Долгое лето

Токацин .

– Ты не расшибся?
– Фрисс склонился над магом и протянул ему флягу с кислухой. Там оставалось немного. Некромант недоверчиво посмотрел на Речника, потом понюхал флягу.

– Так что тебе нужно, говорящий с демонами? Ты что, хочешь помочь Некроманту?!

– Ну да, - Фрисс начинал злиться.
– Пей, это хорошая кислуха. Восстановишь силы. Что у тебя с рукой?

– Благородно, но очень неосмотрительно, - покачал головой маг и отодвинул рукав, открыв исполосованное предплечье. Свежие порезы опоясывали обе его руки. Кто-то старательно резал кожу, неглубоко,

но часто, словно высекал какой-то узор. Поверх ран неровно вспыхивали колдовские оковы.

– Недурно...
– Речник сглотнул и отвёл взгляд.
– Ладно, после бальзама заживёт. Неглубоко резали. Кто тебя так?

– Орден Изумруда, разумеется, - маг нехорошо усмехнулся.
– Никогда не наблюдал за ритуалом связывания?

– Хранили боги, - Речник поморщился.
– Зелье жжётся. Выдержишь, пока я буду мазать?

– Воинский бальзам?
– Некромант покачал головой.
– Не поможет, Речник. Рана не на коже...

Он снова схватился за грудь и захрипел. По изрезанным рукам пробежали зелёные полоски, кожа на мгновение почернела, а кровь загорелась мертвенным серебристым огнём.

– Снять оковы - и первая же ночь меня излечит, - прошептал маг.
– Ритуал связывания... Оставь меня, Речник, оставь и уходи как можно дальше!

– Нет, - Фрисс нахмурился, убрал бесполезный бальзам и с трудом поднял Некроманта с земли.
– Держись. Я привяжу тебя к седлу. Шарраэн, ступай осторожно...

"Я с одного раза понимаю," - недовольно фыркнул Иджлан. "Можно не повторять."

Фриссу некогда было спрашивать, что демон имеет в виду. Он устраивал мага в седле. Некромант молча корчился от боли, и от него веяло то жаром, то холодом. Речник встретился с ним взглядом и увидел неживое зелёное пламя, но спустя мгновение оно погасло.

– Не знаю, что с тобой, но в химе Хосу есть целитель, - буркнул Фрисс.
– Ничего не бойся, мы тебя не оставим. Моё имя - Фриссгейн Кегин...

– Я Нецис, - маг очень осторожно коснулся протянутой руки.
– Я очень благодарен тебе, Фриссгейн, но ты сейчас навлекаешь на себя беду...

– Мне не впервой, - отмахнулся Речник.
– Шарраэн, вперёд!

Темнота на Пустыню Саих опускалась стремительно, будто демон на чёрных крыльях пикировал на песчаные дюны. Глаза Иджлана в сгущающемся мраке полыхали багровым огнём. Только он, кажется, и видел что-то в бездонной мгле. Некромант ещё держался в седле, но исключительно на ремнях, которыми был привязан. Он судорожно цеплялся за луку седла и не открывал глаз, по рукам стекал, капая на землю, бледно-зелёный огонь - чистейшая Квайя. Фриссу было жутко.

– Я слышал всякое об "изумрудниках", но чтобы так... Что ты натворил, что они так с тобой обошлись?
– растерянно спросил он, не надеясь на ответ. Некромант поднял голову, из-под его век сочился зелёный свет.

– Всего лишь... аййй... всего лишь защищался, Фрисс. Но кому-то... эшшш... кому-то слишком обидно было потерпеть поражение, и вот... по моему следу пустили Фоула, гнусную тварь...

– Фоула?!
– Речник вскочил на ноги, забыв, что он на спине демона, и выхватил мечи, заслонившись ими от Некроманта.
–

В твоём теле Фоул?!

Он таращился на мага, пытаясь рассмотреть сероватую дымку вокруг его тела, потрескавшуюся кожу или чёрные пятна на лице - признаки одержимости зловредной тварью, поедающей людей изнутри, но ничего такого не находил.

– Вот это грамотная реакция, - Нецис через силу усмехнулся.
– Сразу видно, что ты учился. Кости Фоула гниют сейчас в мёртвом городе - мне повезло отбиться. Но в том же городе... ох... меня ждала засада Ордена. Пришли по тому же следу, что и Фоул. И им повезло, у меня уже не было сил. Ну и вот...

Он кивнул на искалеченные руки. Фрисс медленно вернулся на место, убирая мечи, и недоверчиво покачал головой.

– Значит, ты убил Фоула? Кажется, я видел эти кости... это было в Раотау? Там остались твои следы и следы той засады. Выходит, что ты герой, истребитель опаснейших тварей... Всадникам наградить бы тебя, а не приговаривать к смерти!

Некромант странно всхлипнул и покачнулся.

– Герой? Скажешь тоже, Фрисс...

Он дёрнулся и схватился за горло, зелёный свет вспыхнул вдвое ярче и поднялся вверх торжествующими кострами, Речник увидел, как кости проступают сквозь распадающуюся плоть, и с воплем пришпорил демона. Шарраэн взвился в воздух и полетел стрелой...

...Сквозь бесчисленные щели в пальмовых листьях было видно белесое небо. Солнечный луч коснулся лица Фрисса, и Речник неохотно скинул с себя истрёпанные шкуры и сел, протирая глаза. Приближался полдень, снаружи уже потянуло дымком - жители разводили костры, грели воду для мучной болтушки. Фрисс снял с пояса неожиданно лёгкую флягу, встряхнул её и обнаружил, что в ней пусто.

"А... Теперь вспомнил," - Речник нашарил под шкурами перевязь и надел её поверх рубахи. "Это Хосу, сейчас полдень, приехали мы ночью. И где теперь Нецис и Шарраэн?!"

Фрисс выбрался из шалаша и тут же столкнулся с хеджийками, следящими за котлом. Пахло оттуда не слишком вкусно - еда в пустыне была скудна, недаром пауков считали дичью - в бурлящей воде, кроме муки, плавали мелкие луковицы и обрезки стеблей Риумы. Туда же хеджи бросали горстями сухие финики. Речник заглянул в котёл, покачал головой и прошёл мимо, к длинному навесу за шатрами, на краю пальмовой рощицы. Из-под навеса виднелся полосатый хвост с клешнёй на конце.

– Шарраэн! Как спалось? Напоили тебя?
– спросил Фрисс, тронув лапу хеска. Тот поднял голову и посмотрел на Речника - не слишком радостно, но и не взглядом обречённого на смерть.

"Я спал в покое, знорк. И воды мне принесли," - ответил он. "Ты видел сегодня Нециса?"

– Пока нет, - покачал головой Речник.
– Я иду к нему.

Шатёр, в который той ночью принесли Некроманта, был покрыт шкурами и хранил прохладу чуть лучше, чем дырявые навесы из листьев. Речник шагнул в полумрак, пахнущий пряными травами, и остановился на пороге, привыкая к темноте.

– Он ещё спит, воин, - донеслось из-под стены. Навстречу Фриссу поднялась невысокая хеджийка в пёстром балахоне. В её волосах слабо светились белые перья.