Дочь Земли

Шиманская Наталия

– Перерыв - двадцать минут, отдыхай!

Аля согласно кивнула, помахала принимающему водные ванны Морфею. Итран мгновенно нырнул и появился из-под воды уже непосредственно рядом с девочкой. Выгнул шею, моргнул зеленым глазом:

– Отпустил, да?

– Ага!
– Аля быстро раздевалась. Оставшись в открытом белом купальнике из узких шортиков и топа, неторопливо вошла в прохладную, кристально чистую воду.

– Проинструктируй еще разик, что делать нужно.

– Для начала, позабыть о человеческом.- Он выразительно покачал головой.
– В этот момент твоя родная стихия - вода. У тебя больше нет легких. Забудь о них до поры. Ты дышишь всей кожей, каждая её клеточка поглощает кислород самостоятельно, без

твоих умственных напоминаний. Ты - водный поток. Ну, или, если хочешь, водяная змея в этом потоке. Твое тело, словно гибкая лента. Оно повторяет движение окружающей тебя воды. Ты видишь не столько глазами, сколько разумом. Ты с точностью до миллиметра можешь определить расстояние до любого объекта, большого или ничтожно малого. Его размеры, его вид, его действия - для тебя наперед открытая книга. Читай её, и поступай, как тебе угодно. Ни на секунду не забывай - ты всегда сильнее, быстрее, ловчее любого потенциального противника. Но это не дает тебе права недооценивать его. Просто никогда не пренебрегай внимательностью. Ныряй, Алира!

Хрусталь волны смыкается над головою. Аля закрывает глаза, разбрасывает руки. Медленно опускается ко дну, выдыхая оставшийся в легких воздух. И сразу же - отверстия носа и горла словно перекрываются тончайшими мембранами. Дыхательные процессы полностью отключаются. Но ей вовсе не плохо, ни малейшего дискомфорта. Её тело пьет кислород из воды так легко и непринужденно, будто она всю жизнь провела в водяном просторе. Ощущение потрясающее - во всем теле легкость и умиротворение, почти блаженство. Девочка открывает глаза, осматривает себя. Кожа приобрела серебристый оттенок, стала куда плотнее и покрыта, словно ажурной кольчугой, крошечными чешуйками. Между удлинившимися пальцами рук и ног - прозрачные перепонки. Она находит это забавным. Шлепает ними, разгребает воду вокруг себя. Балуется, как может. Итран тоже ныряет, оплывает её по кругу. Аля слышит:

– Держись!

Понимает. Хватается руками за самый кончик его хвоста, вытягивается в струну. Дракон устремляется на самую середину озера. Сначала плывет медленно. Но постепенно ускоряет движение, меняя направление и глубину все резче и быстрее. Аля движется с ним вместе, инстинктивно приспосабливаясь к его ритму. Она все лучше чувствует и понимает, как правильно двигаться. И вот, наконец, команда:

– Теперь сама!

Она выпускает драконий хвост, прижимает ладони к бокам. Её тело, кажется, утратило свою костную основу. Она может изгибать его под каким угодно углом и с почти неуловимой глазом скоростью. В упоении и восторге девочка то взмывает вверх, к самой поверхности, то стрелой уходит в черную глубину. Проскальзывает между затонувшими стволами, мягко обтекает донные скалы и уступы. Выделывает умопомрачительные пируэты и фортеля. Ведь это, оказывается, тоже полет, по-своему. И он потрясающий, он беспредельно прекрасен! Она - олицетворение стихии воды, она слита с нею нераздельно, она - её продолжение. Она больше трансформер, чем кто-либо из рагезтов. Она - дух Земли!

Итран настигает её, показывает: "время вышло!" Девочка всплывает, выскакивает на поверхность. Мгновенно возобновляется способность дышать воздухом, облик меняется, возвращая черты человека. Аля подплывает к вынырнувшему рядом Морфею. Проворно взбирается ему на спину. Воздевает руки к небу. Кричит:

– Я люблю жизнь!!!

Морфей тихо смеется, отклоняет голову назад. Из отверстия на его темени вырывается струя теплого воздуха, точно из большого мощного фена. Стоя в воздушном вихре, Аля поворачивается то одним боком, то другим. Тело быстро обсыхает. Дракон довозит её до берега. Ссаживает. Девочка ловит ладонями нагнувшуюся к ней громадную голову, с чувством целует в каменно твердый нос.

– Спасибочки, Морфей! Что бы я без тебя делала?!

– Солнышко бы искала.
– Бурчит он добродушно.
– Одевайся, давай, побыстрее. А то получим

мы с тобою от твоего учителя.

– Как он тебе?
– Спрашивает Аля, проворно натягивая сапоги. Застегивает пояс.

– А тебе?
– Он смотрит на нее пристально, будто ждет чего-то для себя важного и решающего.

– Знаешь, - Аля запинается, потом продолжает, - Мы будем с ним тесно общаться. Даже - дружить. Но по-настоящему близкими никогда не станем. Я это очень глубоко чувствую, вот здесь!
– Она выразительно прикладывает руки к груди.

Итран оглядывает её, сопит, проговаривает веско:

– Время собирать камни будет позднее. Куда позднее. Не задумывайся особо. Учись, понимай, живи.

Аля радостно улыбается ему:

– А я что, по-твоему, делаю?!

* * *

Опершись на теплый сосновый ствол, Носферату сверху наблюдал за беззаботно плещущейся в озере девочкой. Сердце опять болезненно сжалось. Наконец-то он понял, отчего всякий раз, глядя на нее, испытывает это неловкое, гнетущее его, томление и тоску. Просто Алира и впрямь очень схожа с нею, Аттали. Не внешностью, нет. Тут они, почти что, прямо противоположны. Но - в жестах, в движениях, в пластике тела, в манере поведения, в каких-то неприметных постороннему взгляду моментах возникает это удивительное, необъяснимое сходство. И ранит его душу глубже самого отточенного лезвия.

Аттали.... Он поднял глаза к небу. Смотрел долго, будто старался взглядом пробиться к ней, за миллиарды километров. Ему бы хоть на мгновение почувствовать её близость, соприкоснуться душами, уловить теплый любящий взгляд.... Хорошо уже то, что теперь у них, по крайней мере, есть время. И он что-нибудь обязательно придумает. Прямо сейчас, конечно, любые активные действия невозможны. Он заперт на Центале, как в клетке. Но не будет же Краасс торчать здесь вечно! Он вернется к своим обязанностям. Он заберет с собою Алиру, а - соответственно - и самого Нэттэ. Если Носферату успеет заручиться её безоговорочной поддержкой. И, чем черт не шутит, быть может, именно в связке с этим загадочным ребенком-демоном, он добьется-таки жизни и свободы для своей возлюбленной. Во всяком случае, он все сделает для этого!

Отдавшись мыслям, Носферату и не заметил, что озерный плес опустел. Легкий шорох позади заставил молниеносно обернуться. Алира стояла в нескольких шагах, пристально его рассматривая. На красивом лице странное выражение: смесь горечи, обреченности и понимания. Ступила к нему. Произнесла тихо:

– Если это не повредит ему лично.... Я помогу тебе. Когда придет время.

Носферату не смог удержать приглушенного возгласа. Она что, мысли читает? Только этого не хватало! Аля печально улыбнулась:

– Скорее - твои эмоции. Ты очень остро чувствуешь. Как и я.... И до добра это частенько не доводит. Верно?

Он удивленно качнул головой. Потом кивнул. Она продолжила:

– Помоги мне, Носферату. Я должна быть первой. Я должна быть сильнее. Если сумею, он, когда-нибудь, вынужден будет считаться со мной. И тогда мне легче будет помочь вам.

– Откуда ты знаешь?
– Растерянно прошептал оборотень.
– Неужели Краасс решился все рассказать тебе? Это невероятно и неестественно. Обрести смерть можно и за гораздо меньшие откровения. Зачем он это сделал?

Аля подошла к нему. Опустилась на траву, уселась на колени. Жестом предложила ему сделать то же самое. Глядя глаза в глаза мягко, но убежденно проговорила:

– Я сейчас постараюсь быть с тобою откровенной, Носферату. Что-то внутри меня, очень глубокое убеждение, все время говорит мне о скрытой в тебе угрозе. То ли - для меня, то ли - для кого-то, кто мне очень и очень дорог. Что я могу предположить? Естественно, что это мой хозяин. Должна честно и прямодушно предупредить тебя: если попытаешься его уничтожить, у тебя не будет злейшего врага, чем я. Более безжалостного, более жестокого. Понимаешь меня?