Дочь химеролога
Шрифт:
Понимая, что драгоценная передышка будет очень небольшой, я еще успел, выпустив свой «трофей» из пальцев, нащупать вонзившееся лезвие меча. Затем, одним движением вытащив его, отбросить в сторону, не обращая внимания на выскакивающие уже непрерывным потоком грозные предупреждения «интерфейса» о серьезных внутренних повреждениях. Толку-то, и так все понятно. После чего вновь пришлось уклоняться от длинного выпада копья и уходить в перекат.
Бой продолжился, но теперь, даже несмотря на режущую в животе боль, затрудненные движения и занявший руку артефакт, окончательная победа была вопросом времени. И не только из-за гибели мальчика-куклы. В таком состоянии
…
В первое мгновение я даже не осознал, что произошло. Какой-то непонятный всплеск от связи, по которой до этого старательно транслировалось чувство уверенности и необходимости немного подождать. Ну а что еще можно было сделать, чтобы Даниэль не рванул сюда с совершенно ненужным риском для жизни? Безопасность Мастера — приоритет. И поднимающаяся изнутри «необходимость» обеспечения этого, совсем не мешала, прекрасно накладывалась на мое собственное желание. Я же обещал! Не столько Регне, сколько самому себе.
И теперь, видя, как стремительно убывает полоска жизни на иконке с соответствующей надписью, я судорожно пытался понять, что случилось с отцом и как побыстрее к нему попасть. Одновременно стараясь добиться хоть какого внятного отклика. И, наконец, получил ответ, заморозивший все внутри в ледяной комок и острыми кристаллами льда вонзившийся в оба сердца. Вместе с серым прямоугольником, равнодушно висевшим в углу развернутого «интерфейса» с появившейся короткой надписью — «мертв».
…
— «Не-е-ет!»
…
Темная волна ярости, до этого клокоча где-то глубоко внутри меня, и стиснутая жесткими рамками воли вырвалась наружу, затопив сознание. Весь мир вокруг выцвел, став красно-серым. Невозможным до этого момента движением (боль почему-то наоборот придала сил) я, неестественно изогнувшись, пропустил мимо себя вытянувшееся в ударе копье и перехватил его за древко. Затем, не глядя, выбросил в сторону руку и… просто сжал пальцы, практически не ощущая никакого сопротивления. Прошедший фоном и оставленный почти без внимания, хруст шейных позвонков подтвердил — вторая кукла тоже, наконец, прекратила свое существование…
…
«Но разве это имеет сейчас хоть какое-то значение? Мне же нужно к папе… Что-то висит в руке, мешает. Отбросить в сторону. А «Интерфейс»… ошибся. Да, ошибся. Папа просто ранен. Точно. Сейчас дойду до него и использую крылья…»
…
Удар!
…
«Что? Меня уронило? Ладно, неважно. Сейчас поднимусь. Надо. Там же папа… Артефакт? Где? Некогда искать. Сейчас…»
…
Удар!
…
«И почему вы меня все время роняете?! Больно… Ну и что? Надо… странно. Двигаться не получается. Давит… что-то. Но нужно встать! Там же…»
…
«Надо… подняться…»
…
«Что за Голос? Подчиниться? А не пошел ты лесом…
…
«О, вот и папа! Как хорошо. «Интерфейс», ты плохой! Не надо меня так больше пугать. Видишь, он жив! Идет ко мне. Сейчас я встану…»
…
Зал управления защитным артефактом. Просто «дешифровщик»…
Да, у него уже давно не было имени. Опасно его иметь. Особенно если есть семья, которую можно найти. И заставить делать то, что он уже давно ненавидел. Но вместе с тем, единственное, что умел в жизни. И очень хорошо. Увы, в свое время он… немного оплошал. И теперь был вынужден иногда выполнять «просьбы». По профилю. Неприятные, выворачивающие наизнанку своим результатом. Но поделать ничего не мог. Семья дороже.
Вот и сейчас. Да, он сразу понял куда попал, хотя никогда принципиально не интересовался «целями». Однако не узнать было невозможно. Ведь это был тот, кем он когда-то искренне восхищался. Тот, кто перевернул весь мир и заставил себя с ним считаться. Даниэль Кровавый. Последний Герой Последней Войны. Кумир молодости и зачитанных до дыр, хоть и не имеющих ничего общего с реальными событиями книг о его деяниях.
Кто в свое время не знал о замке Люциф, где, оберегая покой Срединного королевства жил тот, чье имя даже боялись произносить вслух? Морем крови и горой трупов выстлавший путь к победе в Войне, а затем, когда возникла необходимость и к независимости королевства. Даже могучая Западная Империя, сумевшая сохранить себя после той страшной Катастрофы, была вынуждена склонить голову и признать невозможность вернуть мятежную провинцию. Вполне возможно, все происходило совершенно по-другому, да и в официальных хрониках упоминание было довольно скромным, но разве это имело значение для того кто верит?
И теперь, давно постаравшийся забыть свое имя и спокойно откликавшийся на царапающее сознание прозвище, он был вынужден участвовать в этом мерзком событии. В уничтожении последней легенды Ушедшей Эпохи. Особенно отвратительно выглядел предатель. Да, несомненно, а по легким магическим всполохам вокруг головы это было видно (естественно, только для «дешифровщика», имеющего особое восприятие), его «обработали». И аккуратно подвели к совершению столь противоестественного поступка. И даже убрали существующие особые «закладки», не позволяющие совершать подобное.
Но если бы внутри капитана замковой стражи не существовало таких мыслей и тайных желаний, то ничего не получилось и «гниль» не смогла прорасти в его душе. «Дешифровщик» невольно прислушался к воплям этого Теодора, который тряся за плечи своего бывшего сюзерена, брызгая слюной и не обращая внимания, что тот собственно уже мертв и не слышит, яростно кричал над безжизненным телом:
— Тридцать лет! Тридцать лет я был капитаном твоей стражи! Проходная должность, сказали тогда мне. Надо немного послужить перед следующей ступенькой наверх, сказали мне… Он же все равно скоро умрет, сказали мне… И что в результате? Кто тебя просил говорить, что я хорошо работаю и полностью устраиваю? Почему отказывался от других кандидатов? Почему не сдох от старости? А потом? Все! Сволочи! Решили за меня! А я ведь хотел жить в столице. У меня были планы! Тридцать лет в этой дыре! Зачем мне все деньги, что я получил, если не могу потратить как хочу? А бабы? Ни одной нормальной, кроме этой дуры экономки. Как же я был доволен, когда пинком под зад отправил ее в «счастливое будущее». Туда ей и дорога! Ха! А меня ждет уже не столица, Нее… лучше! И я восполню упущенное, а ты сдох, да сдох! Ха-ха! Ха!