Дочери Рима
Шрифт:
— А теперь я хотел бы поговорить с тобой, — обратился Парис к Друзу, отводя его в другой конец атрия. — Нашего бравого солдата вышли встречать слишком много гостей. Посмотрим, что можно сделать, чтобы из тебя вышел настоящий командир в Таррацине.
Тем временем, охая и ахая от восторга при виде свадебного убранства, в дом прибывали гости. Корнелия обняла Лоллию рукой за талию.
— Полагаю, в самое ближайшее время мы устроим еще один праздник, в честь твоего замужества.
— Да, за родственника Веспасиана, — легкомысленно ответила Лоллия. На ней было ярко-желтое платье с вышитым поясом — гораздо более скромный наряд, чем она обычно носила. В волосах вместо рубинов алые маки. Кстати, отметила про себя
— Госпожа, — рядом с Лоллией возник рослый золотоволосый галл. — Управляющий спрашивает, начинать ли музыкантам играть.
— Ну, конечно, Тракс! И, пожалуйста, пусть вино льется рекой, — Лоллия, сияя счастьем, вновь повернулась к Корнелии. — Я отныне должна добавлять «пожалуйста», потому что Тракс теперь вольноотпущенник. Его освободили на прошлой неделе. И если я не буду говорить с ним учтиво, он может меня бросить.
— Сомневаюсь, — с улыбкой ответила Корнелия. Раб, вернее, вольноотпущенник, стоял и не спешил никуда уходить. Лоллия взяла его под руку, и его пальцы безмолвно сжали ее пальцы. — Кстати, я вижу у тебя новое кольцо.
— Ах, да! — Лоллия с восхищением посмотрела на простое железное колечко на безымянном пальце левой руки. — Правда, симпатичное? Тракс подарил его мне, когда я его освободила.
— А что будет, когда твой новый муж наденет тебе на этот же самый палец другое кольцо? — задумчиво спросила Корнелия.
— О, его можно будет надеть сверху! Потому что это не снимается.
К ним подошла Диана в золотистом шелковом платье. Ее наряд отличался оригинальностью: почти под самое горло впереди, сзади он оставлял спину открытой почти до самое поясницы. Под руку она держала мужчину — седого и слегка кособокого. Корнелия сразу его узнала — это был сенатор Марк Норбан.
— Марк! — воскликнула она, когда он склонился над ее рукой. Несколько месяцев за тюремной решеткой оставили на нем жестокий отпечаток. Корнелия тотчас решила, что непременно должна найти для него новую жену. Поскольку она сама вновь была замужем, ей хотелось осчастливить весь мир. — Вскоре мы будем веселиться на вашей свадьбе, — сказала она ему.
— Вряд ли. Мне никогда не везло с женами. Этот Несс, о котором все говорят с тех пор, как Домициан назначил его придворным астрологом, сказал, что мне не стоит жениться снова. Обычно я не верю в предсказания астрологов, однако… — Марк посмотрел в сторону Туллии. Та, стояла рядом с Гаем, царапая плечо мужа острым ногтем. — Думаю, мне не стоит искушать судьбу.
— Чепуха, Марк! — с легкой укоризной воскликнула Корнелия, а сама подумала, может, он прислушается к Друзу?
Втроем они пошли дальше. Диана весело щебетала о чем-то своем, Марк исподволь наблюдал за ней с легкой улыбкой, как будто она была неким любопытным природным явлением, вроде двухголового теленка.
Лоллия хлопнула в ладоши, и барабанщики тотчас ударили в барабаны, давая гостям знак, что те могут занимать свои места. Свадебный пир начался. Судя по тому, что говорили о ней позднее, это была самая лучшая свадьба за весь год! Даже рабы, и те выглядели счастливыми, смеялись и разговаривали между собой, поднося к столу вино, серебряные чаши с фруктами, жареного поросенка, сдобренного жареными листьями шалфея и чесноком. Друз и Корнелия заняли почетное пиршественное ложе. Друз тотчас принялся ухаживать за своей беременной невестой — наполнил вином кубок и по ее просьбе развел его водой. Корнелия рассмеялась и кинула в него виноградиной. Лоллия держала на коленях малышку Флавию и щекотала ее павлиньим пером. Тракс, сияя улыбкой, как верный страж, занял место за их спинами. Дед Лоллии щегольски надел на парик лавровый венок и уже вел разговоры с каким-то
— На всех твоих кузинах такие красивые платья, — застенчиво заметила сестра Друза, и Корнелия тотчас взяла эти ее слова на заметку. В самое ближайшее время она непременно должна обновить гардероб девушки.
Диана стояла, прислонившись к колонне, и подбрасывала виноградины, которые затем, словно заправский циркач, ловила ртом. Корнелия не удержалась и в шутку обняла ее из-за спины. Виноградина пролетела мимо рта.
— Ты опоздала на мою свадьбу, — попеняла она кузине. — Как прошли гонки?
— «Красные» пришли первыми. Семь раз из восьми. — Диана обняла ее в ответ, осторожно, словно боялась задеть живот.
— Даже если я беременна, не бойся, я не стеклянная и не разобьюсь.
— Я знаю, как надо обращаться с беременными кобылами, — ответила Диана. — А вот беременная кузина — такого опыта у меня еще нет. Сомневаюсь, что тебя можно накормить горячим овсом или обернуть тебе копыта куском шерстяной ткани.
Корнелия рассмеялась.
— Пока меня не разнесло до размеров дома, мы с тобой непременно должны вместе сходить на бега. Ты, я и Друз. Думаю, до отъезда в Таррацину мы выкроим время.
Друз получил туда назначение командиром учебного лагеря, а Гай, — ну кто бы мог ожидать от него такой щедрости! — не взирая на яростные протесты Туллии, преподнес им в качестве свадебного подарка виллу. Ту самую виллу, где в течение двух коротких недель они были так счастливы и мечтали о том, как по винограднику в один прекрасный день будут бегать их ребятишки.
— Между прочим, мы с Друзом подумали, а не купить ли нам лошадей, — радостно щебетала счастливая Корнелия. — И еще виноградник. Друз хотел бы делать самое лучшее вино в округе. — Она заметила, что Диана с трудом подавила зевок, однако не могла удержаться и выложила свои намерения относительно того, какой будет комната ее будущего ребенка, которого, если это будет девочка, в честь отца назовут Друзиллой, а если мальчик, то Друзом.
— О боги! — к ним присоединилась Лоллия в своем солнечном платье. Правда, выражение ее лица было совсем не солнечным. — Вы только подумайте, кто приехал сюда, чтобы испортить нам праздник.
— Она не посмеет, — с угрозой в голосе произнесла Диана.
— Теперь она супруга императорского сына, моя дорогая. И может делать все, что ей вздумается.
Грянул гром рукоплесканий, и они посмотрели в другой конец зала. Корнелия не видела Марцеллу с того дня, когда та молча поднялась и ушла в клубящийся паром кальдарий. Лишь слышала ее имя, когда по городу на крыльях ветра разнеслась неожиданная новость — Домициан взял Марцеллу в жены. Корнелия не сразу узнала сестру — усыпанная драгоценностями, та стояла в дверях зала, держа под руку Домициана. Дед Лоллии вышел к ним, чтобы поприветствовать высокопоставленную чету. Гости также поспешили отвесить поклоны. Когда же Домициан повел молодую жену через весь зал, приглушенный гул голосов перерос в оглушительный рев.
— И все-таки так нечестно! — сокрушенно воскликнула Корнелия. — Веспасиан неженат, Тит тоже. И вот теперь Марцелла исполняет роль императрицы. После того что она натворила, она стала первой женщиной Рима.
— А может, в один прекрасный день и настоящей императрицей, — добавила Диана. — При условии, что Домициан сам когда-нибудь облечется в пурпурную тогу.
— Этому не бывать! — фыркнула Лоллия. — Какой урок преподал нам этот год? Что никто, кто стоит в очереди к трону, до него не доходит. Марцелла лишь тогда станет императрицей, когда уберет со своего пути и Веспасиана, и Тита.