Шрифт:
Annotation
История не знала более изощренных и жестоких игр: одна человеческая смерть – за один фрагмент паззла. И лишь когда паззл сложится, можно будет узнать, где маньяк спрятал свою жертву…
Это все равно что вырвать у живого человека сердце. Серийный убийца и маньяк по прозвищу Доктор Чистота (свидетели утверждали, что от него всегда пахнет моющим средством) похитил и спрятал жену полицейского Свечникова. Никто не знает, где несчастная женщина, жива ли она вообще. Маньяк задержан, но молчит. Свечникова не допускают к допросам, и он уже на грани полного отчаяния.
От
Но маньяк правду не выдает, а… продает ее полицейскому по кусочкам. Цена – немыслимая, чудовищная, нечеловеческая. Но на что способен пойти полицейский, чтобы вытянуть у садиста информацию о своей жене? Как выяснилось – на всё.
Теперь они заодно – Доктор Чистота и полицейский. Они оба пойдут до конца…
Шимун Врочек – писатель-фантаст, автор 10 романов, 3 сборников рассказов, лауреат Роскона. Его книги переведены на 6 иностранных языков; Владимир Мистюков – сценарист, режиссер, продюсер (полнометражный фильм «Рейк» 2019 г.).
Доктор Чистота
Часть 1
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Интерлюдия
Часть 2
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Эпилог
Доктор Чистота
Часть 1
Она проснулась от сильнейшего чувства, что он — чужак, страшный человек, пахнущий «Белизной» так, что слезились глаза, — рядом. И тут же поняла, что никого рядом нет. Она одна. И даже запах хлорки ей почудился. Она уловила влажный аромат прелой листвы, тонкий запах фекалий от ржавого унитаза в глубине Пещеры, и на мгновение, на вечность, на целых две минуты почувствовала облегчение.
Жива.
Никого нет рядом.
Одиночество сейчас означает жизнь. В глубине Пещеры — она привыкла называть это пещерой, хотя это было рукотворное помещение, низкий квадратный короб из бетона и сырого выщербленного кирпича, — жило робкое эхо ее движений, шагов, ее дыхания и стонов. Ее призрачный двойник, зеркалящий каждое ее движение. Изображающий ее. Передразнивающий.
Иногда этот двойник, другая она, начинал бегать, кричать, выть и царапать стены ногтями. В такие моменты она словно смотрела на себя со стороны.
Как страшно и безнадежно она кричит. Как жалко и смешно.
Как глупо.
Остатки сна ушли. Сон был спасением здесь — лежать и лежать, спать часами, днями и неделями. Но она знала, что
Озноб пробежал по плечам, разлился по спине. Она поежилась.
Она открыла глаза и некоторое время лежала, глядя в потолок. Бледный свет мягко покачивался, перебегая от стены к стене. И моргал. Здесь, в Пещере, были сквозняки, иногда они доносили запахи внешнего мира — леса, земляники, мокрого дерева, дождя: больше всего она любила этот запах, словно пришедший из детства, — и изредка резкую синюшную вонь автомобильного выхлопа.
Она откинула одеяло, села на койке. И едва сдержала стон.
Тело занемело, левая нога совсем затекла. В последние дни из-за сырости и чего-то еще… нехватки витаминов?.. она опухла, опухли руки и ноги. Она привыкла к постоянному холоду, но ломота в суставах стала неприятным сюрпризом. Словно их и так мало, этих неприятностей.
Сколько она уже здесь? На это есть ответ. Сейчас, сейчас… Она соберется с силами и дойдет до него.
Иногда по утрам становилось так холодно, что зуб на зуб не попадал. Сегодня было еще ничего — видимо, в лесу потеплело. Лето. Подземная сырость вытягивала остатки тепла из ее тонкого тела. Даже одеяло не спасало: она укуталась потеплее. По телу пробежала крупная, жестокая дрожь. Суставы словно ледяные хрупкие шары, которыми кто-то играет в опасную игру в боулинг. И они вот-вот разобьются друг о друга на мелкие стеклянные осколки. Она мучительно закашлялась. Выплюнула мокроту.
Она вдруг вспомнила, как до всего этого мечтала похудеть, сбросить три-четыре килограмма. Может, даже шесть. Шесть было заветной мечтой — чтобы выглядеть как в телевизоре. А сейчас она настолько исхудала, что трудно спать — во сне ребра словно врезаются в камень. А потом все кости болят. Все кости, без исключения. Она смертельно похудела. Сколько это в килограммах? Десять? Пятнадцать? Бойся своих желаний.
Призрак заплакал в другом углу Пещеры.
Она вздрогнула, правое плечо заледенело так, что повисло тяжелым свинцовым грузом. И поняла, что сама плачет.
Дорожки слез на щеках теплые, горячие. Хорошо. Приятно все-таки хоть что-то чувствовать, кроме боли и отчаяния…
Пора умываться и завтракать. Она поставила себе задачу — выжить во что бы то ни стало. Назло страшному человеку с запахом «Белизны». Назло сырости, боли и холоду. Назло хнычущему призраку ее самой.
Выжить, чтобы… чтобы…
Она остановилась. И вдруг с отстраненным, и оттого еще более безжалостным, ужасом поняла, что не знает зачем. Чтобы вернуться к нормальной жизни? К мужу? К теплу?
«Муж… и что? Нормальная жизнь?» Она с трудом держала себя в руках. Она уже не помнит, как выглядит нормальная жизнь. Тепло?!
Да, тепло бы ей не помешало. Вот, отличная цель. Что будет, когда лето закончится и наступит осень? В Пещере обогревателей нет. Или человек-«Белизна» и это предусмотрел? А там и зима… Что если она так не сумеет отсюда выбраться?
Острый укол паники на мгновение парализовал ее. Она собралась и усилием воли (нет! не-ет! не-е-е-е-ет!) отбросила эту мысль. Ее найдут. Муж найдет. Что-что, а искать людей он умеет.