Долина страха
Шрифт:
– Как, на твой взгляд, он много знает?
– с тревогой спросил он у Макмердо.
Макмердо мрачно пожал плечами.
– Он здесь уже давно, недель шесть по крайней мере. И приехал в здешние края не бизнес заводить. Если все это время он работал среди нас и получал финансовую поддержку от железнодорожной компании, надо полагать, кое-какие сведения он раздобыл и успел отправить по инстанции.
– Но в нашей ложе нет малодушных людей!
– заспорил Макгинти.
– Наши все тверды как сталь. Вот разве только -
– этот жалкий трус Моррис... Может быть, он? Если нас кто-то выдает, то он, больше некому. Я думаю, не послать ли прямо сейчас к нему пару-тройку ребят, чтобы дали ему взбучку и попробовали у него что-нибудь выяснить?
– Что ж, худа от этого не произойдет, - ответил Макмердо.
– Вообще-то, честно сказать, я к старому Моррису отношусь хорошо, и если он пострадает, мне будет его жаль. Он раза два обращался ко мне с разговором о делах нашего общества, и хоть смотрит он на них, может, не так, как ты или я, но на доносчика, я бы сказал, совсем не похож. Однако же не мне становиться между тобой и им.
– Ну нет, я с ним разделаюсь, со старым чертом!
– прорычал Макгинти.
– Я весь последний год с него глаз не спускаю.
– Тебе виднее, - пожал плечами Макмердо.
– Но что бы ты насчет него ни надумал предпринять, придется отложить до завтра. Нам сейчас надо затаиться, покуда не управимся с агентом Пинкертона. Сегодня ворошить полицейское гнездо нам никак нельзя.
– Твоя правда, - согласился Макгинти.
– Да и узнать, откуда Берди Эдвардс получал информацию, мы сможем уже сегодня, от него самого, даже если для этого понадобится вырезать у него сердце. Как тебе показалось, он не почуял ловушку?
Макмердо рассмеялся.
– Я нащупал у него слабую точку, - сказал он.
– Чтобы выследить «метельщиков», он пойдет хоть в самый ад. Он дал мне денег, - Макмердо, ухмыляясь, достал из кармана пачку долларов.
– И столько же отсчитает еще, когда увидит все бумаги.
– Какие бумаги?
– Никаких бумаг, ясное дело, нет. Но я наговорил ему с три короба: и про устав, и про своды правил, и про списки новых членов. Он рассчитывает, что до всего докопается.
– Докопается, как же, - свирепо осклабился Макгинти.
– А он не спрашивал, почему ты с собой эти бумаги не принес?
– Да разве я мог брать с собой такие документы? Я же нахожусь под подозрением, капитан Марвин даже сегодня на вокзале ко мне подкатывал.
– Да, слыхал, - кивнул Макгинти.
– Боюсь, тебе в этом деле хуже всех придется. Тело-то мы можем сбросить в старую шахту, но как ни крути, того, что он жил в Хобсон-Пэтче, не спрячешь, а ты туда сегодня ездил, и они об этом узнают.
Макмердо опять пожал плечами.
– Если мы всё сделаем чисто, они не смогут доказать, что было убийство. Он придет затемно, никто ничего не увидит. Ну и как уйдет, тоже, понятное дело, никто не увидит. А теперь вот что, советник. Я сейчас изложу поподробнее свой план и попрошу вас растолковать его остальным. Вы все прих[?]дите заблаговременно. Очень хорошо. Он явится в
– Просто и ясно.
– Да. Но следующий шаг надо обдумать. Его так просто, голыми руками не возьмешь, он вооружен и вооружен хорошо. Я, конечно, навешал ему лапши на уши, но думаю, бдительность он не утратит. Скажем, я впускаю его в комнату, а там семь человек вместо одного меня, как он ожидал. Подымется стрельба, кого-нибудь непременно ранят.
– Что так, то так.
– Да еще на выстрелы заявятся все фараоны, сколько их есть в городе.
– Сдается мне, ты прав.
– Если послушаете меня, я бы поступил так. Ваша семерка усядется в большой комнате - вы ее видели, когда приходили потолковать со мной. А его я приглашу войти в маленькую гостиную, рядом с входной дверью, и попрошу там подождать, пока я схожу принесу бумаги. Это даст мне возможность зайти к вам и доложить обстановку. Затем я возвращаюсь к нему с какими-нибудь поддельными бумагами. Он принимается читать, и тут я набрасываюсь сзади и заламываю ему правую руку. Вы услышите, что я вас зову, и бросаетесь со всех ног в малую гостиную. Тут чем скорее, тем лучше, он парень крепкий, не слабее меня, я могу один с ним не сладить. Но до вашего появления, думаю, удержу его.
– План хорош, - сказал Макгинти.
– Наша ложа будет перед тобой в долгу. Когда я освобожу это кресло, мне, полагаю, легко будет назвать своего преемника.
– Ну что вы, советник, - скромно возразил Макмердо, но на лице у него было написано, как он отнесся к похвале великого человека.
Вернувшись домой, Макмердо занялся приготовлениями к предстоящему вечеру. Прежде всего он почистил, смазал и зарядил свой револьвер смит-вессон. Затем оглядел комнату, которая должна была стать ловушкой для сыщика. Комната довольно просторная, в середине - длинный сосновый стол, сбоку - большая печь. Три остальные стены прорезаны окнами без ставен, закрытыми только шторами. Макмердо внимательно исследовал окна. Ему, конечно, не могло не прийти в голову, что это помещение слишком хорошо просматривается для такого тайного дела. Но зато дом стоит в стороне от улицы, так что это уж не особенно и важно. В заключение он переговорил со вторым жильцом. Сканлан, хотя и «метельщик», был незлобивый человек, у него, правда, не хватало характера идти наперекор товарищам, и в глубине души он ужасался кровавым делам, в которых его иногда заставляли принимать участие. Макмердо вкратце рассказал ему, что тут должно произойти.
– Будь я на твоем месте, Майк Сканлан, - заключил он свой рассказ, - я бы взял отгул и немедленно исчез. В этом доме нынче прольется много крови.
– Да, ты прав, Мак, - ответил ему Сканлан.
– Умом-то я со всем согласен, но вот духу не хватает. Давеча на шахте, когда увидел, как упал управляющий Данн, думал, у меня сердце остановится. Не создан я для таких дел, не то что ты или Макгинти. Если в ложе обо мне не подумают худого, я и вправду поступлю по твоему совету - оставлю вас на сегодняшний вечер.