Дочь пирата
Шрифт:
Он даже не шевельнулся. Соскочив со стола, Серафина потянула его за руку:
— Пойдем же! Пойдем, я уложу тебя в постель!
Вырвав у девушки руку, Дариус запустил ее в волосы.
— Не говорите мне ничего подобного! — Он мрачно сверкнул глазами и потер виски, которые ломило от мигрени.
— Почему бы и нет? Ты же укладывал меня спать вчера вечером?
Бросив на нее надменный взгляд, Дариус откинулся на спинку кресла.
— О Дариус, свирепый мой, — нежно рассмеялась Серафина. — Ты очень красив, когда злишься.
Дариус бросил
— Тебе надо научиться расслабляться…
Он отвел ее пальцы в сторону.
— Ради Бога, не прикасайся ко мне! Что ты пытаешься со мной сделать?
Она посмотрела на него удивленно и обиженно:
— Я всего-навсего проявила дружелюбие.
— Ну так не проявляйте! — Дариус отвел глаза. Сердце стучало как молот. В волнении он прошелся пальцами по густым волосам, вскочил с кресла и метнулся к двери.
Распахнув ее, Дариус обернулся к девушке, как бы Прошу, ваше высочество, нам следует проверить, все ли меру предосторожности приняты.
Дариус почувствовал, как обращенный к нему взор принцессы стал холодным. Она пересекла комнату и, слегка задев его плечом, прошла вперед.
— Хорошо, полковник, показывайте.
Он провел ее по дому, показывая, как можно отсюда выскользнуть и бесследно скрыться, обучая тому, как прятаться.
По-видимому, Дариус был мастером этого дела. Он показал девушке все выходы из виллы и потайные укрытия, встроенные в полы и стены, подробно объясняя, что ей следует делать в случае опасности.
Во время этого осмотра она больше интересовалась самим домом, чем нудной лекцией Дариуса о правилах соблюдения безопасности.
Ей понравился будуар с кружевными занавесками и лимонным деревом в глиняном горшке. Затем они прошли сквозь просторную прямоугольную гостиную. Мебель и ковры в ней были немного потерты и покрыты пылью, Чувствовалось, что дом долго оставался нежилым. Однако Серафине эта жалкая вилла показалась милой по контрасту с белоснежными мраморными залами и коридорами дворца.
Она помедлила возле высокого окна с частыми переплетами, выходившего на прелестный внутренний дворик, вымощенный каменными плитами. Сквозь старые, помутневшие от времени стекла Серафина увидела, что сад позади дома совсем запущен и превратился в непроходимую чащу. Посреди сада стояла увитая виноградом ветхая беседка с грубо сколоченным столом. Дариус нетерпеливо окликнул девушку, приглашая войти в следующую комнату, и, едва она вошла, продолжил лекцию. Серафина почти не слушала его.
Напротив гостиной, через холл, располагалась великолепная столовая. Стол красного дерева предназначался для двенадцати персон. Огромные зеркала на стене отражали свет люстры, затянутой паутиной.
Принцесса посмотрела на Дариуса. Перехватив ее взгляд, он тут же отвернулся.
Она опустила ресницы и тихо проговорила:
— Мне здесь нравится, Дариус. Веет домашним уютом. Правда?
— Откуда мне знать? — сухо ответил он и вышел. Серафина
— Если я велю, сразу тут спрячетесь. Без разговоров. Обнаружив, где мы скрываемся, французы могут снова попытаться похитить вас.
— Право, Дариус, — отозвалась она, — капитан Орсини найдет их в одночасье.
— Орсини не найдет и свою задницу в штанах, — отрезал он, закрывая деревянную дверку тайника и расправляя скрывающий ее ковер.
Принцесса фыркнула.
— Теперь я покажу вам еще кое-что. — Дариус предложил Серафине руку, помогая подняться. — Я выбрал эту виллу как безопасное убежище для вас потому что она располагается над тайными подземными ходами королей Асенсьона. Если на нас нападут, я, конечно, буду защищать вас, жив. Так же как все остальные мужчины, которые здесь находятся…
Принцесса поморщилась.
— Не говорите таких вещей.
— Мы защитим вас даже ценой своей жизни, — продолжал он, — но если потерпим поражение — в особенности погибну я, — вам придется выбираться отсюда самой.
Идемте со мной, и я покажу вам, что надо будет делать.
Серафина, побледнев, уставилась на него. Дариус склонил голову набок.
— Я испугал вас?
«Почему он говорит о своей возможной смерти с таким бесстрашием и равнодушием? Без малейших признаков волнения?»
Ужас, отразившийся на ее лице, казалось, очень позабавил его.
— Ох, Стрекозочка, не тревожьтесь, — снисходительно улыбнулся Дариус. — Вы здесь в полной безопасности. У них крайне мало шансов найти нас. Эта вилла в такой глуши, а нас — целое войско. Просто я всегда готовлюсь к худшему. Пойдемте. Вот сюда.
Серафина последовала за ним и спустилась по ступеням крыльца на подъездную аллею, между булыжниками которой выросла сорная трава.
Дариус пошел вперед, а Серафина обернулась и, заслонив глаза от солнца ладонью, посмотрела на залитую светом обветшавшую виллу.
Красная черепичная крыша покосилась, нескольких ставен недоставало, бледно-желтая краска стен кое-где облупилась, но крупные камни, из которых были сложены стены, остались целы и невредимы. Само же здание являло собой прекрасный образец элегантной симметрии, свойственной Палладио [3] . Окружавшие виллу когда-то ухоженные купы фигурно подстриженных деревьев, превратились в зеленые чащобы. На клумбах беспорядочно росли высокие белые ромашки и золотые с черным гибискусы. Ближе к земле стелились алые герани, колышущиеся под горным ветерком.
3
Палладио (1518-1580) — знаменитый архитектор конца XVIII — начала XIX века, подражал древнеримскому стилю.