Доктор Сон

Кинг Стивен

– Он был занят. Работал над пьесой. Дальше.

Постепенно Билли добрался до конца. Дэн внимательно слушал. Потом кивнул:

– Хорошо. Вижу, ты все усвоил.

– А что я говорил? Теперь можно вопрос?

– Конечно.

– Завтра после полудня ты еще будешь в состоянии пройти целую милю пешком?

– Буду.

У меня нет выбора.

10

Они действительно выехали очень рано – в четыре часа утра, то есть задолго до рассвета – и вскоре после девяти уже видели впереди заслонявшее горизонт облако. Часом позже, когда стало ясно,

что это вовсе не облако, а синевато-серая горная гряда, они сделали остановку в Мартенвилле, штат Колорадо. На его короткой (и почти пустой) Мейн-стрит Дэн приметил даже не то, что надеялся увидеть, а нечто куда более подходящее: магазин детской одежды под названием «Детские вещи». Через полквартала располагалась аптека, к которой примыкал пыльный ломбард и салон «Видеоэкспресс». («МЫ ЗАКРЫВАЕМСЯ. ПОЛНАЯ РАСПРОДАЖА ПО БРОСОВЫМ ЦЕНАМ!» – сообщала надпись на витрине последнего.) Дэн отправил Билли в аптеку за солнцезащитными очками, а сам переступил порог «Детских вещей».

В этом заведении царила атмосфера унылой безнадежности. Он оказался единственным клиентом. Здесь провалился чей-то хороший план, скорее всего из-за конкуренции крупных торговых центров в Стерлинге или Форт-Моргане. Зачем покупать товары в местной лавчонке, когда, проехав всего ничего, можно приобрести значительно более дешевые брюки и платья для школьников? Пусть и сшитые в Мексике или Коста-Рике. Кому до этого дело?

Усталая женщина с усталыми глазами устало улыбнулась Дэну. Спросила, может ли она ему чем-то помочь. Дэн ответил, что может. Но когда сообщил ей, в чем именно нуждается, ее глаза округлились.

– Понимаю, просьба необычная, – сказал Дэн, – но если пойдете мне навстречу, заплачу наличными.

Он получил желаемое. В маленьком убыточном магазинчике в стороне от оживленных магистралей слово на букву «н» имело магическое действие.

11

На подъезде к Денверу Дэн установил связь с Аброй. Он закрыл глаза и представил колесо, хорошо знакомое им обоим. У себя в Эннистоне Абра сделала то же самое. Сейчас все оказалось намного легче. Открыв глаза, он увидел перед собой пологую лужайку за домом Стоунов, спускавшуюся к реке Сако, воды которой сверкали в лучах послеполуденного солнца. Перед взором Абры предстала панорама Скалистых гор.

– Ух ты, дядя Билли, до чего же они красивые, верно?

Билли покосился на сидевшего рядом спутника. Дэн закинул ногу на ногу в совершенно несвойственной ему манере и покачивал ступней. Его щеки слегка порозовели, а взгляд прояснился и стал таким, каким не был на протяжении всей их поездки на запад.

– Верно, золотце. Они очень хороши, – сказал Билли.

Дэн улыбнулся и закрыл глаза. Но стоило ему вновь распахнуть их, как все приметы здоровья, привнесенные Аброй, снова померкли. Как цветок, который забыли полить, подумал Билли.

– Ну как?

– Бип, – ответил Дэн. Он улыбнулся своей привычной изможденной улыбкой. – Как датчик дыма, в котором нужно сменить батарейку.

– Думаешь, они уловили его?

– Очень надеюсь, что да, – ответил Дэн.

12

Роуз расхаживала перед своим «эрскрузером», когда прибежал Чарли Жетон. Этим утром Истинные приняли пар, весь, кроме последней канистры, которую Роуз оставила в сейфе, а если учесть, что несколько дней назад она уже получила дозу, сидеть ей совершенно

не хотелось.

– Что такое? – спросила она. – Мне нужны только хорошие новости.

– Я засек ее. Тянет на хорошую новость? – Чарли, тоже на взводе, схватил Роуз за руки и закружил, ее волосы взметнулись вверх. – Я засек ее! На несколько секунд, но это точно она.

– Ты видел ее дядю?

– Нет, она любовалась на горы сквозь лобовое стекло. Сказала, что они очень красивые…

– Они действительно очень красивые, – кивнула Роуз. Ее губы начали расползаться в улыбке. – Ты согласен, Чарли?

– Вот и дядя с ней согласился. Они едут, Роузи! Они в самом деле едут сюда!

– Она тебя заметила?

Чарли отпустил Роуз и нахмурился.

– Не могу точно сказать… Дедушка Флик знал бы наверняка…

– А самому тебе как показалось?

– Вероятно, нет.

– Тогда мне этого достаточно. Отправляйся в какое-нибудь укромное место, где тебя никто не потревожит. Сядь и слушай. Если – когда – засечешь ее снова, сообщи мне. Не хочу потерять ее след. Если нужен еще пар, только скажи. Я приберегла немного.

– Нет-нет, все в порядке. Я буду слушать. Я буду так слушать! – Диковато рассмеявшись, Чарли Жетон кинулся прочь. Роуз сомневалась, что он сам знает, куда бежит, но это не имело значения. Главное, чтобы он слушал.

13

К полудню Дэн и Билли добрались до подножия Флатиронов. Глядя на приближавшиеся Скалистые горы, Дэн думал о тех долгих годах, когда старался держаться от них подальше. Это, в свою очередь, напомнило ему какое-то стихотворение о том, как ты мог годами убегать от себя, но все равно под конец оказывался в номере мотеля с голой лампочкой под потолком и револьвером на столе.

Поскольку времени у них было предостаточно, они свернули с шоссе и заехали в Боулдер. Билли проголодался. Дэн есть не хотел… но им владело любопытство. Билли остановился у «Сабвея» и спросил, что купить Дэну.

– Ничего не надо, – покачал головой тот.

– Ты уверен? Тебе предстоит много чего сделать.

– Поем, когда все закончится.

– Что ж…

Билли зашел в «Сабвей» и купил себе огромный «баффало чикен». Дэн успел пообщаться с Аброй. Колесо повернулось.

Бип.

Когда Билли вернулся, Дэн кивнул на его завернутый сандвич и попросил:

– Подожди немного. Пока мы в Боулдере, мне хотелось бы кое-куда наведаться.

Через пять минут они были на Арапахо-стрит. В двух кварталах от района с обветшалыми барами и кафе Дэн попросил Билли остановиться.

– Теперь жуй своего цыпленка. А я отлучусь ненадолго.

Дэн вышел из пикапа и остановился на потрескавшемся тротуаре, глядя на обшарпанный четырехэтажный дом с рекламой в одном из окон: «ОДНОКОМНАТНЫЕ КВАРТИРЫ ПО СТУДЕНЧЕСКИМ РАСЦЕНКАМ». Лужайка почти облысела. Сквозь трещины в асфальте пробивались сорняки. А ведь он сомневался, что вообще найдет это место. Думал, что Арапахо-стрит превратилась в фешенебельный район, где жила обеспеченная молодежь, пившая кофе в «Старбаксе», проверявшая свои странички в «Фейсбуке» по двадцать раз на дню и писавшая в «Твиттер» как одержимая. Но ничего не изменилось. Арапахо-стрит выглядела в точности такой, какой он ее запомнил.