Дочь викинга
Шрифт:
Увидев Таурина, мужчины остановились. Вернее, Фаро остановился, а вот Фульрад не успел замедлить бег и налетел прямо на Таурина, чуть не сбив раба с ног. При других обстоятельствах Гизела расхохоталась бы, но в тот момент ей казалось, что она больше никогда не рассмеется. С ужасом девушка смотрела на то, как Таурин переводит взгляд с воинов на нее. Неясно было, что удивляет его больше.
– Гизела? – медленно протянул он. – Так ты Гизела?
Мужчина поднес факел к ее лицу, и принцессе показалось, что огонь сейчас перекинется
– Так ты Гизела? – повторил он.
Она наклонила голову, защищаясь от яркого пламени факела, но сейчас вновь посмотрела на Таурина, пытаясь отыскать в его чертах что-то, что подарило бы ей надежду. Надежду на то, что этот раб слишком глуп, чтобы осознать случившееся. Что этот раб слишком мягкосердечен, чтобы убить принцессу.
– Нет! – в отчаянии воскликнула она. – Я не Гизела! Я всего лишь служанка принцессы, и я заблудилась!
Фаро и Фульрад наконец пришли в себя. Их забота о принцессе была сильнее страха быть пойманными. А может, им хотелось покуражиться.
– Но, Гизела, что ты такое говоришь?! – воскликнули они.
Таурин вновь поднял факел, внимательно рассматривая мужчин.
– А вы кто такие? – Он сделал шаг им навстречу.
Хотя он храбрился изо всех сил, Гизела заметила его страх и напряжение. Теперь, когда свет факела не слепил ей глаза, девушка разглядела меч у него на поясе.
– Прошу вас, уходите! – взмолилась она. – Бегите!
«Ему нужна я, а не вы», – про себя добавила она.
И тут напряжение достигло пика. Гизела не знала, кто первым обнажил меч, Таурин или франкские воины, но вдруг все выхватили оружие. «Почему рабу разрешено носить меч?» – подумала Гизела. В Западно-Франкском королевстве даже крестьянам нельзя было владеть оружием. А этот Таурин, похоже, не впервые вступал в бой.
Клинки зазвенели друг о друга – раз, второй, третий. Меч Фаро отлетел в сторону, и Таурин приставил лезвие к горлу солдата. На мгновение бой прервался. У Гизелы болезненно сжалось сердце.
– Кто вы? – спросил Таурин.
Гизела сожалела о том, что не может воспользоваться своей властью и настоящим именем.
Клинок у горла не помешал Фаро поведать Таурину о том, что его цель – защищать принцессу.
А вот Фульрад не успокоился. Он вновь занес меч, но Таурин отреагировал молниеносно, ударив франкского солдата в бедро. Фульрад покачнулся, теряя равновесие. Фаро воспользовался моментом и отпрыгнул в сторону, собираясь подхватить свой меч.
Едва он успел выпрямиться, как в коридоре послышался топот. Уже через мгновение тут было полно мужчин, и все они были вооружены.
Гизела закрыла ладонями лицо и пригнулась. Она больше не видела, что происходит, только слышала шум, стоны раненых и отрывистое дыхание стражников.
А потом все закончилось. Девушка не
Как бы то ни было, Таурин не проиграл.
– Вы сейчас же объясните мне, что здесь происходит! – решительно заявил он.
Только теперь Гизела осмелилась открыть глаза.
На полулежало два меча. Солдат ее отца задержали. Перед ними стоял Таурин.
Сколь бы безысходной ни была эта ситуация для Фаро и Фульрада, Гизеле она сыграла на руку. На нее сейчас никто не смотрел. Пускай она и не могла помочь франкским солдатам, но она могла сбежать. Сохранить свою тайну. Найти Эгидию. Предупредить ее.
Так она и сделала.
Принцесса не знала, как ей это удалось, но в какой-то момент она вновь очутилась в кухне. Девушке очень хотелось опуститься на лежанку – твердую и грязную, но сулившую сладкий сон. Однако Гизела сдержалась. Сейчас нельзя было спать – нужно было отыскать Эгидию!
Это предприятие вряд ли могло обернуться успехом, да и опасность повстречать Таурина была слишком высока, чтобы решиться на такой поступок, но сейчас у Гизелы не было времени раздумывать над тем, что, собственно, она делает. Ею безраздельно владел страх.
Этот страх в итоге выгнал ее на улицу, где она наткнулась пусть и не на Таурина, но все же на опасного противника. Словно ниоткуда перед ней возникла какая-то фигура. Кто-то схватил девушку за руку и остановил на бегу. Гизела, завопив, принялась отбиваться. Наверное, это был еще один наемный убийца, подосланный Поппой!
В нос ей ударил неприятный запах. Мужчина, поймавший ее, был безоружен – и пьян. Он не отличался жилистой фигурой и казался скорее толстым, но это не уменьшало его силу. Гизела тщетно вырывалась и вскоре оставила бесплодные попытки.
– Вот ты где! – выдохнул мужчина.
Он говорил на франкском, а значит, входил в свиту епископа. Но он явно не обладал высоким положением при дворе его преосвященства: от толстяка дурно пахло, его одежда была не только грязной, но и потрепанной, пояс выглядел потертым, кожаная поношенная куртка лоснилась. Физиономия распухла и покраснела от пьянства. Еще вчера это зрелище напугало бы Гизелу, но сегодня ночью больше всего ее страшила смерть, а этот тип явно не собирался ее убивать.
– Я тебя весь день ищу, – проворчал он.
Гизела не понимала, о чем он говорит. Неужели он узнал ее? Но почему этот мужчина ее искал?
– Отпусти меня! – взмолилась она.
– Да, ты только этого и дожидаешься, дрянь! Но теперь моему терпению пришел конец, я и так слишком долго шел у тебя на поводу! На этот раз тебя накажут по-настоящему, можешь мне поверить!
С каждым его словом в Гизеле крепла уверенность в том, что этот человек ее с кем-то спутал. В конце концов, она была одета в потертое платьице, поэтому он мог принять ее за служанку. И эта служанка явно чем-то его рассердила!