Долина магов

Кудрявцев Леонид Викторович

– А я – вампирша, – весело сказала Лисандра. – И что же вы теперь со мной будете делать? Пойдете в ближайшую рощицу, вырежете осиновый кол и, проливая горькие слезы по моей загубленной жизни, воткнете мне его в сердце?

Она снова улыбнулась, поймала целую горсть летавших в воздухе семян и кинула их в сторону Хантера. Семена были очень легкие и, не долетев до охотника, повисли в воздухе пушистым белым облачком.

Хантер подумал, что на месте Лисандры он бы себя так беспечно не вел. Все-таки

это были семена священного дерева. Кто знает, как они действуют? Да и семена ли это в самом деле?

Насколько он помнил, у черных магов был ритуал, согласно которому они каждый год открывали один плод священного дерева, брали десятка полтора семян и, проделав с ними какие-то таинственные манипуляции, развеивали их по ветру. После этого они торжественно сжигали оставшиеся семена, и ритуал заканчивался. Смысл его так и остался для Хантера полной тайной.

А жаль. Чем-то он был для магов очень важен. И вряд ли они рассеивали семена священного дерева для того, чтобы оно распространилось по всему миру. Будь так. то хотя бы некоторые из этих семян уже могли и прорасти. Однако этого не случилось. Во всем мире пока существовало только одно священное дерево.

Существовало.

Хантер покосился на оставшийся от дерева пенек и вдруг понял, что за последние пятнадцать минут он сильно уменьшился. Наверняка он будет уменьшаться и дальше.

«Ну и ладно, – подумал Хантер. – Мы и добивались того, чтобы эта штука убралась из нашего мира. Интересно, что останется на месте пенька, когда он исчезнет вовсе? Яма? Ровное место?»

И еще семена... Все-таки чем они являются? Когда бомба разнесла дерево, выяснилось, – что каждый висевший на его ветках плод был под завязку набит этими семенами. Причем вполне созревшими. Почему лендлорды открывали только один плод в год?

Хантер устало прикрыл глаза. Все тело у него болело, словно его усердно обработали молотильным цепом. Теперь можно было отдохнуть. И забыть, к чертовой бабушке, обо всем... обо всем... даже о семенах священного дерева.

После взрыва их всех буквально засыпало этими семенами, и если они в самом деле чем-то опасны, суетиться поздно. Остается только ждать и надеяться, что пронесет.

– Кстати, – сказал Христиан. – Лисандра., а тебе обязательно пить именно человеческую кровь? Вампирша хитро улыбнулась.

– А тебе обязательно есть пирожные, пить пиво, лопать жаркое? Может быть, ты можешь прожить на заплесневелых сухарях и обычной воде?

– Если надо будет, то смогу, – твердо сказал Христиан. – Если будет очень надо.

– А я – нет, – сказала Лисандра. – И вообще, я пошутила. Нужны вы мне! Вот посижу с вами, отдохну и полечу по своим делам. А если вы надумаете меня сейчас пришить, то лучше и не пытаться. И выслеживать меня смысла не имеет. Как вы заметили,

солнечный свет для меня теперь не опасен. А стало быть, мне вовсе не обязательно спать днем. Как вы меня теперь выследите?

Хантер подумал, что она права. Конечно, она – монстр, которого следует убить. Вот только сейчас у них не было для этого не сил, ни возможности. И вообще, почему именно эта вампирша постоянно появляется на его пути? Случайность ли это? Почему она раз за разом спасает ему жизнь? Даже сейчас. Ведь она запросто могла швырнуть бомбу в него. Причем убила бы одним ударом двух зайцев. Уничтожила бы опасного врага и избавилась от бомбы. Несмотря на это, она швырнула бомбу в сторону, в дерево.

Почему?

Может быть она в него влюблена?

Хантер улыбнулся.

Нет, так не бывает. Любовь монстра и охотника на монстров?

А впрочем... почему и нет? По крайней мере это предположение многое объясняет. Очень многое.

Он открыл глаза и с интересом посмотрел на Лисандру.

Та сейчас же приняла очень недоступный вид и, снова собрав в воздухе горсть семян, кинула их в Христиана. Юноша взял на руки кота, подошел к Хантеру и, сев рядом, спросил:

– В самом деле, что мы с ней будем делать?

– А ничего. – сказал Хантер. – Она права. Если мы сейчас затеем драку, то она нас хорошенько отделает. Тебе надо было спросить о другом. Что она намерена делать с нами?

– Ладно, живите, – Лисандра милостиво махнула рукой. – Я не такая, как вы. Мне вовсе не обязательно, увидев кого-то на себя не похожего, сейчас же стремиться его во что бы то ни стало убить.

– Впрочем, – сказал Хантер, – у меня есть ощущение, что мы еще встретимся.

– Конечно, – промолвила вампирша. – Эта история еще не закончена. У нее будет продолжение. Обязательно будет. Потом.

Она довольно хихикнула, потянулась за новой порцией семян и вдруг удивленно уставилась на Хантера.

– У меня что, рога выросли? – спросил тот. Лисандра судорожно сглотнула, потерла глаза и снова посмотрела на Хантера, а потом и на Христиана. Лицо ее становилось все более и более удивленным.

– Что происходит?

Хантер встревожился всерьез. Лисандра была не из тех, кто занимается глупыми шутками.

– Не знаю, как насчет рогов, – хихикнула вампирша. – Но какие-то странные разноцветные нити у тебя на голове выросли точно. С ними у тебя довольно забавный вид.

– Нити? – ошарашенно переспросил Хантер.

– Ну да, они самые, – Лисандра весело засмеялась. – Кстати, они, оказывается, есть даже у кошки. Вот потеха-то, вот умора.

– Умора... – мрачно сказал Хантер. – Значит, это все очень смешно?

– Да что происходит? – спросил Христиан. – Ну, нити она какие-то увидела.