Дочь алхимика
Шрифт:
Шарлота нерешительно и безрадостно кивнула.
— А где Аура? И куда запропастился Даниель?
Её волнение сильно удивило Кристофера, а тем более то, что она суматошно забегала по залу взад и вперёд. Она, казалось, была не на шутку взволнована.
С верхнего конца лестницы раздался голос:
— Я здесь, мама.
Шарлота вздрогнула:
— Аура! — выдохнула она. — Я рада, что хоть ты не забыла о правилах хорошего тона.
Девушка, показавшаяся на верхней ступеньке лестницы, медленно спускалась вниз, скорчив при этом ехидную гримасу.
Аура
Кристофер, выросший в приюте среди мальчиков и не привыкший к созерцанию красивых женщин, был более чем потрясён. Но его восторг не продлился и двух секунд, потому что Аура спросила:
— Это, что ли и есть новенький? — В её голосе послышались отталкивающие нотки. Кристофер почувствовал боль, будто поранился о шип цветущей розы.
— Это твой брат, — сказала Шарлота с ударением на последнем слове. — Его зовут Кристофер.
Аура остановилась у подножия лестницы, но ближе не подошла. Она осматривала его с таким равнодушием, пусть даже и наигранным, что Кристофер внезапно почувствовал себя лишним и непрошеным гостем.
Шарлота решила несколько пристыдить Ауру.
— Что с тобой, мое сокровище. Ты часом не приболела? — За этим сочувственным сюсюканьем скрывался подтекст, который означал: об этом нам придется поговорить!
Кристофер попытался привлечь внимание Ауры своими глазами. Огонь, пылавший в её зрачках, можно было принять за жар, но это был не жар, а полыхающий гнев. Что же так разозлило её?
— Ты могла хотя бы надеть серьги, дорогая моя. — Шарлота всё еще пыталась спасти положение искусственной мягкостью.
— А разве я их не надела? — невинно спросила Аура, хотя всем было видно, что никаких сережек на ней нет. Она прикоснулась к мочкам ушей — и в тот же миг на лице её появилось искусственное выражение неожиданности, и Кристофер понял, что Шарлота не сможет этого больше терпеть.
— Ой, надо же, — сказала Аура с обезоруживающей улыбкой, — как я могла ошибиться!
Какое-то мгновение они стояли, уставившись друг на друга с холодным презрением. Затем Шарлота с усилием выдавила из себя:
— Куда же запропастился Даниель?
— Это я у тебя хотела спросить. Я сама его не могу найти.
Шарлота неотрывно глядела на нее, пытаясь понять, не пытается ли Аура уже в который раз провести её. Но на этот раз ответ, видимо, оказался честным. Внезапно Шарлота как-то испуганно вся подобралась, как если бы ей в
— Боже мой, — вырвалось у неё, — где же он может быть? Надеюсь, он не наделал глупостей? — Она покачнулась и приложила руку ко лбу, словно вот-вот упадет в обморок. Глядя на Шарлоту, Кристофер удивлялся произошедшей в ней перемене: перед ним была уже другая Шарлота, не та, с которой он познакомился несколько часов назад. Поведение этих людей становилось для него всё более загадочным.
— Не переживай, — утешила ее Аура, — никуда он не денется. Наверное, сидит себе в библиотеке. — Сказав это, она повернулась и открыла дверь под лестницей, которую Кристофер вначале и не заметил. За ней находился длинный, скупо освещенный коридор.
— Сообщи мне сразу же, как только ты найдешь его, — прокричала Шарлота ей вслед. Её голос звучал высоко, почти пронзительно. Мысль о непослушании Ауры исчезла без следа.
Девушка не ответила и, закрыв за собой дверь, молча исчезла в каменной утробе замка. Кристофер с беспокойством подумал о том, что перед ним еще откроются многие двери, о существовании которых он до этого и не подозревал.
Сильветта потянула его за рукав и, когда он наклонился к ней, прошептала ему:
— Папа живет под крышей. Он никогда не спускается вниз. Никогда.
Прежде чем Кристофер смог что-то сказать, Шарлота схватила его за руку и со вновь заигравшей на её лице улыбкой произнесла:
— Пойдём же, мое сокровище. Нам нужно представить тебя слугам.
Многоцветный каскад света лился сквозь высокую оконную мозаику. Главный коридор западного крыла простирался перед Аурой, как туннель сквозь радугу. И даже угасающий осенний свет был еще способен произвести великолепную цветовую игру в окнах, подобно волшебному фонарю отбрасывая причудливые образы на противоположные стены.
Но сегодня она не стала любоваться этими шедеврами стекольного искусства. Слишком много было других забот, занимавших её. С одной заботой она только что познакомилась, с Кристофером. Ещё один чужак в замке. Еще один повод презирать мать.
Но не только Кристофер был причиной её ярости. Точнее, если уж быть совсем честной, он был совсем не при чем. Он был просто ещё одним раздражителем из многих, но в действительности существовали более важные причины для её гнева. Если кто-то и был способен успокоить или хотя бы слегка утешить её, то это был Даниель. Но что касается его, то в каком-то смысле их мать была права: куда запропастился Даниель?
Праздный вопрос. Из бесконечного множества его любимых мест в замке, где она еще не искала, оставалось только одно. Она ругала себя за то, что не заглянула туда с самого начала, тем более, что это было совсем рядом. «Вот дурочка, — сокрушалась Аура, — как я сразу не догадалась».
Однако, было и ещё одно место, где он мог бы быть. Но если Даниель и вправду там, тогда он потерян для неё раз и навсегда. Она не пойдет за ним к старому маяку, куда угодно, но только не к старому маяку.