Долг старших
Шрифт:
Верно?
– Равель, тебя настолько поглотил успех последней операции? К твоему сведению, штаб Фафнира продолжает организовывать провокации, отлавливать партнеров, выдавливать нас из зон влияния. Ты ведь не ждал затишья? Фафнир с гвардией превосходно работает. В отличие от тебя. Почему о новостях я вынужден узнавать не от тебя, Равель, не от Доверенных? И видеть не инициативу подчиненных, а их безалаберность. Вашу. Не хотели огорчать? Опасались взять ответственность? Я разочарован, – рука с папкой опустилась, как обрубила.
Эйн боялся шелохнуться, дабы не привлечь внимания Лидера.
– Эйн, тебе весело? – Взгляд Лидера вскользь коснулся спутника. – Может, решил похвалу Равеля и на себя примерить, за удачную операцию-то? Сколько ты прождал до побега? До десяти посчитать успел? Ай, смельчак.
Тихо, очень тихо говорил Лидер, вполоборота к светлому эльфу-лекарю. Держал в поле зрения всех остальных, контролируя. Все контролируя, как и всегда.
– Да, ты не полез в рукопашную на подмогу коллеге Равелю. Стоял и… и что? Ждал распоряжений или вдохновения с прозрением?
Эйн молчал, не зная, что отвечать. Стремился повыше забраться в этой своре? Забрался, резво влетел с ноги! И вот пошел гулять юзом. А впереди лишь бездна взглядов, жадных до чужих попреканий, не оттормозишься. И только ободряющая косая улыбка-насмешка Равеля, надежная, как рассохшийся вековой мост над той пустотой. Облизнется, красавчик, по обломкам – не вспомнит. Никто не вспомнит.
Здесь лишь хищники. Задерут друг друга при оказии, не побрезгуют и падалью полакомиться, свалить свои висяки на проштрафившегося «коллегу». При том и от пришлого за своего при должной ставке вцепятся-вступятся. А он, Эйн, – пришлый в стае.
Лекарь не чувствовал себя единым с этими… волками, как есть волками. Злобными, одичавшими кшанами. Загонят и сожрут, коли вожак даст волю. Вожак… Охотник. Коли подведешь его.
Померещилось тело мертвого Тивиса-предателя, лекарь моргнул. Морок, не более…
– Не подведи меня вновь, Эйн. А сейчас, Доверенные, тренируйтесь. К моим вопросам вернемся после.
Охотник направился к дверям мимо не знающего куда деваться лекаря.
Даже ворчун-пол не смел скрипнуть, прервать вязкую тишину. Дверь бесшумно скрыла фигуру Лидера.
– Что ж, вливайся в коллектив, Эйн. Сейчас тренировка. И пора тебе соответствовать, – проговорил Сарен.
– Добро пожаловать в Доверенный круг, друг, – Равель многообещающе улыбнулся новому коллеге. Не улыбка – оскал хищника, учуявшего добычу.
– Ну ты и вонючий, – мокрая длинная шерсть животного и впрямь пахла неприятно. – И где он тебя так пачкает вечно, Морда? По болотам лазает, что ль, верхом?
Несмотря на тихое непрекращающееся ворчание, щуплый темноволосый мальчишка продолжал прилежно мыть кшана, раз за разом остерегая себя от поспешности. Хозяин животного, напоминавшего очень крупного волка, мог вернуться в любой момент, но пусть лучше работа затянется, чем будет повод уличить мальчика в лени. К тому же спешить совершенно
– Ах ты, ну куда ты лезешь, Морда! Мой карман, моя горбушка, ну-ка нос убери, – мальчик засмеялся от неуклюжего движения кшана, пытавшегося носом нащупать угощение в его кармане. – Ну держи, держи, хоть и не поверю, что ты голодный, я кормил тебя с час назад! Так, только половинку! Половинку, говорю тебе! Куда лезешь, ну-ка подбери нос, – пацан, снова засмеявшись, шлепнул по носу кшана. Тот от неожиданности чихнул и недовольно заворчал, укоризненно глядя на своего мойщика.
– А вот нечего лезть за чужим. Что ты вскинулся?
– Малыш Амур, вот ты где, – мимо стойбищ с кшанами мягкой неслышной походкой шествовал кучерявый высокий человек с добродушным, открытым лицом. – Мне-то ты и нужен, – с появлением владельца кшан подобрался, оставил игривость. Доверенный Равель с улыбкой разглядывал пацана, будто впервые обратил на мальчугана свой пристальный взор.
– Г… господин Равель, – мальчик подскочил от неожиданности: умел тот бесшумно подкрадываться! – Я почти закончил, обтереть осталось, да все, – заторопился Амур, опасливо косясь на внезапного гостя и своего покровителя. «Не шутить с Доверенными, никогда», – первое, что стоило усвоить для выживания в поместье Охотника. А он тут заигрался… А если Равель видел, как Амур ударил по носу кшана? Его кшана? Парнишка похолодел, рубашка прилипла к спине. Ох.
– У меня к тебе просьба, малыш Амур. Даже, так скажем, дело, в котором я могу положиться только на тебя, – Равель провел ладонью по светлым, кудрявым волосам. – Есть одна такая особа, госпожа Сапфо из клана Харредар. Я хочу, чтобы ты с ней подружился, – холодные синие глаза совершенно не радушно смотрели на мальчишку, даже улыбка уже не могла скрыть серьезного настроя Доверенного. – Подружился и навязался в подопечные. С первой встречей я помогу, малыш Амур, я же не злодей какой бросать тебя на произвол судьбы. Расскажу о сердобольной Сапфо, чтобы ты понял, в какой момент давить на жалость. Но в остальном у тебя образовалась замечательная возможность проявить себя, – Доверенный протянул мальчишке коробочку с обернутыми в промасленную бумагу сладостями. Пряник выдали. О кнуте, судя по испуганному виду Амура, напоминать не было необходимости. – Ты ведь согласишься мне помочь?
Пальцы Амура сжали вкусно пахнущее даже через пергамент угощение. Мальчику нравилось работать и жить в поместье: кормили каждый день и много, обращались неплохо, если не косячить. Нравилось думать, что когда-нибудь он и сам окажется на месте старшего, станет делать всякую важную работу и давать указания, и все будут бояться и уважать уже его.
Но сейчас Амура сковывал холодный страх подвести Равеля. Что делать, мальчишке было, в общем-то, все равно, да с Доверенным и не поспоришь. Но вот не справиться с задачей, какой бы там она ни была, неважно по какой причине, – это конец. Амур слышал и видел, что бывало с нерадивыми прислужниками. Значит, ему нужно во что бы то ни стало выполнить сказанное.