Дочь нечестивца

Жнец Анна

В определённый момент боль освободила сознание, видимо, достигнув таких масштабов, что включились внутренние механизмы самозащиты. Пока её тело, на радость Панахази, билось в конвульсиях, сама девушка мыслила ясно и четко. Например, она хорошо запомнила, куда именно давил хозяин, вызывая эту невыносимую, сводящую с ума боль. Теперь Нейт была уверена, что сможет с лёгкостью найти на шее эту волшебную точку.

— Надеюсь, ты усвоила урок, — удовлетворенно сказал мужчина, оставив свою жертву в покое.

«Да, — подумала девушка. — Ты даже не представляешь, насколько хорошо».

В этот момент она отчётливо поняла, что больше никогда не будет бояться своего хозяина. Ни его, ни боли, которую он способен причинить.

Глава 16

Для

Нейт это был особенный день. Она всё тщательно спланировала и надеялась, что удача в решающий момент ей не изменит. После изощрённого наказания, придуманного для неё Панахази, жизнь в борделе стала невыносимой. Нейт превратилась в изгоя. Другие рабыни не желали с ней разговаривать и иметь хоть что-нибудь общее, словно она была больна и могла их заразить. Даже Айни, проходя мимо, демонстративно отворачивалась и смотрела в другую сторону, а Сабах кривила губы, когда случайно сталкивалась с бывшей подругой на лестнице или в пивной. Лишь Горго, которую Нейт до этого случая недолюбливала и считала высокомерной, относилась к ней, как и прежде — ровно и безразлично. В глазах женщины не читалось ненависти и злости. По утрам, выходя к завтраку, она даже здоровалась лёгким кивком головы, в отличие от остальных девушек, которые её игнорировали. Нейт знала: они претворяются, что не замечают её, а на самом деле днём и ночью пристально следят за каждым шагом. Что бы она ни делала, об этом докладывалось хозяину. Вместо одного надзирателя она получила семерых!

Нейт тяжело вздохнула: в этом жестоком мире не стоило ни к кому привязываться. Со временем она убедила себя, что не испытывает ни обиды, ни горечи.

Вот-вот к Нейт должен был прийти поклонник — тощий маленький египтянин, владеющий ювелирной лавкой. Он был неплохим человеком и однажды подарил ей фигурку жука — скарабея из бирюзы, которую девушка надеялась удачно продать, когда окажется на свободе. Нейт не испытывала к торговцу ненависти и выбрала его исключительно за богатство и тщедушный вид: если что-то пойдёт не так, справиться с таким будет легче. В ожидании клиента она вскакивала с кровати и принималась ходить по комнате, цепляя взглядом вещи, которые приготовила для побега. Затем снова садилась и, сама того не замечая, начинала скрести ногтями матрас. От смеси страха, тревоги и нетерпения она вся вспотела. Руки дрожали, сердце колотилось так сильно, что казалось, ребра не выдержат и сломаются. Услышав за дверью знакомые шаги, Нейт завернула свои сокровища в тряпочку, чтобы позже привязать к поясу. Массивную золотую цепочку, подаренную одним из поклонников, девушка не стала прятать в узелок, а надела сразу, как и другие украшения, которые собиралась продать. Для побега Нейт выбрала самое практичное из своих платьев, плотное и не стесняющее движений. Ещё она бы не отказалась от добротного плаща из верблюжьей шерсти — домой предстояло возвращаться через скалистую долину, а в пустыне отупляющая жара к ночи сменялась невыносимым холодом. Что ж, тёплой одежды у неё не было, и с этим пришлось смириться.

Напоследок Нейт внимательно оглядела комнату, убедившись: все вещи собраны, она ничего не забыла. Кувшин стоял на полу рядом с кроватью так, чтобы до него легко можно было дотянуться — излишняя предосторожность. На круглом столике мерцала глиняная лампа и лежала льняная тряпочка. Нейт целый час вымачивала её в масле, которое подливали в светильники.

Дверь открылась. Нейт вымучено улыбнулась и без лишних слов подвела клиента к кровати. К счастью, прелюдия была недолгой. Наспех обслюнявив ей грудь, ювелир улегся спиной на матрас и жестом пригласил любовницу к нему присоединиться. Задрав юбку, девушка оседлала тощие бёдра клиента и наклонилась словно для поцелуя, но вместо этого с силой вдавила палец в болевую точку на его шее. Тело под ней дёрнулось и словно окаменело. Глаза мужчины закатились, а челюсти до скрежета сжались в сильнейшем спазме. У неё получилось! До последнего она сомневалась, сможет ли повторить этот хитрый трюк, и теперь, глядя в лицо хрипящего и содрогающегося клиента, ощущала себя всесильной.

Нейт убрала палец с шеи, и мужчины обмяк и затих. По собственному опыту девушка знала: ещё какое-то время он будет слишком слаб и не сможет сопротивляться. Не

тратя времени даром, она наклонилась и подняла с пола кувшин. Держа обеими руками над головой, замахнулась и что есть сил обрушила глиняную посудину на лоб измученного клиента. За секунду до удара его глаза расширились от страха и паники. Рука поднялась над постелью, пытаясь защитить голову, но снова безвольно упала на матрас. Раздался знакомый треск. Кувшин раскололся. На пол посыпались глиняные черепки. Пока всё шло по плану.

Убедившись, что клиент без сознания, Нейт поднялась с постели и с тревогой посмотрела на закрытую дверь. В коридоре было тихо, но она слышала шум, доносившийся из пивной, — крики, смех, пьяную ругань. Надо торопиться! Нейт опустилась на колени и собрала глиняные черепки. Часть спрятала в сундук, чтобы не бросались в глаза, из оставшихся выбрала наиболее крупный и острый и подошла к кровати. Матрас представлял собой обычный мешок, набитый соломой. Дрожащими от волнения пальцами Нейт попыталась вспороть грубую ткань, но осколок выскальзывал из потных ладоней. Вот если бы у неё был нож! Все же глиняные грани оказались недостаточно острыми. На какую-то секунду Нейт охватило отчаяние. С остервенением она водила черепком по матрасу, оставляя на нём неровные полосы. Руки были в крови, когда плотная ткань наконец поддалась и в прорехе показалась примятая, остро пахнущая солома. Сколько прошло времени? Нейт принялась лихорадочно потрошить матрас. Ещё раз взглянула в бесчувственное лицо клиента: тот по-прежнему был без сознания. Девушка собрала разбросанное на полу сено и ринулась к двери. В коридоре царил полумрак. Оглядевшись по сторонам, Нейт осторожно опустила свою ношу на верхнюю площадку лестницы и ногой затолкала в угол. Если за время её отсутствия кто-нибудь решит подняться на второй этаж, то здесь, в темноте, ничего не заметит, даже будучи трезвым.

Нейт сбежала по ступенькам, пытаясь придать лицу выражение испуга и озабоченности. Учитывая сложившуюся ситуацию, это было нетрудно. Спустившись по лестнице, она пересекла пивную и остановилась напротив Табита, с угрюмым видом замершего в дверях.

— Там… там… — заикаясь, пробормотала и со всхлипом указала в сторону деревянной перегородки.

— В чём дело? — недовольно буркнул надсмотрщик. Уже четыре часа как он заступил на свой пост, и за это время никто из девушек и не принес ему пива. Из-за чего настроение было более скверным, чем обычно. Нейт заломила руки в театральном жесте.

— Клиенту плохо. Мы… я… и… он… Мне кажется, что он умер, — шепотом закончила она.

Табит нахмурился. Нейт ожидала другой реакции и, чтобы его расшевелить, добавила с показным ужасом:

— Панахази будет в бешенстве. Если бы это был нищий кочевник или хотя бы мелкий торговец, то ничего, но в его заведении умер богач! Это же скандал! Пошли! Быстрее! Может, ещё удастся его спасти! — и она схватила Табита за руку, настойчиво потянув за собой в сторону лестницы. — Панахази будет в бешенстве! — снова повторила она.

Волшебная фраза подействовала, и мужчина буквально взлетел на второй этаж, перепрыгивая через ступеньки. По коридору он пронёсся со скоростью выпущенной стрелы, не заметив сложенного в углу сена: Панахази наводил ужас на всех. Нейт боялась, как бы за время её отсутствия клиент не пришёл в себя. Но он лежал на кровати в той же позе, в которой его оставили. Табит растерянно склонился над неподвижным телом, и девушка, нагнетая обстановку, запричитала:

— Что же делать? Что же делать? Богатый клиент умер прямо под шлюхой. Репутация заведения будет разрушена! Хозяин придёт в ярость! Достанется всем! — С удовлетворением она отметила, что последнее замечание заставило Табита вздрогнуть. — А вдруг решат, что это я его убила? — Нейт наигранно всхлипнула.

— Мне кажется: он ещё дышит, — неуверенно произнес надсмотрщик.

— Тогда побудь с ним, а я позову на помощь.

Пока мужчина не опомнился и не сообразил, что к чему, Нейт схватила со стола масляную лампу и скрылась в темноте дверного проёма. Чтобы выбраться на свободу, необходимо было отвлечь не только Табита, но и работавших внизу девушек, которые в последнее время следили за ней слишком тщательно.

«Если всё получится, — подумала Нейт, — они ещё долго не заметят, что я сбежала».