Долгий путь к тебе

Флай Рина

— Я люблю тебя Милли! — произношу еле слышно, не обращая внимание на суету и крики вокруг нас. Целую эти любимые губы, не веря своему счастью.

Глава 29

ЭМИЛИ

Я помолвлена! Я невеста! Если бы не тугая повязки, фиксирующая мою грудную клетку, сердце давно бы уже выпрыгнуло из груди. Мой нежный мужчина целует мои пальцы, присутствующие вопят и прыгают. Может быть я до сих пор под действием успокоительных? Стоп! А как же обещание Макса Кэтрин.

— Макс,

мы не можем… — испугано шепчу в лицо, целующего меня любимого — Ты же обещал Кэтрин…

Макс отстраняется, вытаскивает из кармана листок и передаёт мне.

— Прочти. Это мне принёс отец Кэтрин, когда узнал, что в моей жизни появилась ты.

Страх, волнение все это я пережила, читая послание из прошлого. Кэтрин отпустила его, она желает ему счастья с другой. Невероятное облегчение. Он мой!

— Люблю тебя, Макси! — передаю листок и сквозь острую боль тянусь за поцелуем. Касаюсь ладонью его лица, наслаждаясь прикосновением.

Теплые губы накрывают мой рот. Мне не хватало его. Он мой подарок небес.

— Люблю тебя, Милли! — шепчет, не останавливая сладкого поцелуя.

Присутствующие так шумели, что доктор Пирс разогнал наш цыганский табор, пригрозив оставить пациентку в больнице на целый месяц. Гости поспешно ретировались, оставив меня наедине с моим женихом.

— Детка, я так скучаю по тебе. — еле слышно говорит Макс, прокладывая влажную дорожку на моей шее.

— Ммм, любимый, ты меня заводишь. Я не могу двигаться, от этого мне только хуже. Не дразни… — волна возбуждения уже накрыла меня.

Мой настойчивый великан не останавливаясь продолжает целовать мою шею, грудь… сильная рука осторожно отодвигает рубашку и раздвигает в стороны мои бедра.

— Нам как-то надо отметить нашу помолвку, милая. — хитро шепчет мой возбужденный жених. — Хочу, чтоб ты знала, как я схожу с ума от твоего тела. Как я зависим от тебя. — его слова как мелодия, дающая легкость и возносящая к небесам.

Нежные пальцы медленно скользят по венериному холму к уже влажному входу наслаждения, вырывая из моих лёгких стон.

* * *

Моя выписка совпала с днём рождения Макса. Я так и не узнала, есть ли у него то злосчастное издание или нет. Дом был украшен к моему приезду огромным баннером «Добро пожаловать домой!» Смотрю и смеюсь.

— Тебе что не нравится? Дети так старались. — встревоженно говорит именинник.

— Что ты, нравится. Только надпись должна быть другой. — хихикаю я.

— Какой же? — стою в недоумении и смотрю на своего большого мужчину.

— Ну, «С Днём Рождения!», например, — вглядываюсь в растерянный взгляд Макса.

— Какой день рождения? — и тут меня прорвало. Я так не смеялась давно. Обнимаю великана и захлёбываюсь от смеха.

Он хватает меня на руки и заносит в дом. В гостиной нас встречают близкие нам люди. Все обнимают меня и целуют. Макс стоит за моей спиной и не даёт слишком долго меня тискать. Мой собственник, мой дикарь!

— Благодарю вас всех! Я так рада снова быть дома. Но почему никто не поздравляет Макса? Сегодня ведь его день!? — поворачиваюсь

к чете Тейлор. — Джеймс, Аманда поздравляю вас с рождением сына! Спасибо за любовь и веру в него. За то, что воспитали настоящим мужчиной! Глория и тебе спасибо: за заботу о нем, за нежность. — поворачиваюсь, поднимаю голову и смотрю в упор на Макса. Он молчит, только ноздри раздуваются как у загнанного жеребца.

— С Днём Рождения, любимый! — тяну руки к его лицу. Поддавшись моему напору, наклоняется и целует меня с жадностью.

Со всех сторон слышим крики, свист и поздравления. Улыбаюсь ему и шепчу: «Я ведь без подарка»

— Твой подарок здесь! — встаёт на колени и нежно касается губами живота. — Целых два подарка! Самые бесценные в этом мире!

— Я люблю тебя! — сама опускаюсь на колени и притягиваю его к себе. — Хочу сбежать на озеро. — шепчу, смущаясь и улыбаюсь.

Макс подскакивает, закидывает меня к себе на плечо и большими шагами движется к двери. На ходу крича домашним: «Начинайте без нас». Я хохочу, прижимаясь к его сильному телу.

— Дикарь, какой же ты дикарь! — глажу его шею и дарю поцелуи. Он улыбается и бережно усаживает меня во внедорожник.

— Снимай трусики, Милли. — резко говорит Макс.

— Ох… — три слова, и я потекла. Две недели больничного заточения дали о себе знать.

Приближаемся к нашему дереву и воспоминания накрывают с удвоенной силой, вызывая дикое, бесконтрольное желание. Макс паркует машину, выскакивает и быстро подходит к моей двери. Его движения настолько резки, что голова начинает кружиться. Целует дико, страстно, горячо.

— Я скучал, Милли. — останавливается и смотрит в мои глаза. Вижу страх и понимаю, о чем он думает.

— Врач разрешил, но без фанатизма… — смущаясь говорю и опускаю руку к его выпирающей выпуклости на брюках.

— Черт… Детка… — его рычание резонирует по моему телу.

Эти крепкие руки, как я скучала по ним. Его сила сводит с ума. Его мощь подчиняет.

Бросает на ветку толстый плед и бережно усаживает меня.

— Смотрю ты подготовился. — говорю улыбаясь.

— Не хочу снова оказаться в больнице, вытаскивая из твоей сладкой попки занозы. — кусает меня за мочку уха.

— Мой заботливый дикарь, трахни же скорее меня. — прижимаюсь к его груди и начинаю стонать от предвкушения.

— Детка… прости, сначала я возьму тебя жестко, настолько насколько позволит мое воздержание, потом всю ночь нежно. — накрывает мой рот своим и жадно терзает его. Меня трясёт от возбуждения. Мне нужен выброс адреналина. Щеки горят, ноги трясутся. Пытаюсь справится с ремнём на его брюках. Хочу его! Нет больше сил ждать. Вызволяю из плена материи его возбужденный, горячий член и направляю в себя. Резкий толчок и он во мне. О, Боже! Это чувство наполненности и дикого желания. Тело содрогается в сильной конвульсии. Он все в этой жизни. Мой голодный, страстный мужчина двигается резко, насаживая меня глубже. Нет никакой боли от этого сумасшествия, есть только необузданная нужда ощущать друг друга так близко.