Дочь заклятого врага

Морейно Аля

– Девушка, возник форс-мажор, и директор сегодня уже не вернётся, – коллега пытается быть вежливым и сгладить мою резкость. – Никаких указаний относительно вас она не оставляла, и связаться с ней мы, к сожалению, не можем.

– Так что же мне делать? – спрашивает она, и я явственно слышу в её голосе отчаяние. Но вместо того, чтобы проникнуться её проблемами и предложить найти решение вместе, злорадно ляпаю:

– Что делать? Снимать штаны и бегать!

Смеюсь. Возможно, это радуются во мне две стопки, которые я успел пропустить за

здоровье хозяйки, или рвётся наружу моя тайная мстительная натура. Но я испытываю неимоверное удовольствие, наблюдая, как глаза княжны округляются, наполняются слезами, и она выскальзывает из кабинета.

– Вадим, какая муха тебя укусила? – спрашивает удивлённо Эдик. – Когда ты успел стать таким придурком?

– Скажи спасибо, что не придушил её. Она и вся их семейка этого заслуживает, – дёргаю нервно мышь, чтобы “разбудить” заснувший ноутбук.

Звонит телефон, и мне приходится ответить.

– Вадик, я совсем забыла предупредить, – тихим голосом говорит Эльвира. – Ко мне должна прийти молодая женщина по поводу работы. Посади её в комнате для клиентов, напои чаем. Пусть она дождётся Машу, я сейчас ей наберу и дам указания.

Спорить с хозяйкой я, конечно, не могу. Приходится встать и поспешить к выходу, чтобы догнать княжну.

Глава 1

Зоя

Вскоре после событий первого пролога

Мы собираемся на бал. Подумать только, меня берут на бал! По такому случаю мы даже ездили с мамой по магазинам и купили мне новое роскошное платье, а к нему – туфли, сумочку и несколько комплектов очень красивого кружевного белья.

Мама явно была в ударе, ведь раньше она всегда считала, что бельё должно быть не столько красивое, сколько удобное, практичное и натуральное. Поэтому на кружева и пуш-апы действовал запрет, а старшие сёстры не раз получали нагоняй. Мол, вот выйдете замуж – будете носить такое бельё, а в девках нечего кожу портить и привлекать излишнее внимание разных неадекватов.

Трудно было понять, что маму пугало больше – контакт нежной кожи дочерей с синтетикой или страх перед опасными особями мужского пола. Как будто последние сквозь одежду могут увидеть, какое у нас бельё.

Впрочем, после нашумевшего случая с девочкой из нашей школы, которая подверглась насилию и сошла из-за этого с ума, я стала прислушиваться к маминым словам и откровенно побаиваться мужского внимания.

После торгового центра мы поехали в салон, где я никогда раньше не была. Спа, солярий, эпиляция… Мама, кажется, наконец-то заметила, что её младшая дочь повзрослела, и решила научить меня женственности и уходу за собой. Что-то определённо в лесу сдохло, ведь раньше ей до меня было мало дела.

А может быть, она заскучала без старших дочерей и захотела окружить меня любовью и повышенной заботой? Правду говорят, что лучше позже, чем никогда.

Смотрю на себя в зеркало – и не могу налюбоваться. Может, я и “бледная моль” по сравнению

со старшими сёстрами, но наложенная визажистом косметика умело скрывает мою бесцветность.

Платье красиво подчёркивает изгибы фигуры. В нём я вовсе не тощая и бесформенная. Выгляжу круто! Даже не верится, что я могу быть такой красавицей.

Сердце колотится – очень волнуюсь. Удастся ли мне вести себя непринуждённо? Не забуду ли что-то из важных правил этикета? Мне вовсе не хочется опозорить отца – иначе он больше никогда меня с собой не возьмёт.

Чувствую себя немного Золушкой. И хотя платье моё в полночь не превратится в рубище, а папин лимузин с водителем никогда не станет тыквой, я всё равно чего-то боюсь.

Мэр отмечает юбилей в огромном роскошном ресторане. Гостей очень много, не меньше, чем было на свадьбе у Илоны, моей второй сестры. Все вокруг нарядные, будто сошли с обложек модных журналов. Папа ходит по залу, выпятив грудь вперёд. Мама держит его под руку, будто приклеенная. Мне очень хочется смотреть по сторонам, разглядывать гостей и всем улыбаться. Но я семеню за родителями, опасаясь потеряться.

Несколько раз мы останавливаемся, и отец представляет меня каким-то людям. Я стараюсь быть максимально вежливой и приветливой. В ушах звенит извечное отцовское: “Ты меня опозоришь!” Мне крайне необходимо не ударить сегодня лицом в грязь, продемонстрировать, что я вовсе не хуже сестёр и меня можно брать в приличное общество.

– Это мой компаньон, Олег Орлов – известный столичный бизнесмен, – папа знакомит меня с ещё одним своим приятелем. – Помнишь его? Он приезжал к нам на обед пару лет назад.

Улыбаюсь, стараюсь не произвести впечатление непроходимой дуры. Этого человека я не помню. К папе часто приходят гости, и мама обязательно зовёт их к столу прежде, чем они закрываются в отцовском кабинете. Как я могу их всех запомнить? Я знаю лишь завсегдатаев.

В отличие от других, этот Орлов без пары, что выглядит довольно странно для такого приёма. Уверена, что вовсе не все мужчины здесь находятся с жёнами. Некоторых сопровождают любовницы или даже эскорт. Почему этот человек не позаботился о спутнице, чтобы не выглядеть белой вороной и не нарушать негласных правил?

Он привлекательный и совсем не старый, ему лет сорок – не больше. Наверняка у него есть женщина. Может быть, даже не одна. Отец сказал, что он из столицы. А если у него там жена, которая ждёт ребёнка и поэтому не смогла приехать, а он не считает допустимым появляться в обществе с кем-то другим? Ведь наверняка бывают на свете такие мужчины-рыцари, – придумываю ему романтичное оправдание.

Орлов мне симпатичен. Он выглядит интеллигентом. Сразу видно, что умный и образованный. Хорошо воспитан, приветлив. Возможно, даже из дворян – папа помешан на всех этих старых титулах, которые в современной жизни не значат ровным счётом ничего, но все почему-то носят их с высоко поднятой головой как одежду от известного модельера.