Дочь теней
Шрифт:
Красный капюшон спешилась и подвела коня к трапу. Зверь на миг замер там, прижал уши к голове. Женщина погладила его нос, шепнула что-то, звучащее жутко для ушей паромщицы. Кожа коня трепетала, но он послушался хозяйку и пошел по трапу на баржу с плоским дном. Красный капюшон нашла местно среди ящиков под тканью и встала рядом с конем, глядя на дальний берег.
Шум движений, и яркое одеяние с пернатой шляпой мастера Фолкета привлекли взгляд паромщицы. Торговец взбежал по трапу на баржу, шагал быстро, как для мужчины его размера.
— Вы… не говорили, что одна из них поплывет
Паромщица посмотрела на него.
— Вы предпочли бы, чтобы я вернулась за вами, мастер Фолкет? Потому что я не буду просить ее ждать следующий паром.
Торговец посмотрел на баржу, взгляд двигался по его товарам, стоившим небольшое состояние, до Красного капюшона. Она тихо стояла в центре. Он вытер лоб, пробормотал краткую молитву. Потом он тонким голосом крикнул одному из своих людей:
— Гэтен! Разгрузишь товары на той стороне. Я… присоединюсь позже.
Он повернулся, подобрал мантию и поспешил сквозь толпу на берегу, устремившись к ближайшей пивной. Или куда-то еще подальше от взгляда Красного капюшона.
Паромщица покачала головой, желая в тайне уйти с ним. Но она взяла себя в руки, крикнула приказы своим людям, забралась в свою лодку и заняла место у румпеля. Весла стали двигаться, баржа поплыла по Айге шириной в милю к городу на другой стороне. Река, которую она пересекал сотни раз, еще никогда не казалась бесконечно широкой.
Красный капюшон все время стояла возле своего коня, смотрела на дальний берег, никому ничего не говоря.
* * *
Река Айга мерцала под полуденным солнцем, ее воды были обманчиво спокойными. Она не могла обмануть Айлет. Та смотрела на гребцов со своего места в центре баржи, замечала, как они напрягали спины, чтобы сохранять ровный ритм и прямой курс, пока они направляли груз через сильное течение Айги.
На открытой воде было холодно. Айлет укуталась в плащ плотнее и шагнула ближе к Честибору. Она не впервые была на барже. Она семь дней провела так, пока плыла по реке Аалис от Дроваля в глубины Перриньона, сокращая путь вдвое. Дальше ее ждал день пути по стране, но в стороне от главных дорог, чтобы не встретить незнакомцев, и теперь она пересекала Айгу на пути в Водехран. Если повезет, она прибудет в замок Дюнлок к Золотому принцу до того, как он примет решение по заставе.
Город за рекой казался Айлет невероятно большим, крыши с красной черепицей и белые стены отражали солнце, ослепляя. Судя по карте Холлис, тут не должен был находиться город, но карте было не меньше двадцати лет, и изменения в нее вносила только Холлис. Этот яркий и новый город явно процветал и появился после того, как Холлис отправилась в Дроваль годы назад.
Баржа приближалась к причалу, Айлет слышала, как паромщица кричала приказы готовиться к разгрузке баржи. Парни огибали Айлет, словно она могла в любой миг напасть на них, как пантера, но у них не было причин бояться ее. Она уже оглядела экипаж теневым зрением, и на борту захваченных тенью не было.
Игнорируя испуганные взгляды, она гладила шею Честибора.
— Мы почти там, — шепнула она. А в мыслях добавила. — Мы близко, Ларанта.
Ее тень-волк лишь
Баржа прибыла к пристани через минуты, и Айлет, не попрощавшись с экипажем, повела коня по трапу в город. Они не хотели говорить с ней, и она предпочитала держаться в себе. Она не сможет дышать легко, пока не покинет баржу и город.
Она быстро забралась в седло и поехала по извивающимся улицам, не глядя в глаза тех, кто пялился на нее, выбирая самые широкие дороги между зданий. Было что-то ужасно подавляющее в испуганных взглядах и дрожащих духах жителей. Будто она была их врагом.
Хоть красный плащ отмечал ее как эвандерианку, они не могли забыть, что она была захвачена тенью. Она всегда будет пугать тех, кого спасала.
Она уговаривала себя, что привыкнет к этому, пока вела Честибора по восточной дороге, покидая переделы города. Она не сразу научится терпеть страх от ее присутствия. Но сможет, как смогла и Холлис.
С этой мыслью перед глазами сверкнуло каменное лицо Холлис. Айлет скривилась. Ей не нравилось думать о наставнице. Она покинула Гилланлуок три недели назад, не оставив послания венатрикс. Холлис точно поймет, и Айлет могла лишь надеяться, что она не погонится за ней. Если богиня была на стороне Айлет, то, может, Холлис еще не вернулась с охоты, еще не узнала, что ее бывшая ученица стала беглянкой…
Мысли мешали, и Айлет сосредоточилась на дороге. Она была уже близко. Нужно было думать о будущем, о своей миссии.
Через час после того, как она оставила город у реки, она нашла почти заросшую тропу, явно подходящую венаторам, и повела Честибора по ней вверх по холму. Она поднималась выше, и Водехран было видно все лучше. Она заметила деревни вдали и храмы. Поля вокруг были ухоженными, и рабочие, которых она заметила отсюда, выглядели здоровыми и полными сил. Золотой принц был хорошим господином.
Ее вдруг охватил холод.
В начале побега из Гилланлуока она сосредоточилась на пути в Водехран. Но теперь она была тут… в нескольких часах от замка…
— Богиня, помоги, — прошептала она. — Я не готова предстать перед… перед ним.
Золотой принц был не просто принцем. Он был сыном Избранного короля. Его отец был орудием богини. Ее правой рукой, убившей Жуткую Одиль и покончившей с Ведьмиными войнами. А сын… Он был наследником из пророчества, посланным вести народ Перриньона к Золотой эпохе. Он был легендой до рождения, живым доказательством благосклонности богини к смертным.
Он рассмеется ей в лицо.
Айлет резко дернула за поводья, Честибор прижал уши и дернулся. Ее сердце гремело в горле. Глупые мечты, которым она предавалась последние несколько недель, пронеслись перед глазами — как она решительно проходит к трону, ее плащ развевается, пряжки блестят…
Щеки вспыхнули. Как она могла быть такой глупой? Как она могла быть такой наглой? Так сосредоточиться на награде и забыть о реальности?
Принц по одному взгляду на нее среди других кандидатов поймет, что она была неопытной и из ниоткуда. У нее было доказательство своих способностей. Но не было даже одобрения наставницы.