Дочь регента

Холт Виктория

Ошеломленный принц Оранский уехал из Ворвик-хауса. «Шарлотта — такая странная девушка!» — думал он. Порой ему казалось, что она такая же сумасшедшая, как ее мать.

***

К Шарлотте приехал ее любимый дядя Август, герцог Суссекский.

Он узнал, что у нее не так все гладко с принцем Оранским.

— Дело в том, — заявила Шарлотта, — что он мне не нравится. Он не в моем вкусе, и, кроме того, я не желаю уезжать из Англии.

Дядя Август одобрил ее решение.

—

Боюсь, что твой отец просто хочет выпроводить тебя из страны. Вот почему он так ухватился за этот брак. Ему не нравится твоя популярность. Кроме того, ты же знаешь, он хочет развестись с твоей матерью и мечтает о наследнике.

Шарлотта обиделась и рассердилась. А она-то думала, что он все-таки ее любит! Но — нет, оказывается, он просто притворяется, чтобы выдать ее замуж за Вильгельма и спровадить в Голландию.

— Я никуда отсюда не уеду, — решительно сказала Шарлотта.

— Ты права, — откликнулся дядя. — Ты не должна уезжать. От того, останешься ты здесь или нет, зависит твое будущее. Смотри, если ты уедешь, то потеряешь корону. Тебе нужно остаться, но в то же время нельзя сердить отца. Я беспокоюсь о его здоровье. Оно у него не очень хорошее, ты сама знаешь.

Как это похоже на дядю Августа! То он всей душой за нее, то начинает поддерживать брата. Когда-то он женился на Августе и от всего отказался ради нее. Но это продлилось недолго, они с Гузи давно расстались...

Это их сын, Август д'Эсте, заглядывался на Шарлотту.

Он был довольно мил, и Шарлотта не сомневалась, что ему хотелось бы на ней жениться. Но юноша слишком походил на своего отца, а она мечтала не о таком муже. Нет, ей нужен сильный мужчина. Такой, как Ф., или... или, как Леопольд. Ах, но до чего глупо думать так о нем! Какой же он сильный? Предпочел удрать, испугавшись гнева ее отца. Нет, ей нужен принц, который был бы готов жить в Англии и стать супругом королевы. Она сама выберет себе мужа, и если Ф. предложит ей свою руку — и им можно будет пожениться, — она согласится.

«Да, с превеликим удовольствием!» — горячо уверяла себя Шарлотта и отказывалась думать о красивом юноше, который показался ей таким желанным, когда помогал сесть в карету возле входа в гостиницу «Пултени».

Но если дядю Августа нельзя было воспринимать всерьез, то Броугхем и Уитбред оказались людьми иного толка!

Они тоже приехали к принцессе. Им стало известно, что она хочет порвать с принцем Оранским. Может быть, она позволит им составить письмо, в котором будет содержаться отказ?

Шарлотта зашла слишком далеко, пути к отступлению не было. Да и потом... она ведь решилась!

И вот потрясенный принц Оранский прочел, сидя в комнате на Клиффорд-стрит, письмо невесты, в котором она отказывала ему, да еще в таких выражениях, которые мог употребить только юрист... как, собственно говоря, на самом деле и было.

НОЧНОЕ БЕГСТВО

Шарлотта ждала, что разразится буря.

У нее не оставалось другого выхода. Она написала Мерсер, умоляя ее поскорее приехать в Ворвик-хаус. Сейчас подруга была ей особенно нужна.

Мерсер приехала и обнаружила, что принцесса

принимает принца — того самого, которого она в письмах называла «Ф».

— Вы оставили их наедине? — вскричала шокированная Мерсер.

Корнелии пришлось признаться, что да.

— Но это же безумие! — холодно проговорила Мерсер. — Ради Бога, пойдите к ней и положите этому конец.

— Я не смею, — пролепетала Корнелия. — Принцесса в последнее время так изменилась. Она страшно рассердится и не прислушается к моим словам, как прислушивалась раньше.

Мерсер удивленно посмотрела на Корнелию. Что случилось с этой волевой женщиной, которой она, Мерсер, стиснув зубы, восхищалась, чьей союзницей сделалась?

Мерсер сама ворвалась в комнату и нарушила уединение влюбленных.

Но ничего страшного не произошло, наоборот, при виде подруги Шарлотта вскрикнула от радости и бросилась обнимать Мерсер.

— Слава Богу, вы приехали, Мерсер! — восклицала она и на несколько мгновений даже позабыла о Ф. — так ее обрадовал приезд подруги.

***

Мерсер взяла ситуацию в свои руки. Она поинтересовалась, написала ли Шарлотта отцу. Шарлотта же надеялась на то, что это сделает Вильгельм, однако Вильгельм явно не поставил регента в известность.

— Вы должны не откладывая написать Его Высочеству, — заявила Мерсер. — Должны сообщить ему о расторжении помолвки. Мы сейчас же составим письмо и отошлем его.

Шарлотта, как всегда, подчинилась, а когда письмо было написано, так перепугалась, что боль в колене стала почти невыносимой, и, уступая настояниям Мерсер, принцесса легла в постель.

«Сейчас отец читает мое письмо! — думала она. — Оно наверняка дошло очень быстро, ведь Ворвик-хаус рядом с Карлтон-хаусом, и если отец был дома, то оно сразу попало к нему в руки».

Однако прошло несколько дней. Тревожное ожидание было невыносимым.

Иностранные гости покинули Англию. Княгиня Ольденбургская — втайне радуясь тому, что ей удалось вызвать такую бурю, — нежно простилась с Шарлоттой и пожелала ей огромного счастья.

Ф. уезжал вместе с русскими. Он пришел повидаться с Шарлоттой, однако Мерсер не допустила второго свидания наедине и настояла на присутствии Корнелии.

Ф. не очень-то сожалел о предстоящем отъезде. Ему было ясно, что беда неминуема, и он не был уверен, что ему придется по душе жизнь принца-консорта. Ф. нравилось странствовать по свету в погоне за романтикой. Он понимал, что человеку его склада женитьба — даже такая блестящая — скоро прискучит. Кроме того, наивность Шарлотты нравилась ему лишь до определенного предела. В общем-то, Ф. предпочитал культурное общество мадам Рекамье. Но при встречах с Шарлоттой он всегда казался пылким влюбленным. Шарлотта этого не знала, но на самом деле Ф. всегда так вел себя с женщинами и прекрасно понимал, что его успех у женщин объясняется именно тем, что всякий раз он создавал у очередной своей пассии иллюзию, будто она единственная в целом мире для него что-то значит. Себе же Ф., будучи реалистом, признавался в том, что в целом мире он любит только себя.