Доктор Сон
Шрифт:
Дэн выпрямился на сиденье.
– Так мы уже в Огайо? Боже! А который час?
Билли снова сверился с часами.
– Четверть седьмого. Никаких проблем. Машин почти нет, и дорога сухая. Видать, с нами едет ангел.
– Все равно надо найти мотель. Ты должен поспать, а мне отчаянно хочется отлить.
– Еще бы!
Билли свернул с шоссе после очередного указателя на заправочную станцию, закусочную и мотель. Он зашел в «Уэндиз» и купил бургеры, пока Дэн посещал мужской туалет. Когда они вернулись в пикап, Дэн надкусил свой
Билл был шокирован.
– Друг мой, тебе нужно хорошенько поесть. Да что с тобой такое?
– Думаю, пицца на завтрак была плохой идеей. – И, поскольку Билли все еще не сводил с него глаз, добавил: – Коктейль – в самый раз. То, что мне сейчас нужно. Смотри на дорогу, Билли. Мы не сможем помочь Абре, если окажемся в больнице.
Пять минут спустя Билли остановился под навесом «Фэйрфилд инн», над которым мигала неоновая надпись «СВОБОДНЫЕ НОМЕРА», заглушил двигатель, но наружу не вышел.
– Раз уж я рискую вместе с тобой жизнью, шеф, то хочу знать, чем ты болен.
Дэн хотел было ответить, что Билли рискует жизнью исключительно по собственной инициативе, но решил, что это несправедливо. Он объяснил. Билли слушал молча, с круглыми глазами.
– Иисус Христос, попрыгунчик божий! – воскликнул он, когда Дэн закончил.
– Быть может, я ошибаюсь, – заметил Дэн, – но в Новом Завете не упоминается, чтобы Иисус когда-либо прыгал. Впрочем, он мог делать это еще ребенком. Дети любят прыгать. Ты не хочешь пойти снять для нас комнату? Или мне этим заняться?
Билли не пошевелился.
– Абра в курсе?
Дэн помотал головой.
– Но ведь она могла узнать.
– Могла, но не стала. Абра понимает, что нельзя подсматривать чужие мысли, особенно мысли тех, кто тебе дорог. И она не лезет ко мне в голову, как не подглядывает в спальню своих родителей, когда те занимаются любовью.
– И ты тоже жил по этим же правилам, когда был мальцом?
– Да. Иногда ты невольно что-то замечаешь – тут уж ничего не поделаешь, – но сразу отводишь взгляд.
– С тобой все будет в порядке, Дэнни?
– Какое-то время. – Он вспомнил ленивых мух, ползавших по его губам, щекам и лбу. – Достаточно долго.
– А потом?
– Вот потом и будем об этом беспокоиться. Живи сегодняшним днем. Давай заселяться. Нам нужно будет выехать пораньше.
– Ты связывался с Аброй?
– У нее все хорошо, – улыбнулся Дэн.
По крайней мере пока.
На самом деле у Абры все обстояло не так уж гладко.
Она сидела за своим письменным столом с наполовину прочитанным томиком «Мастерового» в руке, стараясь не смотреть в сторону окна, чтобы не увидеть лица некой персоны, глядящей на нее. Она знала, что у Дэна проблема, понимала, что он не хочет, чтобы она знала, но с величайшим трудом удерживалась от соблазна заглянуть в его сознание, несмотря на давнее правило не трогать ЛЖВ – личную жизнь взрослых. Сдерживали ее два соображения. Во-первых,
К тому же наверняка он заблокировал эти мысли, думала она. Он это умеет. Он сильный.
Хотя не такой сильный, как она сама… или, если говорить о сиянии, не такой яркий. Она вполне могла вскрыть запертые ящики в его сознании и заглянуть внутрь, но понимала, что это может быть опасно для них обоих. Никакой конкретной причины думать так у нее не было – просто предчувствие, как в случае идеи взять с собой на запад мистера Фримана. Но своим предчувствиям Абра привыкла доверять. И вообще не исключено, что эта штука могла помочь Дэну. Абра на это надеялась. «Кто верит и надеется, тот к цели на ласточкиных крыльях долетит» [34] – еще одна цитата из Шекспира.
34
У. Шекспир. Ричард III. Акт V, сцена II. Пер. А.В. Дружинина.
А ты сама не смей смотреть в окно. Даже не думай!
Нет. Конечно, она не станет этого делать. Ни за что. Никогда. Поэтому она посмотрела и увидела Роуз, ухмылявшуюся из-под небрежно сдвинутой набок шляпы. Увидела ее пышные волосы, и бледную фарфоровую кожу, и темные сумасшедшие глаза, и ярко-алые губы, за которыми прятался тот ужасный зуб. Тот клык.
Ты умрешь, вопя от боли, сучка.
Абра закрыла глаза и напряженно подумала,
(тебя нет тебя нет тебя нет)
а потом открыла. Ухмыляющееся лицо пропало. Но оно никуда не делось. Где-то высоко в горах – на «Крыше мира» – Роуз думала о ней. И ждала.
В мотеле на завтрак был шведский стол. Под непрерывным наблюдением Билли Дэн демонстративно съел немного овсяных хлопьев и йогурт. Билли выглядел довольным. Пока он общался с регистратором, Дэн зашел в мужской туалет в холле. Оказавшись в кабинке, запер дверь, упал на колени и изверг в унитаз все, что только что съел. Непереваренные хлопья и йогурт плавали в розовой пене.
– Порядок? – спросил Билли, когда Дэн вернулся к стойке.
– Полнейший, – ответил Дэн. – Поехали.
Если верить атласу Билли, от Цинциннати до Денвера примерно двести миль. Сайдуайндер находился еще в семидесяти пяти милях к западу, и к нему вела извилистая дорога, местами проходившая над крутыми обрывами. В то воскресенье Дэн попытался сесть за руль, но быстро утомился и вновь передал управление машиной Билли. Он заснул, а когда проснулся, солнце уже клонилось к закату. Они находились в Айове, где жил когда-то покойный Брэд Тревор.