Дочь времени

Тэй Джозефина

— Наверно, я все-таки напишу книгу, мистер Грант.

— Обязательно напишете. И защитите от клеветы не только Ричарда, но и Елизавету Вудвилл, которая за денежную подачку будто бы предала забвению смерть сыновей.

— Об этом я тоже напишу. Но у меня до сих пор нет никакой версий убийства.

— Будет.

Каррадин перевел сразу изменившийся взгляд с небольших пушистых облаков над Темзой на Гранта.

— Ну и тон у вас! — сказал он. — А вы сейчас похожи на кота, который собирается лакомиться сливками.

— Как

вам сказать. Я тут, пока вас ждал, попробовал свои полицейские методы.

— Полицейские методы?

— Ну да. Кому выгодно, и все такое. Мы знаем, что смерть принцев не принесет Ричарду никакой выгоды, следовательно, идем дальше и смотрим, кто же на этом выигрывает. И опять возвращаемся к акту, узаконившему право Ричарда на трон.

— Какое отношение имеет этот документ к убийству?

— Генрих VII женился на старшей сестре принцев Елизавете?

— Ну да.

— Так он примирил Йорков с тем, что узурпировал трон?

— Да…

— Аннулировав акт, он восстановил Елизавету в правах законнорожденной дочери?

— Да, да.

— Но, возвратив права законного рождения всем детям, он автоматически вернул права наследникам. Принцам-наследникам. То есть вернул трон старшему из них.

Каррадин щелкнул языком от удовольствия, и глаза у него заблестели.

— Итак, — сказал Грант, — думаю, нам следует продолжать розыски в этом направлении.

— Правильно. А что теперь искать?

— Мне надо знать все, что возможно, о признании Тиррела. Но сначала, и это, пожалуй, важнее, проверьте, как вели себя все заинтересованные лица, что с ними происходило. Что они писали друг о друге, не так важно. Сделайте все в точности так, как вы делали, когда мы расследовали воцарение Ричарда после неожиданной смерти Эдуарда.

— Хорошо. Что именно вам надо знать?

— Мне надо знать, что случилось со всеми наследниками из семьи Йорков, которых Ричард покинул живыми, здоровыми и процветающими. Все о каждом из них. Сможете?

— Конечно. Проще простого. Я постараюсь побольше прочесть о Тирреле. Кем он был, чем занимался. Словом, что собой представлял. Я сделаю, — сказал Каррадин, с чрезвычайно озабоченным выражением на лице поднимаясь со стула, так что Грант был уверен: на этот раз он застегнет пальто и уйдет.

— Я вам очень благодарен, мистер Грант, за… все… За все…

— Это за наши-то игрушки?

— Нет, мистер Грант, когда вы поправитесь, я… я… Я прокачу вас вокруг Тауэра.

— Лучше до Гринвича и обратно. Мы — народ островной и очень любим водные путешествия.

— А вы не знаете, когда они разрешат вам встать?

— Вполне вероятно, я встану раньше, чем вы принесете мне что-нибудь интересное о наследниках или о Тирреле.

14

К следующему визиту Каррадина Грант еще не

был на ногах, но ему разрешили сидеть в постели.

— Вы не можете себе представить, — сказал он Бренту, — какое удивительное зрелище представляет собой обычная стена. Когда лежишь неподвижно, мир кажется до забавного маленьким.

Грант был тронут тем, что Каррадин с явным удовольствием воспринял улучшение его состояния, и они не сразу взялись за историю. Первым не выдержал Грант.

— Ладно, говорите, как жилось Йоркам при Генрихе VII.

— Сейчас, сейчас. — Каррадин по обыкновению вытащил из кармана блокнот с записями, подвинул стул поближе к кровати, устроился на нем поудобнее и спросил:

— С кого начнем?

— О Елизавете нам все известно. Генрих женился на ней, и она была королевой Англии до самой своей смерти, а потом он сделал предложение безумной Анне Испанской.

— Верно. Бракосочетание состоялось весной, по другим источникам — в январе 1486 года, через пять месяцев после Босуорта. А умерла она в 1503 году.

— Семнадцать лет. Бедняжка. Ей, думаю, они показались всеми семьюдесятью. Генрих ведь был, мягко говоря, не очень любящим мужем. Ладно, пойдем дальше. Остальные дети Эдуарда. О мальчиках мы пока ничего не знаем. А Сисели?

— Ее выдали замуж за старого дядюшку Генриха, лорда Уэллза, и отправили в Линкольншир. Анна и Екатерина, когда достаточно подросли, чтобы стать добрыми членами семьи Ланкастеров, тоже были выданы замуж, а младшая, Бриджет, постриглась в монахини и жила в Дартфорде.

— Что ж, по крайней мере, традиционно. Кто там еще? Сын Георга?

— Юный Варвик был приговорен к заточению до конца своих дней в Тауэре, но казнен якобы за попытку к бегству.

— Так. А Маргарита, дочь Георга?

— Она стала графиней Солсбери. Ее казнь по сфабрикованному обвинению, несомненно, классический образец «законного» убийства.

— Теперь старший сын Елизаветы. Он был вероятным наследником…

— Джон де ла Поул. Жил со своей теткой в Бургундии…

— С Маргаритой? Сестрой Ричарда?

— Да. Умер во время восстания Симнела. [25] Но у него был еще младший брат, которого вы забыли включить в список. Его казнил Генрих VIII. Де ла Поул сдался Генриху VII под охранную грамоту, и, думаю, Генрих опасался нарушить данное ему слово, может быть, чтобы его не покинула удача. Как бы то ни было, свое слово он сдержал. Зато Генрих VIII, не ведая сомнений, убрал де ла Поула и еще четверых, которых вы не указали. Это Экстер, Сарри, Букингем и Монтегю. Он отделался от всех.

25

Симнел Ламберт поднял восстание в 1487 году.