Долг

Бурнашова Виктория

 — А по мне похоже, что я что-то понимаю? — я грустно улыбнулась и посмотрела в окно.

Наш задний двор уже залит утренним солнцем. Какая красота.

 — Тебе альфа бросила на вполне законных основаниях вызов, который ты должна принять и отстоять право носить метку.

Я прикрыла глаза. «Отстоять право» — эхом отозвалось в моей голове. Было бы не так обидно, если бы это был мой выбор. Лорин. Только Лорин всё разрешит.

 — Лорин всё уладит, — закивала я мелко, успокаивая себя. — Он… он обе… Он всё исправит.

Прикусила язык. Я верю, что всё обойдётся.

 —

Он этим занимается, Морик ему помогает, но… — девушка неопределённо пожала плечами. — Сальма сделала это прилюдно, отмазать тебя будет сложно.

Она врала мне. Я прямо чуяла ложь. Лорин. Всё. Исправит.

На самом деле, сегодняшний день ничем не отличался от двух предыдущих. Мелинда принесла продукты, я приготовила обед, потом постирала вещи, а под вечер забралась в ванную. Хотела налить ароматического масла, но передумала. Лорин просил меня этого не делать. Говорит, что мой настоящий запах эта «вонючка» перебивает. Его, конечно, со мной рядом нет, но… он же просил. Этот пузырёк так и стоит тут уже которую неделю. Пусть постоит ещё.

Переодевшись в свою ночнушку, подумала уже отправиться спать, но меня остановила Мелинда.

 — Давай хоть посидим вместе, — предложила она, откладывая книгу. — Иначе я со скуки помру.

От скуки? Опять за шута меня принимают. Боже, кончится это когда-нибудь или нет?

Но я угомонила себя. Мне ничего не стоит составить девушке компанию.

Поначалу мы просто читали, а потом Мелинда попросила меня заплести ей «что-нибудь» на голове. Я не сопротивлялась. Делать всё равно нечего, спать ложиться рано, да и не хотелось особо.

Она села на пол, как Лорин когда-то и я чуть не расплакалась. Вспомнила, как мне было хорошо, как приятно было касаться его волос и чувствовать его руки на своих икрах и ступнях. Так… шикарно всё было, так чудесно, но так… мимолётно. Слишком хорошо и слишком мало.

Я хорошо стала плести косы. С каждым разом получалось всё лучше и лучше. Без петушков, без торчащий волос во все стороны.

 — Ты где научилась этому? — спросила волчица.

 — Няни научили, да и матушка, — ответила я спокойно. — У тебя хорошие волосы.

Густые, плотные.

 — А я не умею плести ничего, — простодушно отозвалась она. — Начинаю и бросаю. Не могу все эти прядки в кучу собрать, и сразу злоба берёт.

 — Но я много раз видела тебя с косами, — вспомнила я.

 — Мне мама плела, тётка, даже Морик умеет простую косу плести, а у меня ни черта не выходит, — заворчала она.

Улыбнулась.

 — Главное очень захотеть и всё получится, — заверила я её, продолжая плести сложную косу. — Ты попрактикуйся.

Девушка замолчала. Я ждала хоть какой-то её реплики, но не услышала и подумала, что она просто решила окончить разговор, но вот она повернула голову в правую сторону.

 — К нам гости идут, — сообщила она серьёзно.

На миг даже сердце замерло, чтобы через секунду пуститься в бег с удвоенной скоростью. Неужели Сальма пришла за мной?!

 — Кто? — шёпотом спросила я.

 — Лорин… — проговорила она, поднимаясь.

Я тут же облегчённо выдохнула и почувствовала, как меня бросило в жар. Лорин…, но почему гости?

Мелинда

пошла к двери. Моё искусно начатое плетение распустилось. А так здорово получалось…

Она открыла дверь, и несколько секунд никого не было. Я сидела на диване в пол-оборота. Кого привёл Лорин? Каких гостей? Может, со стаей пришёл?

Первым вошёл Лорин, а за ним… вошла Кара. Её я никак не ожидала увидеть. Растерялась и чуть сгорбилась, прячась за спинкой дивана. Я ещё и в ночнушке, волосы влажные распущенные… не готова я к встрече гостей, тем более таких.

 — Здравствуйте, — поприветствовала старейшину Мелинда.

Та молча направилась ко мне. Лорин встал в стороне. Его вид, выражение лица… кажется, это конец. В глазах безразличие. Спокойное, мертвенно-спокойное, я бы даже сказала лицо, расправленные плечи, полу-расслабленная поза. Разве, что плотно сжатые челюсти выдают лёгкое напряжение. Он на меня не бросил даже взгляд. Смотрел на Кару и на Мелинду иногда. Наверное, всё закончилось…

 — Покажи мне, — подойдя к дивану, потребовала женщина. Я замешкалась на несколько секунд. Что показать?!

Потом поняла и убрала волосы с правого плеча.

 — Ну ты и идиот, — вдруг протянула женщина, как-то зло усмехаясь. — Прощайся с девкой своей, она не жилец.

Я по-глупому уставилась на старейшину, не в силах что-либо выдавить из себя. Просто начала часто дышать, силясь осознать её слова. Мелинда стреляла глазами на нас и, кажется, вообще к двери отступила.

Сердце я не чувствовала. Лишь пустоту и разливающиеся чувство одиночества. Я же одна. Человек. Одна и умру. Завтра. Меня убьют потому, что Лорин поставил мне эту метку. Из-за него всё это…

Волосы я перестала придерживать, и они снова закрыли плечо.

 — Ты же можешь всё исправить.

Впервые услышала его голос за столько времени. Такой… где-то даже требовательный. Или это была просьба? Не знаю, но слова этой женщины так крепко засели у меня в голове, что я замерла, силясь переварить услышанное. Вот же мерзость.

 — Могу убить её сейчас, чтобы не мучилась, — «любезно» предложила Кара.

Меня прорвало. Услышала снова её голос и убедилась в настоящем существовании её и всего окружающего. Это не сон. Слёзы крупными каплями посыпались из глаз. Я так и не плакала с того самого дня. Не позволяла себе. Говорила, что всё обойдётся, что Лорин всё исправит, но… реальность оказалась куда более жёстче.

 — Прекрати! — вдруг процедил с какой-то ненавистью мужчина. — Ты же хренова старейшина! Отзови её вызов! Приструни суку!

Я закрыла лицо руками. Меня убьют. Отлично. Как только я передумала умирать, так сразу соскучились по мне на том свете?! Ручьи покатились по щекам, и я тихонько шмыгнула носом. Я ведь так и знала. Я знала, что всё этим и кончится, что Лорин… Что он не сдержит слово! Я же знала! Я знала. И один чёрт поверила!.. Дура, дура, дура!

 — Шепни она мне это на ухо, то возможно, — зашипела в ответ женщина, тыча пальцем в меня. — Но она бросила вызов твоей девчонке на глазах у всей таверны! Мне всем, что ли рты закрывать ходить? Так поздно, весь город на ушах стоит, все ждут смехотворной расправы над твоей альфой.