Трота.
При этом Реверсу приходилось еще и стрелять. Пули усвистывали куда попало, так как целиться, постоянно двигаясь и кувыркаясь, было невозможно. А ведь надо бы сохранить патроны, вспыхнуло в мыслях напоминание. Вдруг понадобятся там, внутри холма…
Но куда там! Оружие проглотило боезапас за обе щеки. И без того неуклюжий, нашпигованный пулями мутант едва передвигался. У Реверса в распоряжении остался только комплект последнего шанса – нож и граната. Все.
Требовалось моментально решить, как скормить винни-пуху гранату. С ножом-то против громадины и ловить нечего. Уязвимы в основном лапы и голова, так как брюхо и спина покрыты твердыми чешуйками. Вот если бы удалось лишить противника ходовых конечностей…
Большинство выстрелов, хоть как-то поразивших тварь, сталкер направлял в нижние лапы, но этого было недостаточно, чтобы нейтрализовать хотя бы одну, а голова почти не пострадала, только левое ухо отстрелено.
Придумать. Придумать. Придумать. Изобрести способ. Медвед все время напирал, и дистанция, их разделяющая, совсем короткая. Не под ноги же себе гранату бросать! Вот если б можно было обоим сдохнуть, тогда Реверса не парили бы такие мелочи, но здесь и сейчас его жизнь приобрела драгоценность как никогда… Позволить себя убить практически в створе входа?! В шаге от вожделенного зева пожертвовать собой – красиво, но обесценивает все принесенные жертвы. И долг еще не возвращен, тот, ради которого он вернулся.
Провести монстра по абнормалям? Хорошая схема, но до ближайшей далеко, шагов тридцать. С каким трудом Реверс протащился это расстояние! Тогда уж лучше сдохнуть, чем бежать назад. Да и если реально прикинуть возможности – из-за ранения быстро двигаться не получится, и максимум на середине расстояния враг его догонит.
Но другого способа нет. Попробовать хотя бы. Ясно, что не выгорит, но времени на раздумья не осталось – не торчать же столбом, пока тебя не прикончат. Медвед уже рядом и торжествующе ревет, подымая лапы для завершающих ударов…