Долгое лето
Шрифт:
– Нецис, постой. Так что, уже миновала ночь?
– В Мекьо пиры долгие, - усмехнулся Нецис.
– Вижу, тебе хорошо. Пусть остаток дня пройдёт столь же весело, а я отлучусь ненадолго - нашлось задание...
Речник удивлённо моргнул. Марево развеялось окончательно. Он придержал мага за плечо
– Погоди. Какое задание? Так тебя с умыслом позвали на пир?
Нецис тихо вздохнул и покачал головой.
– Чего ещё было ждать?! Да, я был нужен Метхалфу и всем солеварам, и Метхалф согласился терпеть меня на пиру, лишь бы его
– Нециссс, ты думаешшь так напрасссно, - иприлор, опустившийся рядом со странниками, был немного смущён.
– Мы надеемсся на твою помощь, это верно, но мы всссегда рады тебе в Мекьо, и вссегда мы приглашшали тебя...
– Конечно, ведь нежить лезет в соляные копи не первый год и даже не первый век, - нахмурился Некромант.
– Разумеется, вы рады тому, кто согласен разогнать её. А ведь драконы ещё здесь! Снова я предлагаю то, что предлагал уже: соберите отряд, вынесите все останки из могильников, всё, что там гниёт и притягивает Квайю, сложите для них погребальный костёр и очистите копи навсегда. Ну?!
Иприлор медленно покачал головой.
– Просссти, Нециссс. Мы уважаем тебя, мы тебя ссслушшаем, но мы не притронемссся к коссстям в логове Уйраксссота. Никто не сссогласситсся идти туда. Мы просссим тебя о защите от мертвецов, проникающих в копи, и мы готовы заплатить тебе пятьдесссят золотых зиланов...
– Не бойся, Метхалф, нежить я отгоню, - проворчал Некромант, стряхивая с плеча руку Речника и поднимаясь на ноги.
– Ночлег, еда и купальня для меня и моих друзей в плату не входят. Когда я вернусь, то пойду в свою обычную комнату, и пусть она будет готова к тому времени!
– Не сссомневайссся, - кивнул иприлор. Фрисс рывком поднялся на ноги и снова схватил Некроманта за плечи.
– Я иду с тобой, Нецис. Не знаю, сколько там нежити, но вдвоём мы справимся быстрее.
Глаза мага медленно расширились. Он глядел на Речника в упор, будто пытался прочесть его мысли.
– Ты идёшь... со мной... в логово Уйраксота?
– медленно, с трудом подбирая слова, проговорил он.
– Зачем?!
– Чтобы ты не был там один, - усмехнулся Фрисс и прошептал еле слышно, глядя Некроманту в глаза:
– Во имя Аойгена...
Нецис судорожно сглотнул и кивнул головой.
– Ладно, Фрисс. Спасибо тебе...
...Южный ветер заунывно свистел над каменистым плато, заметая песком жухлую поросль гезы, пару мёртвых на вид кустов джузгуна и десятки чернеющих провалов - ходов, уводящих под пустыню, к древним соляным копям. Жизнь кипела здесь не так давно - ветер ещё не успел растрепать навесы, лиственные крыши дозорных башен, не занёс ещё пылью тележки, брошенные у выхода. Сейчас на руднике было пусто, и предупреждающий знак висел у входа, загороженного соломинами крест-накрест. Нецис аккуратно убрал заслон и поманил Речника из туннеля, плавно уходящего вниз.
– Идём, Фрисс. Готовься...
Голос его звучал невнятно и глухо из-под повязки, закрывающей пол-лица. Фрисс
За много веков ящеры прокопали в плато немало туннелей. Здесь, на границе пустыни, было когда-то море, а может, солёное озерцо - и сейчас иприлоры глыба за глыбой вырубали просоленный камень, вымывали песок и грязь, выпаривали раствор... Фрисс коснулся стены, лизнул палец - соль осталась на губах.
Нецису не нужен был светильник - он шёл в темноте легко и быстро, читая знаки на поворотах, спускаясь всё глубже и глубже. Фрисс знал, что притягивает его - уже и сам Речник чуял густой, резкий запах смерти, и очень неприятной смерти. Где-то здесь были замурованы заживо пленные Нерси, и здесь, в этих норах, никогда с тех пор не добывали соль. И чем-то ещё более страшным несло снизу - холодная жуть сочилась сквозь соляные пласты.
– Нам сейчас нужна осторожность, Фрисс, - прошептал Некромант, жестом подозвав Речника.
– Обычно Уйраксот не поднимается так высоко. Но мы будем стоять прямо над ним. Если почуешь неладное, убегай, не дожидайся меня. Одолеть этого слизня не сможет ни один воин...
В подземелье и так было прохладно, но чем дальше странники шли, тем становилось холоднее. Чёрный провал зиял под ногами, Нецис мягко приземлился на его дно и поманил Фрисса - там было неглубоко, и по туннелю пришлось идти, согнувшись в три погибели. Потом потолок ушёл вверх, Фрисс выпрямился и услышал совсем рядом тихий костяной треск. Нецис сжал пальцы в кулак, Речник почувствовал слабое движение воздуха, а за ним - шорох осыпающихся костей. Соляная стена на мгновение вспыхнула холодной зеленью, Нецис провёл над ней ладонью, собирая свечение до последней искры.
Запах гнили пробивался сквозь повязку, и Фрисса уже начинало мутить. Здесь было очень сыро, влага была повсюду, но Речник совершенно не хотел её пить. С ней было что-то не так...
Вода отразила свет церита - большая тёмная лужа разлилась на полу. Фрисс задел её носком сапога и с трудом подавил желание отскочить в сторону. Его пронизывала дрожь. Нецис склонился над водой, зачёрпывая немного жидкости в маленькую склянку.
– Аххсса... У тебя острое чутьё, Фрисс. Эту воду пить нельзя. Уйраксот оставил её... он ненавидит влагу, когда пожирает кого-нибудь - остаётся вода. Осторожно обходи лужи, трогать их ни к чему...
Фрисс кивнул, сдерживая дрожь. С двух сторон от него в стене туннеля чернели проломы, что-то шелестело за ними. Костлявая чёрно-жёлтая рука уцепилась за камень в двух шагах от Речника, он ударил наотмашь, и мертвяк отлетел вглубь пещеры, рассыпавшись в прах. Снова дрогнул воздух, шорох стал тише, Квайя зелёными каплями выступила на стене.
– Понятно, почему нежить беспокоится, - Некромант собрал холодное свечение и быстро провёл рукой от края к краю пролома.
– Всё затоплено Квайей. Надо поставить печати, надеюсь, их не сорвёт...