Долгое лето

Токацин .

– Чему там проясняться?!
– Речник уже начал сердиться.
– Нецис, ты...

– Не оррите на всю пустыню, - недовольно покосилась на них огромная белая кошка с широкими крыльями. Она парила в воздухе над дорогой, присматривая за путниками, ещё одна летала поодаль, над хижинами застенья. До ворот Эхекатлана, украшенных жутковатыми каменными масками, оставалось шагов двадцать, не более.

– Плохо дело. В надвратной башне - Вегмийя, - прошептал Некромант, вглядываясь в золотое пламя. Вся стена горела огнём от гладких золотых пластин, укрывающих её огненной чешуёй.

У Фрисса перед глазами вспыхнули алые пятна, и он отвёл взгляд.

Шестеро Гларрхна в кольчугах, с копьями иприлорской работы, стояли у ворот, и со стены на них непроницаемым взглядом смотрел воин в жёлтой броне. Высоко в небесах Фрисс разглядел пару точек - видимо, тонакоатли приглядывали за воротами. У надвратной башни сидели белые кошки, притворяясь статуями.

– Доброй ночи, странник. Великая Река - страна, достойная уважения, - степенно кивнул один из демонов-стражей, принимая от Фрисса несколько медных монет, похожих на расплющенные кольца.
– Проходи, постоялый двор в пяти кварталах отсюда на восток и в трёх на юг, на стене мозаика с драконом. Стой! А ты куда полез?

Гелин оскалил клыки, но Гларрхна скрестили перед ним копья и дружно приоткрыли клешни на хвостах. Демон с сердитым шипением подался назад, Фрисс шагнул к нему.

– Гелин идёт со мной, - сказал он, с недоумением глядя на стражей.
– Некромант тоже.

– Нет. Ты идёшь в город, а эти двое идут отсюда прочь, - ответил предводитель, не сводя хмурого взгляда с Нециса.
– И не предлагай деньги, мы не впустим в крепость таких пришельцев.

– Почему?
– спросил Речник, запуская руку в сумку. Ему не хотелось показывать Верительную Грамоту каждому встречному, но сейчас, кажется, без неё было не обойтись.

– Руки!
– прикрикнул на него Гларрхна.
– По закону Империи Кеснек.

– Я - посланец Короля Великой Реки, - тихо сказал Речник, - и я за них ручаюсь.

– Не моё это дело, но ты мог бы выбирать друзей более тщательно, - глаза демона сошлись в пылающие щели.
– Проходи, посланец Великой Реки. Твои спутники хорошо проведут ночь на городской свалке.

– Не надо, - прошептал Нецис, вцепившись в плечо Речника, потянувшегося к мечу.
– Они - сильные воины. Я попробую поговорить сам...

Он быстро нацарапал несколько строк на тонком обрывке велата и спустился со спины Гелина. Демоны направили на него копья, он показал им пустую ладонь и помахал листком.

– Страж Эхекатлана, - кивнул он предводителю, - выдели мне отию - хочу отправить послание. Это для Аманкайи Сонкойок, сестры чародея Алсека.

– Что? Ты знаешь Алсека Сонкойока?
– хеск неохотно взял листок.
– Ладно, жди.

На его плечо вспорхнул странный зверёк - ящерица с широкими перепонками между лап и "опахалом" вместо обычного тонкого хвоста. Цапнув послание, существо исчезло за воротами.

Путники отошли от стены, уступая дорогу анкехьо с бочками и веренице повозок, прицепленных к куманам. Ящеры сердито рявкали, махали хвостами и брыкались, погонщики никак не могли с ними сладить.

– Нецис, - Речник тихонько ткнул мага локтём в бок.
– А ты не говорил, что у тебя

здесь девица! Если бы я знал, раздобыл бы подарок, а так покажусь ей невежей. Что же ты молчал?!

– Фрисс, - Некромант посмотрел на него раздражённо, - у меня нет девиц где бы то ни было. О подарке я сам позаботился, не беспокойся.

– А, ну-ну, - покивал Речник и усмехнулся.
– И всё-таки скажи...

– Рраааууу! Дерржи ворра!
– из-за дальней ограды стрелой взмыл жёлтый крылатый кот и помчался вдоль стены. Перепуганные куманы заревели и сбились в кучу, повозки затрещали, двое стражников помчались за котом, остальные кинулись разнимать ящеров. Речник изумлённо мигнул и обнаружил себя высоко в небе, потом земля полетела ему навстречу, и Фрисс поневоле зажмурился.

– Нецис Некромант! Ну надо же, мы с Хифинхелфом только о тебе говорили! Холодный, как нежить, но живой - как и всегда!
– хихикнул невысокий, но широкоплечий Ти-Нау, обнимая мага. Тот, к изумлению Речника, порывисто прижал его к себе и прошептал что-то непонятное. Иприлор в красной накидке кружил вокруг, взволнованно размахивал хвостом и трогал за плечо то Нециса, то Ти-Нау.

Фрисс украдкой огляделся - он был в большой комнате, разделённой занавесью из циновок. За узкими окнами видны были крыши маленьких домов, дворы и крохотные огороды. Вдоль стены расположились постели, укрытые покрывалами из хорошего мелнока, поодаль - невысокий стол с ярким светильником-церитом и ворохом обрезков велата и папируса. На потолке висела здоровенная чёрная летучая мышь с очень знакомым взглядом.

– Я не надеялся застать тебя здесь, Алсек, - сказал Некромант, наконец выпущенный из объятий, и сел на краешек ложа, потирая плечи.
– И ты, Хифинхелф, тоже меня порадовал. На днях мы были в Мекьо... привет тебе от Феленхелфа с яруса солеваров. Давно вы здесь?

– Отец в добром здравии?
– спросил ящер, радостно скалясь.
– Я тут третий день. Пришшёл перед ссамой бурей, чуть не зассыпало...

– Всё хорошо. Мы тоже видели бурю, - кивнул Некромант, жестом приглашая Фрисса тоже присесть. Алсек шумно приземлился рядом.

– А я вернулся неделю назад, - сказал он, и улыбка с его лица исчезла.
– Пришёл навестить Аманкайю, а нарвался на клубок червей. Шесть особей, и все крупные, двигались с юга к реке. Перехватил их под самой стеной, хорошо, что Гларрхна не дремали. А потом пришла буря...

– Та, что была позавчера?
– спросил Речник. Алсек внимательно посмотрел на него и покачал головой.

– Позавчерашняя была третьей. Две первые прошли восточнее, вы их навряд ли могли видеть. Третья буря за неделю, Нецис, и ещё огнистые черви. Я такого давненько не видел.

– Сстолько сстранносстей... сслышали о нашшесствии нежити в Ирту и Онге?
– склонил голову набок иприлор.
– Южнее Кешштена замечали вереницы призрачных огней...

– Слышали, мы недавно оттуда, - нахмурился Нецис.
– Нежить поднимается повсюду, от Онги до Икатлана. Я сам осушил два источника Квайи. На севере та же беда с червями, мы с Фриссом видели их у городских стен. Там их пока сдерживают хищники...