Долги Отступников
Шрифт:
— «И что ты можешь? — напрягся я. — Эти корешки…»
— Они лишь основа. Но прошу, давай сейчас не об этом. У тебя между прочим пациент на «столе». Нужно заботиться о ней. Закрой глаза. Вдохни. Выдохни. И сосредоточься на «Связи».
Как бы это ни казалось сложно, но я напомнил себе, что сам дал Ирис разрешение на вмешательство. Потому, теперь стоит придерживаться изначальных рекомендаций.
Вдох. Выдох.
— Расслабься. Жди отклика. Ты его почувствуешь… — продолжала наставлять Ирис.
Вдох. Выдох.
—
Вдох. Выдох.
Вдох. Выдох.
— Я помочь тебе не смогу. Так как, буду поддерживать контакт. Ты должен справиться сам. Сам понять в чём проблема и…
Вдох. И моё сознание вспыхивает!
Ярко и больно.
Меня качнуло. Однако, лёгкое движение рук и смена позиции ступней позволили сохранить вертикальное положение. Более того, даже не издать ни единого звука.
Переход оказался неожиданный, но ещё более неожиданным стало то, что я полностью себя осознавал. Никаких посторонних чувств или эмоций. Что впрочем вполне объяснимо: я лишь наблюдатель, а истинный пленник кошмара, погружённый в грёзы — Роксана.
Девушка стояла буквально в нескольких шагах передо мной. Но не привычная мне, а девчонка лет пятнадцати-шестнадцати в ободранном тряпьё.
Причём девушка стояла на коленях перед кроватью, хотя нет, то что я видел на кровать не тянуло. Максимум узкая деревянная лавка. На которой лежало нечто накрытое белым саваном. По форме этого нечто можно было понять, что там находится тело.
Я огляделся в поисках каких-либо опасностей или проблем. Но нет. Никого и ничего кроме Роксаны и тела. В маленькой деревянной хижине, с прохудившейся крышей и дырами в стенах, не имелась больше ничего, что могло бы привлечь внимание. Нищета и пустота.
— Прости меня… Прости… Прошу, прости… Прости… — донёсся до меня тихий речитатив со стороны полукровки. — Прошу, прости меня… Прости…
Я сделал осторожный шаг в сторону, пытаясь понять что происходит, и увидел, как Роксана припала лбом к ткани савана, а фрагмент ткани под её лицом стал серым от промочивших его слёз.
Похоже сейчас я наблюдаю, момент смерти, либо матери, либо отца девушки. Кого именно сейчас не так принципиально. Роксана застряла в миге своего горя и одиночества.
Безысходность… Холод внутри.
Одиночество. Больше нет никого рядом. Совсем никого. Я одна…
Одна против безжалостного мира. Того самого мира, что сжирает меня.
Он разрывает меня на части. И это… это больно. Больно, но я не против.
Я сама хочу, чтобы мне было больно. Чтобы от меня ничего не осталось. Ведь я и без того
Всё бессмысленно. Всё пусто. Будущее не имеет ценности.
Я покачнулся настолько концентрированная волна чувств накатила на меня со стороны Роксаны. Кажется, я могу видеть не только её кошмар, но и ощущать отголоски мыслей…
Признаться от этого стало не по себе.
Но это дало и понимание, что нужно делать. Несколько нарочито громких шагов, чтобы деревянный пол скрипнул и выдал меня. Роксана тут же дёрнулась и подняла заплаканное лицо. На нём страх. Непонимание. Незнание что делать.
А главное, полное отсутствие узнавания. Кошмар полностью захватил её.
Я не даю ей ничего сделать и просто обнимаю. Уверенно и крепко. Пусть в первый миг я чувствую, как она дрожит, но мандраж быстро сходит на нет. Я же начинаю говорить, медленно и уверенно:
— Ты не одна. Не стоит переживать, ты не одна. Может показаться, что всё безнадёжно, но главное, что ты не одна. Будут в твоей жизни люди, что придут и помогут. Что поддержат тебя. Что встанут рядом. Ты ни одна и ты ни в чём не виновата.
Речитатив. Почти неразборчивый. Но мерный, успокаивающий. Он словно колыбельная, что приносит покой и надежду. Именно это пробивается к душе девушке. Слёзы начинаю течь вновь… Боль души должна выйти.
Но когда ты не один, на место боли приходит надежда, а не пустота.
Меня вновь качнуло. Сознание на миг повело, но оно быстро сфокусировалось и я понял, что место действия сменилось. Не заброшенный храм в проклятом лесу — это плохо. Но вокруг меня тоже раскинулся лес. Светлый. Яркий жизнерадостный.
Свет пробивался сквозь молодую листву приятно грея лицо. Приятный ветерок кружил в воздухе, чуть терпкие ароматы. А сам я находился… Стоило мне опустить взгляд, как я нервно вцепился в канат, что являлся бортом подвесного моста, на котором я стоял.
До земли было больше сотни метров! А всё, что меня удерживало — несколько истрёпанных канатов, да иссушенные деревяшки настила. Не самая надёжная опора. Впрочем, осмотревшись я неожиданно понял, что таких мостов как тот на котором я нахожусь вокруг сотни.
Целая паутина раскинувшаяся на разных уровнях и уходящая в стороны насколько хватало видимости. Мосты оказались перекинуты от дерева к дереву и у каждого исполина были выстроены площадки. По крайней мере на том уровне, где я находился. Но стоило поднять голову, как увидел, что платформы превращаются в полноценные дома, которые в свою очередь тоже прикрепляются к стволам деревьев. Сначала я заметил жалкие хибары и развалюхи, что едва удерживались на ветвях опорах, но чем выше падал взор, тем больше и добротнее становились строения. А все эти жилища собирались в целый город выстроенный на умопомрачительной высоте.