Дочки-матери
Шрифт:
Опустив голову и не глядя по сторонам, Инна брела к трассе: дорогу помнила наизусть, хотя уже столько лет прошло. Почти всю беременность она провела в Симеизе: самое тяжелое и, несмотря на это, счастливое время.
Сейчас поселок казался мертвым – ни машин, ни людей. Еще неизвестно, сможет ли она сегодня же уехать в Симферополь. Надо было сразу договориться с Павлом: чувствовала ведь, что надолго здесь не задержится!
Инна дошла до обочины, притулилась с чемоданом у бордюра и стала ждать.
Несколько рейсовых автобусов промчались мимо, даже не обратив
– Девушка, вам куда?
– В Симферополь! – ответила она, не слишком надеясь, что частник согласится ехать в такую даль.
Но молодой человек в надвинутой на брови вязаной шапке и солнцезащитных очках – еще час назад в Симеизе сияло солнце – обрадовался.
– Надо же, – заулыбался он, – и я туда еду. Маму встречать. К внукам на Рождество прилетает!
– Довезете? – Инна не поверила своему счастью. – И сколько это будет стоить?
– Да сколько не жалко. – Он потянулся и гостеприимно распахнул заднюю дверцу. – На бензин туда-обратно дадите, и хорошо! Только у меня багажник не открывается, – предупредил он, – чемодан кладите в салон.
Инна впихнула своего мучителя за спинку водительского кресла и села сама. После ветра и холода, которые не на шутку разыгрались на улице, в салоне было сказочно хорошо.
– А детишки-то у вас маленькие? – с улыбкой спросила она.
– Пять и семь, – с гордостью сообщил водитель, – два пацана.
– Надо же, – изумилась Инна, – а у меня девочка. Только постарше, конечно.
После бессонной ночи, блужданий по кладбищу и всех переживаний Инна чувствовала себя смертельно уставшей. Водитель вел машину спокойно – без рывков и резких движений, по радио звучала мелодичная музыка. Инна почувствовала, что засыпает: откинулась на спинку дивана и тут же погрузилась в спокойный приятный сон.
Разбудили ее резкие толчки. Машина, как сумасшедшая, прыгала по кочкам и по ухабам. Инна открыла глаза и изумленно посмотрела в окно – вокруг, сколько хватало взгляда, простирались заснеженные холмы. Ни дороги, ни моря не было видно.
– Господи! – испугалась она, – Где это мы?
– В объезд едем, – сухо сообщил водитель, – по короткой дороге.
Сердце Инны учащенно забилось, она впилась руками в край сиденья, стараясь удержаться на месте.
– Стойте, – жалобно вскрикнула она, ударившись головой о потолок, – мы разобьемся!
– Ни в коем случае, – хмыкнул водитель, – почти приехали.
Автомобиль действительно скоро остановился: ни города, ни людей, ни машин. Сплошное и бескрайнее пространство, занесенное снегом.
– Насиловать я вас не собираюсь, – сразу предупредил он, – давайте украшения, деньги. И не вздумайте
Сердце Инны упало в пятки. Дрожа, она полезла во внутренний карман куртки, достала деньги, сунула их в протянутую руку в перчатке. Мысли метались, как сумасшедшие. Если бы этот человек хотел ее убить, то, наверное, не заставил бы выкладывать ценности – мог бы снять все, что ему нужно, с трупа.
Не обратив никакого внимания на внешность грабителя в самом начале, когда садилась в машину, Инна теперь старалась разглядеть, как он выглядит. Из особых примет была черная аккуратная борода, если только она настоящая. Глаза скрывались под очками, волосы под шапкой, ни роста, ни сложения сидящего в водительском кресле человека она определить не могла. Господи, какая дура!
Стараясь не делать резких движений, чтобы не напугать бандита, Инна расстегнула куртку, сняла с шеи золотую цепочку с подвеской. Потом вынула из ушей сережки. Что еще? Часы? Пусть заберет, лишь бы ее не тронул. Ради Сашеньки нужно договориться, сделать все, чтобы выжить!
– Все? – Рука в перчатке снова требовательно возникла в проеме между передними креслами.
– Все, – Инна сглотнула, – если не верите, посмотрите. Я буду молчать, никто не узнает, только отвезите меня в Ялту!
– Выходите, – бесстрастно приказал он.
– Что?!
– Я говорю, вон из машины! – В голосе прозвучала угроза.
Инна все поняла: если она будет сопротивляться, этот человек прикончит ее. И как минимум до весны, пока не растает снег и в Крым не повалят туристы, никто не найдет труп. Что тогда будет с Сашенькой?
Она дернула ручку и, сотрясаясь в немой истерике, шагнула в снег. Грабитель быстро захлопнул дверцу изнутри и, сорвавшись с места, развернулся в обратную сторону. Инна успела взглянуть на номер, но белая табличка была щедро забрызгана грязью. Ни букв, ни цифр в полумраке она не смогла разобрать.
Вишневое пятно удалялось со скоростью ракеты. Через минуту Инна осталась одна в абсолютной звенящей холодом тишине.
Глава 7
Игорь с недовольным видом припарковал машину у районного отделения полиции на окраине Москвы – Сашка заставила его тащиться в такую даль, чтобы подать заявление по месту жительства. Успела вычитать в Интернете, что расследование все равно будут проводить там, где человека видели в последний раз – по адресу проживания «на момент исчезновения». Вот и настояла на том, что ехать нужно именно сюда.
Они поднялись на крыльцо по заснеженным ступенькам – отделение расположилось с торца жилого дома, – и Варшавский нажал на кнопку. Через несколько секунд раздался писк, Игорь толкнул дверь.
Взору предстал коридор с голыми стенами, выкрашенными бежевой краской, пара стульев для посетителей и круглое лицо дежурного за узким окошком.
– Здравствуйте! – бодро произнес Игорь.
– Добрый вечер, – скучающий в окошке полицейский с любопытством посмотрел на странную парочку, – вы по какому вопросу?