Дочь прокурора
Шрифт:
Я сглотнула и до крови прикусила губу.
– Когда ты просто устаёшь ты ведешь себя иначе, а не смотришь на меня как кролик на удава. За последние дни ты убедила меня в том, что задаешь вопросы прямо. Так не отходи от своих привычек.
Как ему удаётся вот так всего за пару взглядов прочитать меня, как открытую книгу?
В ушах зазвенело, внутренние органы скрутило. Амир пригвоздил меня взглядом к креслу и не позволял даже отвести его.
Чёрт… Одно дело спрашивать о том, что он сделал Косте и совсем другое о его
Я открыла рот, набрала воздух, а потом вдруг представила как Амир меняется в лице, когда я заговариваю о папе. И тут остаётся только два варианта – первый – он уйдёт, узнав, что человек, который когда-то его посадил – мой отец, а второй – скажет, что он был в курсе и использовал меня, и тогда уйду я….
Сердце задрожало, не допуская ни одного из этих вариантов. Оно отчаянно сопротивлялось и мне не осталось ничего, как выпалить:
– Ты сидел в тюрьме?
Карие глаза сузились, а губы сложились в тонкую линию. Амир убрал руку от моего лица и откинулся на сидении. Хмыкнул.
– Снова Паша? Не надоело еще, а, малыш? – впервые в его «малыш» не прозвучало ноток тепла, и от этого стало больно, - Лия, ты снова делаешь откат. Два шага вперед и столько же назад. Да, я сидел. Это как-то влияет на наши отношения?
Воздух судорожно покинул мои легкие.
– За что?
– В обвинении указано «непреднамеренное убийство».
– В обвинении? А на самом деле?
– А на самом деле никого я не убивал. По крайней мере в тот раз.
– Что? Как это?
Амир шумно выдохнул и потянулся за сигаретами.
– Тебя моё прошлое не отпускает, как я посмотрю. – чиркнул зажигалкой и втянул порцию дыма. Подержал её в легких и только потом выпустил на улицу, - Мне было восемнадцать. Я жил примерно такой же жизнью, как у тебя сейчас. У меня были друзья, цели. Я только собирался поступать в университет, даже экзамены вступительные сдал. Но так сложились обстоятельства, что всё вышло иначе. Я совершил ошибку, глупую, стоившую мне двух лет свободы. Но это не было убийство. В итоге вышло как вышло, меня обвинили, и дело было закрыто.
– То есть тебя подставили и посадили ни за что?
– За глупость. А глупости в нашей жизни стоят дорого. Я за свою поплатился сполна.
– Но почему не посадили того, кто виноват?
– Доказательства были против меня и прокурор решил сильно не заморачиваться.
Прокурор…
«Прокуроры – это шакалы» - всплыли резко в памяти его слова. Я схватилась за горло.
– Я утолил твоё любопытство?
– Амир, мне жаль… - еле промолвила, пытаясь сопоставить всю картину.
Вот почему Амир много лет назад перекрыл отцу возможность подниматься по карьерной лестнице. Вот о какой горячей мести говорила мама… Господи!
Как так? Почему отец сделал это не разобравшись?
– Мне не нужна твоя жалость, Лия. Мне нужно доверие. А ты боишься меня как чумы и каждый раз после того, как подойдёшь
Не знает, ведь если бы знал, вёл бы себя совершенно иначе в данной ситуации. Прямо сейчас ему не было бы смысла скрывать, а значит…
Я быстро замотала головой.
– Нет, всё не так.
Не говорить же ему, что мой шок связан совсем с другим. Да и как я теперь ему это скажу?
Потянулась и схватила его за руку.
– Прости, просто всё это слишком новое для меня. Но это не значит, что я отступаю. Я не отступлюсь от тебя. От нас. Чего бы это не стоило. Ты нужен мне, Амир! А я тебе?
34
Лия
– Прости, просто всё это слишком новое для меня. Но это не значит, что я отступаю. Я не отступлюсь от тебя. От нас. Чего бы это не стоило. Ты нужен мне, Амир! А я тебе?
Желваки на напряжённом лице дёрнулись.
– Поехали, - Амир выбросил сигарету и завёл двигатель, проигнорировав мой вопрос.
– Куда?
– Отвечать на твой вопрос.
Пришлось пристегнуться и согласиться. Я быстро написала маме сообщение, что осталась в университете для подготовки к экзамену, а после спрятала телефон в сумочку и убрала её на заднее сиденье.
Бросила взгляд на Амира. Атмосфера душила. Я чувствовала, как он зол, видела как выступили вены на его запястьях, крепко сжимающих руль. А у самой в голове не переставая крутилась мысль о том, как поступил отец. Как и главное почему? Он ведь всегда говорил мне, что наказывает плохих людей. Твердил о справедливости, а выходит, что, не разобравшись, посадил молодого парня?! Неужели он верил, что Амир виноват?
Папа сказал, что Амир сбил человека насмерть, а получается, что Амира подставили.
Из его объяснения я тоже мало что поняла, но он точно говорил правду. Так сыграть ярость нельзя. Да и зачем? Убийцы признаются в совершенном. Большинство из них гордятся тем, что совершили. Я прочитала немало биографий, серийных убийц в том числе. Амир бы так не злился, если бы его посадили по закону.
Ехали мы не долго. Притормозили около довольно ветхого здания, выглядящего абсолютно не привлекательно. Серое, унылое, давно не видавшее ремонта оно отталкивало с первого взгляда.
– Пойдем, - сказал Амир, выбираясь из автомобиля.
Нахмурившись, я вышла следом и закрыла дверь. Осмотрелась. Чуть поодаль располагался оживленный перекресток, магазины, высотные здания. Здесь же земля была запущенной и неприглядной. Сухие кустарники, сухая трава.
– Где мы?
Спросила у Амира, который как раз обошел машину и встал напротив меня.
– Страшно? – спросил он, внезапно упираясь ладонями в стекло машины и впечатывая меня спиной в холодный металл. Взгляд карих глаз вспарывал кожу.