Доктор Крюк 4
Шрифт:
— Марго, успокойся, — сказал я примирительно. — Главное — вы на свободе и целы. Способ, может, и не самый элегантный, но единственно возможный в той ситуации. Генри действовал по моему приказу.
Она перевела взгляд на меня. Гнев в ее глазах чуть поугас, сменившись сложной смесью облегчения, усталости и все той же колючей гордости. Она провела рукой по волосам, отбрасывая прядь со лба.
— Благодарю вас, капитан, — произнесла она. — За то, что вытащили нас из той дыры. Не знаю, что бы стало с Филиппом… и со мной, если бы не вы.
Тут же ее губы скривились в знакомой язвительной
— Впрочем, — добавила она, — осмелюсь предположить, что если бы Его Превосходительство губернатор Кортни не вознамерился украсить вашей персоной виселицу на главной площади, то наша скромная судьба вряд ли сподвигла бы вас на столь рискованную операцию. Так что, можно сказать, вы спасали и нас, и себя заодно.
Я невольно усмехнулся. Вот она, Марго, во всей красе. Даже в такой момент не упустит возможности уколоть. И ведь, по сути, она была права. Конечно, я не бросил бы их гнить в тюрьме, но именно угроза моей собственной казни стала тем катализатором, что заставила действовать немедленно и так дерзко. А еще Вежа… наверняка она как-то подтолкнула Филиппа, пообещав ему «очки влияния» или еще какие-то преференции за мое спасение. Мотивы этих двоих оставались для меня туманными.
— Возможно, ты и права, Марго, — ответил я, не опуская взгляда. — Обстоятельства сложились так, что наши интересы совпали. Но факт остается фактом — вы здесь, на борту «Принцессы», а не в казематах форта. И за проявленную… скажем так, стойкость при транспортировке, — я кивнул на злополучную бочку, — считаю справедливым предложить тебе награду. Моя каюта в твоем полном распоряжении до Мартиники. Там тесновато, но всяко лучше, чем в бочке или на палубе под открытым небом.
Я ожидал удивления, может быть, даже отказа из гордости. Но Марго лишь на мгновение приподняла бровь, словно взвешивая предложение, а затем без тени кокетства или ложной скромности кивнула.
— Я принимаю ваше предложение, капитан, — заявила она деловито. — После заточения в этой… таре, — она брезгливо поморщилась, — немного комфорта не повредит.
Я махнул рукой.
— Пит! — позвал я юнгу, который как раз пробегал мимо, сворачивая какую-то снасть. — Проводи мадемуазель до капитанской каюты. И распорядись, чтобы ей принесли воды для умывания и что-нибудь из чистой одежды, если найдется подходящее.
Пит удивленно посмотрел на меня, потом на Марго, но спорить не стал, лишь молча кивнул и жестом пригласил ее следовать за ним. Марго бросила на меня непроницаемый взгляд и пошла за юнгой, стараясь ступать как можно тверже, несмотря на влажную одежду и, вероятно, затекшие ноги.
Я проводил ее взглядом. Что ж, по крайней мере, один вопрос решен. Мне же предстояло провести ночь на палубе. Не впервой. Свежий морской ветер быстро выветрит из головы остатки тюремного смрада и поможет собраться с мыслями.
Рядом из темноты возникла фигура Филиппа. Он выбрался из бочки следом за Марго, но держался в тени, молча наблюдая за нашим разговором. Теперь он подошел ближе. Вид у него был не лучше, чем у Марго — одежда промокла, волосы слиплись, на лице застыло выражение мрачной усталости. Но глаза смотрели изучающе.
— Капитан, — тихо произнес он. — Спасибо.
— Не за что, Филипп, — ответил
Он коротко кивнул и отошел к люку, ведущему вниз. Его молчаливое присутствие всегда вызывало у меня смешанные чувства. С одной стороны, он был связан с Вежей, а значит — потенциальный конкурент или даже враг. С другой — они с Марго фактически рискнули всем ради моего спасения. Хотя, опять же, насколько это было их собственное решение, а насколько — указание системы? Вопросы, на которые пока не было ответов.
Ночное небо над нами было чистым, ветер уверенно наполнял наши новые, неказистые паруса «торговца». Корабль оставлял за кормой пенный след на темной воде.
— Как курс, Стив? — спросил я, вглядываясь во тьму по ходу движения.
— Идем на северо-запад, капитан. Как вы и приказали. Держим курс на Мартинику.
— Хорошо. Так и держать. На Мартинике заберем Изабеллу. Надеюсь, с ней все в порядке в том пансионе. А потом — на Тортугу. Нужно вернуть девчонку отцу, губернатору де Лонвийе. Он нам еще может пригодиться.
— А что потом, капитан? — спросил Морган, подошедший с другой стороны. В его голосе слышалось нетерпение. — Когда разберемся с девицами? Вернемся к делам настоящим? Карта Дрейка… та, что на потолке… она ведь указывает путь дальше?
Я потер лоб. Голова все еще немного гудела после «воскрешения».
— Указывает, Генри. Указывает. Карта у меня, — я похлопал по внутреннему карману куртки, где лежал свернутый лист бумаги с копией рисунка из тайного кабинета Дрейка. — И есть пара мыслей насчет того, что мы могли упустить в Портобелло, и куда ведет та линия на юг. Но всему свое время. Сейчас главное — уйти подальше от Барбадоса, замести следы и разобраться с текущими делами. Дрейк и его сокровища подождут пару недель. Никуда они не денутся за столько лет, верно?
Морган хмыкнул. Он тоже понимал, что гнаться за призрачным Эльдорадо, имея на хвосте неведомых врагов, — чистое безумство.
— Как скажете, капитан, — протянул он. — Ваше слово — закон.
Я уловил легкую иронию в его голосе, но пропустил мимо ушей. Отношения с Морганом всегда балансировали на грани — он был отличным помощником, смелым и умным пиратом, но его амбиции никуда не делись. Стоило мне дать слабину, и он не преминул бы попытаться занять мое место. Это держало в тонусе.
Я отошел к борту, оперся на холодные, отсыревшие доски поручней. Вдохнул полной грудью соленый морской воздух. Свобода. После тесноты гроба, духоты тюремного двора и смрада бочки это ощущение пьянило.
Кромвель и его люди теперь будут искать меня с удвоенной энергией. Губернатор Кортни наверняка уже отправил донесение по всем карибским колониям. Наше замаскированное судно «Сокол» давало лишь временную передышку.
И был еще один вопрос, который не давал мне покоя с момента моего «возвращения». Вопрос к Веже. Ее вмешательство спасло мне жизнь, это факт. Но то, как она это сделала, прочитав мои мысли в последний момент, вызвало у меня серьезную тревогу. Я чувствовал себя марионеткой, чьи ниточки дергает невидимый кукловод. Так дальше продолжаться не могло. Пора было ставить условия.