Дочь Господня
Шрифт:
– Не-а! – я мягко отодвинула колеблющегося ангела и первая шагнула на лестницу, спускающуюся вглубь провала. – Поторопимся! Думаешь, чем сейчас стригои занимаются? Спорим на бутылку рома, что тоже ищут Грааль!
– Ладно, ладно! – покладисто проворчал друг, вешая на плечо автомат и протягивая руку Ариэлле, не рискующей самостоятельно перебраться через раскуроченные остатки стены. – Убедила! Если уж тебе, Сел, так не терпится сложить голову во славу Божию, то я пойду с тобой и…
– Болтун! – подпихнула его в спину Оливия. – Сразу видна школа выпендрежника
– Уриэль – доблестный воин! – громко возмутился Нат.
– Чистейшая правда! – елейным тоном издевательски протянула валькирия. – А как ее запятнали…
Нат тихонько ругнулся, недобрым словом поминая весь упрямый женский род. Почти выведенная из себя их привычной перебранкой, я только скрипнула зубами и быстро пошла вперед, предоставив ангелам выбор – спускаться вниз или же остаться в спальне и препираться до Судного дня. Спорщики немедленно предпочли первый вариант, прикусив болтливые языки и чуть ли не бегом устремляясь следом за мной.
Давным-давно заброшенный тайный ход оказался местом чрезвычайно неприятным, насквозь пропитанным аурой зловещего мистицизма и почти роковой обреченности. Да еще я совершенно не к месту вспомнила старинные и несомненно имеющие под собой реальную почву предания, что средневековые строители тайных сооружений частенько практиковали весьма распространенную традицию не оставлять живых свидетелей подобных проектов. Готова поспорить – не иначе как и здесь не обошлось без чего-нибудь душещипательного, типа заживо замурованных каменщиков или прикопанных в дальнем уголке излишне любопытных монахов. Бр-р-р, жуть-то какая несусветная! Еще только привидений нам не хватало!
– У-у-у! – дурашливо провыл Натаниэль, очевидно, не менее моего проникшийся заупокойным духом сего прелестного местечка.
– Дурак! – вздрогнула вроде бы не робкая Оливия. – Ща как стукну!
Нат издевательски заржал, довольный произведенным эффектом, но тут же испуганно замолк, потому что порожденное его голосом эхо гулко раскатилось по извилистым коридорам столь глумливо-уродливой гаммой отвратительных звуков, что всем нам стало по-настоящему жутко. Возможно, суеверная Ариэлла оказалась не так уж и неправа, приписывая этим бесконечным переходам совсем не случайную близость к преддверию Ада. Да и могли ли обычные человеческие руки создать столь дьявольский лабиринт?
Мои наручные часы свидетельствовали, что уже около часа мы безрезультатно блуждаем по запутанным пересечениям сводчатых галерей, совершенно нелогично переходящих в узкие, почти крысиные ходы, нагромождения непонятных комнатушек, забитых заплесневелой рухлядью, и вырытые прямо в земле норы полуразрушенных катакомб. Дверная створка с картой помогала мало. Очевидно, за долгие годы забвения этот потайной подвал частично разрушился и просел, и теперь сильно отличался от своего первоначального варианта. Мы явно двигались в никуда, надеясь лишь на собственную смелость, везение и Божью помощь, хотя сомневаюсь, что последняя способна проникнуть в подобное место.
– Мы все здесь умрем! – обреченно шепнула уставшая Ариэлла, измучено
– Причем, ты окажешься первой, кого настигнет эта печальная участь! – насмешливо осклабилась Оливия.
– Почему? – вздрогнула Ариэлла.
– Ты сидишь на могиле! – иронично хмыкнула я, эгоистично наслаждаясь явным испугом не в меру трусоватой ангелицы. – Не пора ли тебе отбросить прежние неврастеничные привычки и стать увереннее в себе?
С пронзительным визгом Ариэлла вскочила с холмика. Потревоженный ее резким движением, он начал стремительно разваливаться буквально у нас на глазах, обнажая скорбные останки погребенного под ним мученика. Мы увидели потемневший череп, издевательски оскаливший желтые зубы, и лишенные плоти фаланги пальцев, покаянно перекрещенные на провалившихся, изъеденных червями ребрах. Внезапно среди костей блеснуло что-то яркое. Я заинтересованно склонилась ниже, с отвращением вдыхая сладковатый запах тлена. На шее покойника красовался изумительный красоты крест, выполненный из серебра и усыпанный крупными рубинами. Понимая, что скорее всего совершаю непростительное святотатство, я осторожно приподняла голову усопшего и вытянула витую нашейную цепочку, запутавшуюся в прядях неистлевших, длинных черных волос. Оливия восхищенно присвистнула.
– Великий приор Джулио Винченце, милостью Господа нашего – верховный экзорцист и эрайя! – прочитала я дрожащим от благоговения голосом.
– Si, синьорина! – победно выдохнула Оливия. – Видишь, я оказалась права! Это тот самый фра Винченце!
Потрясенно икнул Натаниэль.
– Лив, – тихонько спросила я, – а что такое – эрайя?
– А я знаю? – вопросом на вопрос ответила подруга. – И вообще, такие вещи лучше не трогать и мертвых – не грабить, поэтому сейчас же положи крест обратно!
Я согласно кивнула и начала медленно опускать крест на грудь покойника, придерживая за цепочку. Внезапно почва под моими ногами шевельнулась. Истошно завизжала впечатлительная Ариэлла. Я едва успела отпрыгнуть в сторону, как весь участок могильного захоронения пришел в движение и начал проваливаться куда-то вниз, едва не увлекши меня за собой. Покойник прощально взмахнул костлявой дланью и исчез из поля зрения. Процесс оказался необратимым и занял не более пары секунд. Я, не веря собственным глазам, хлопнула ресницами, но на месте недавней могилы уже образовалась глубокая яма, постепенно наполняющаяся мутной водой.
– Обалдеть! – прокомментировала увиденное Оливия. – Похоже, щедрый фра отказался от креста и эффектно презентовал его тебе, худобина!
Я с сомнением воззрилась на подругу:
– Ты так считаешь? А…
Но внезапно раздавшийся грохот не дал мне договорить. Пол пещеры закачался. От края бездны, поглотившей останки умершего, заструились тонкие разломы, плавно перетекающие на стены и свод коридора. С потолка посыпались мелкие камни.
– Бежим! – панически заорала валькирия. – Начинается обвал, сейчас все эти потолочные глыбы рухнут нам на головы!