Дочь Тьмы
Шрифт:
— Хорошо, — выдохнул Дэн, — А как там Флорин?
Я поудобнее устроила руку и только тогда смогла расслабиться.
— Флор уже поднимается с постели, с ним всё в порядке. Осталось дождаться только твоего выздоровления, и ты будешь официально назначен новым главой клана.
Стан ничего не ответил, потому что ему не очень нравилась эта идея. Во-первых, он не считал нужным становиться главой клана Воинов, во-вторых, считал, что я по праву заслужила носить это гордое звание. Но я не хотела занимать пост главы клана, — у
В дверь постучали, и я поднялась, приглаживая волосы.
— Войдите, — одновременно со Станом произнесли мы, и я фыркнула.
В комнату неловко вошёл Флорин, слегка поморщившись и инстинктивно прижимая руку к раненому боку.
— Алекс, там Леонтий собирается покинуть Бран, он хочет тебя видеть, — тихо проговорил он, кивая Даниэлю и снова переводя взгляд на меня.
— Он не останется на церемонию? — я удивлённо вскинула брови, потому что рассчитывала на то, что Георг останется до того момента, пока Стан будет назначен новым главой клана Константин.
— Нет, потому и зовёт тебя.
Я поднялась с постели и направилась к двери, обернувшись на пороге и будто бы решая, стоит ли оставлять Флора и Стана одних. Потом сделала глубокий вдох и вышла в коридор.
Леонтий стоял напротив окна, заложив руки за спину и покачиваясь на ногах. Он не обернулся на звук моих шагов и вообще ничем не выдал того, что знает о моём присутствии.
— Леонтий, вы хотели меня видеть? — проговорила я тихо, размышляя о том, зачем я понадобилась Старейшине, и Георг повернулся в мою сторону. Улыбка осветила его кажущееся усталым лицо, и он сделал шаг ко мне.
— Да, я собираюсь вернуться в форт, и на церемонию вместо меня останется Лайнус. Мы с тобой не виделись с той самой ночи, так вот я хотел бы сказать, что ты дралась так, как и положено драться истинной дочери клана.
Он замолчал, а я вскинула брови вверх. Из его уст это было слушать довольно странно, учитывая, что он прожил не одну сотню лет и повидал в своей жизни немало.
— Вы ведь знали о том, что так будет, не правда ли? Эта схватка должна была окончиться именно так?
Георг поспешно спрятал улыбку и отошёл к окну, не торопясь отвечать. А потом вообще задал совершенно неожиданный вопрос.
— Ты ведь не сказала Дэну о ребёнке?
Я замерла на секунду, удивляясь такому повороту в беседе. По правде говоря, Леонтий умел выбить почву из-под ног при помощи одних только слов.
— Пока нет, — шёпотом ответила я, — Боюсь, что если он узнает, чем именно я рисковала, он просто голову мне оторвёт, — улыбнулась я.
— Тогда советую сказать сейчас, пока он ещё не встаёт с постели, — ровным голосом подсказал выход Георг и я нервно рассмеялась.
А потом Старейшина подошёл ко мне и, взяв меня за плечи, начал говорить серьёзным тоном, словно только то, что он сообщал мне, имело значение сейчас.
— Береги Яна,
Я нервно сглотнула, инстинктивно кладя руку на живот, а Леонтий продолжил.
— По сравнению с жизнью Яна, все остальные жизни — просто прах. Важен только он. И только ты одна способна защитить его. Будь очень осторожна — от тебя и твоих действий зависит судьба всего мира. Скажи Стану о ребёнке, — это очень важно.
Он вгляделся в мои глаза долгим изучающим взглядом, словно старался прочесть ответ на одному ему ведомый вопрос. А я кивнула, обещая сделать всё, что будет от меня зависеть.
Леонтий постоял так ещё немного, а потом улыбнулся, отпустил меня и вышел из комнаты…
Я поёжилась, стараясь прогнать жуткое ощущение неизбежности того, что уже случилось, и отошла к окну, наблюдая за тем, как Георг выходит из замка и садится в машину, ждущую его у подъезда. Он на секунду задержался, поднимая лицо вверх и безошибочно находя меня взглядом, а потом быстро сел в машину и уехал.
Зря я думала тогда в зале, что всё закончилось. Из слов Старейшины можно было заключить только одно: всё ещё только начиналось. Я постояла так ещё немного и, глубоко вздохнув, развернулась и вышла из комнаты, чтобы выполнить наказ Леонтия — сказать Дэну, что скоро он станет отцом…Почему-то я ощущала всем существом, что важнее этого нет ничего на свете…
Эпилог
Я стояла на балконе, опираясь руками о каменные перила и наблюдая за тем, как внизу тренируется пятнадцатилетний Ян, нападая на Флорина с таким пылом, что закалённый в боях Воин успевает отклониться лишь в самый последний момент.
Ян уже сейчас, в свои пятнадцать выглядел не как подросток, а как молодой мужчина, который обещал стать настоящим мужественным Воином. Я любовалась сыном. Не как мать, которая любит своё дитё, а как Воин, знающий, что перед ней один из самых сильных Воинов в истории существования вампиров. И пусть он станет им в будущем, уже сейчас было ясно, что равных ему по силе не будет.
Лязг холодного оружия снова разнёсся в установившейся было тишине, и я перевела взгляд на горизонт, где садилось солнце, окрашенное каким-то странно тревожным и мутным цветом. Я до сих пор не могла привыкнуть, что оно стало таким тусклым, чуть ли не с каждым днём теряло свою яркость и свет.
С разных концов света до нас доходили вести, что грядёт сумрак, который вот-вот поработит всю землю и который станет предвестником того, что человечество будет под угрозой. В это не хотелось верить, но всё говорило только о том, что так оно и будет.