Дочь колдуньи
Шрифт:
– Сможешь ступать на нее?
– Попробую…
Она помогла ему встать. Тим стоял, опираясь на ее плечо.
– Ничего не выйдет, – сказал он тихо, посмотрев на скалу и на море под ней.
Она улыбнулась.
– Я знаю путь получше. С другой стороны водопада. Обопрись на меня.
Он с сомнением посмотрел на нее. Девочка была маленькая, не больше Джени, но когда она положила его руку себе на плечо, чтобы поддержать его, Тим почувствовал, что она сильная, как маленький пони. За водопадом из скалы выступала широкая платформа. Припрыгивая на одной ноге и опираясь на плечо девочки,
– Просто мне не повезло, что я подвернул ногу, – сказал Тим. – Путь-то был не такой уж трудный, я лазил и в более трудных местах. Мы с отцом даже спускались вдоль большого водопада к пещере Карли. Вот там действительно было опасно! Так опасно, что, наверное, кроме нас там никто не бывал.
Зеленые глаза посмотрели на него с удивлением.
– Я много раз там бывала, – просто сказала девочка. – Конечно, путь мимо водопада нелегкий, но зато это самая короткая дорога к дому, к тому же можно пройти вдоль мыса, это совсем нетрудно. И от бухты совсем недолго идти. Вилл Кэмпбелл причаливает там на лодке, когда ловит омаров, а иногда мистер Смит встречается с ним там, и они отправляются ловить омаров вместе. Я думаю, это немного глупо, ведь мистер Смит не ест омаров, но Анни говорит, что это для него вроде спорта, что он их потом друзьям посылает.
Но Тим был слишком занят спуском и не придал значения ее словам.
– Она знала, что с тобой случилась беда, – сказала Джени. – Мы писали буквы на песке, но вдруг она остановилась и сказала, что ты поранился.
Тим, отдыхавший на берегу и занимавшийся своей больной ногой, с изумлением посмотрел на Утрату. Все-таки она очень странная девочка.
– Как ты узнала? – спросил он. – Я ведь не кричал и не звал на помощь.
– Просто знала, и все, – еле слышно ответила Утрата, склонив голову. – Почувствовала… – Она остановилась. Она не могла этого объяснить. – Анни говорит, это второе зрение, – пробормотала девочка.
Тим, не отрываясь, смотрел на нее. Он был бледен и выглядел очень усталым. Утрата вспомнила, что мистера Смита, когда он уставал, такие разговоры смешили.
– Анни говорит, что у меня есть второе зрение, потому что я дочь колдуньи, – проговорила девочка.
Но Тим не рассмеялся. Он нахмурился.
– Колдуний не бывает.
– Ты ведь сам не знаешь, – рассердилась Джени на брата. – Колдуньи умеют летать. А ты умеешь?
Утрата заколебалась. Она не была уверена. Иногда, когда она бывала одна и закрывала глаза, ей казалось, что она может взлететь. Она даже помнила это ощущение. Но сейчас оно представлялось ей нереальным, словно сон.
– Вот бы мне уметь летать! – размечталась Джени. Она встала и расставила руки будто крылья. Они сидели с подветренной стороны утеса, и едва Джени вышла из укрытия, она почувствовала, как сильный ветер растрепал ее волосы и подхватил одежду. Девочка закружилась, раскинув руки, преодолевая ветер.
– Ветер может подхватить тебя, и ты полетишь, – крикнула Джени. – Вот я летаю сейчас на ветру. А ты тоже
– Это тебе только кажется, – нахмурился Тим.
Джени упала на землю.
– Нет, я летала, – крикнула она. – Я чувствовала, что лечу над землей и морем.
– Тебе это только казалось, – упорствовал Тим. – Это всего лишь иллюзия, я тебе уже говорил. Все равно как… как, когда ты смотришь на горы, и тебе кажется, что они движутся, потому что облака плывут слишком быстро.
Джени, которая никогда не видела ни гор, ни облаков, не могла понять, о чем говорит брат. Но Утрата поняла. Она вдруг задумалась, а потом встала, так же как Джени, и раскрыла руки ветру. Утрата помнила, как это – летать, или ей казалось, что помнила: когда она сидела на скале в бухте, она думала, что парит в небе вместе с чайками. Но сейчас, сколько девочка ни старалась, это чувство не приходило.
– Это просто ветер дует, – сказал он.
Утрата открыла глаза и снова села. Тим улыбнулся ей, и она сказала немного обиженно:
– Зато я могу видеть сквозь стену и то, что за углом.
– Сочиняешь, – усмехнулся Тим. – Я хочу сказать, что с точки зрения науки, это все чепуха. Что-то вроде прорицаний.
– Второе зрение – это совсем не прорицание, – возразила Утрата. – Глазами-то ты ничего не видишь.
– А я знаю, что происходит, хотя совсем ничего не вижу глазами, – воскликнула Джени. – Так что у меня тоже есть второе зрение. Просто не такое хорошее, как у Утраты. Я и не подозревала, что с тобой стряслась беда, а она знала.
Тим глубоко вздохнул.
– Всему существует научное объяснение, – сказал он и подумал: какое объяснение могло бы быть в этом случае? Утрата знала, что скала опасна. И знала, что меня долго не было…
– Я о тебе и не думала совсем. Ни минуточки. – Утрата выпрямилась, глаза ее заблестели, они стали зелеными и злыми. Девочка разозлилась, потому что, несмотря на то, что ее плохо кормили и одевали, в определенном смысле она была очень избалована: никто никогда не противоречил ей так, как только что осмелился Тим. Просто некому было, кроме Анни Макларен, но та сама верила в колдовство.
– Я обладаю сверхъестественными силами, – заявила Утрата. – Анни так считает. Она говорит, моя мама была колдуньей.
Глава 7
ЧТО ТАКОЕ БРИЛЛИАНТ?
– Она утонула в озере, бедняжка, – сказала Анни Макларен. – Такая была молодая и красивая, а малютке тогда было всего-то несколько недель от роду, даже окрестить ее не успели. Вот пастор и придумал ей имя. Сказал: назовите Утратой. Должно быть, какое-то заграничное имя.
– Но красивое, – заметил мистер Смит. – А ее отец?
Анна Макларен сидела, откинувшись в своем кресле и, потирая ревматические узлы на руках, смотрела на огонь.
– Тоже утонул. Он был рыбак, его лодка пошла ко дну, а молодая жена не перенесла его гибели. Мой брат нашел ее: бродила на болоте с ребеночком, ну мы ее и приютили. Никто больше не хотел ее пускать. Знамо дело, она ведь была чужачка…
– Ты хочешь сказать, она была с другого острова? – Спросил мистер Смит, пытаясь скрыть улыбку: старая Анни редко что рассказывала, и он не хотел обижать ее.