Добыча волка
Шрифт:
— Очень интересно, — буркнул Джеймс.
— Следы Мориц кончаются в кабинете декана, — шепнул на ухо бета, и Джеймс согласно кивнул. Это он и сам понял. Человек явно решил извлечь выгоду - сильная ведьма самостоятельно пришла к нему в руки, как тут не воспользоваться! Но вот только каким образом? — Сейчас ее нет здесь, пропала совсем недавно. Запах стойкий. Была борьба.
Картина перед глазами Джеймса поплыла от ярости – а что, если Бьянка пострадала?
Девушка с сильным ароматом Бьянки торопливо засунула руку в карман, придерживая сотовый телефон и Джеймс насупился.
— Сюда.
—
Браун бросил на нее мрачный взгляд. Легко разблокировал экран, зашел в последнюю переписку, замечая, как от его движений приходит в волнение подружка ведьмы. Ее даже затрясло от негодования и сдерживаемого страха, а глаза едва из орбит не повылазили. Охотник понял, что он, как всегда, на верном пути.
В самом первом чате он увидел то, что подспудно ожидал найти. Быстро пробежав глазами переписку, зацепился за последние слова и едва не зарычал от злости.
Ковен: «Разыскивается Бьянка Мориц. Просим всех ведьм оповестить ковен в случае ее нахождения».
Ковен: «Внимание, ведьмы, это не учения. Ждем информацию».
Тереза: «Бьянка прилетела в университет. Она собирается идти в полицию».
Ковен – Терезе: «Задержите ее».
Тереза: «Зачем она вам?»
Ковен – Терезе: «Бьянка идет против ведьм, разрушит все, что было создано. Долг каждой ведьмы – помочь ковену».
Помочь ковену…помочь ковену…
Джеймс положил руку на плечо присмиревшей девчонке. Сдавил пальцы сильнее, и она зажмурилась, но даже не пискнула.
— Помогла? — прошипел он. — Твоя подруга умрет. И в этом виновата будешь только ты.
Ведьма зажмурилась, но вдруг широко открыла глаза, и Браун прочел в них фанатичную уверенность в собственной правоте. Если бы ей удалось снова предать подругу ради того, чтобы выслужиться перед ведьмами, она бы сделала это не раздумывая.
Он убрал руку, брезгливо отер ее о футболку, покачал головой. В лице Терезы ничего не изменилось, она даже не поняла, что поступила неправильно.
Браун отвернулся, принюхался и сразу же забыл о предательнице: он чувствовал аромат Бьянки, который унесло на Восток, и уже точно знал, где она может находиться – волки по очереди передавали мысленные картинки заброшенной части заповедного леса не так далеко от университета. Скорее всего, ведьмы не обладали достаточной силой для того, чтобы увести Бьянку далеко, а спрятали ее поблизости. Но так, чтобы ни одна живая душа – будь то ведьма, человек или оборотень с великолепным нюхом не могли ее найти.
Но это они зря…
Они просто не были знакомы с Джеймсом Брауном. Который никак не мог упустить свою добычу…
Волки бежали за вожаком и сдерживали дыхание. Пахло подпалённой травой – как всегда, когда рядом использовалась магия. Оборотни
Несколько волков, которых Джеймс отправил ранее, прочесывали лес по квадратам, на которые разделили площадь, чтобы не пропустить ни единого следа. Но вот уже несколько десятков минут, а ничего не происходило – ни единой зацепки. Ведьмы притащили Бьянку сюда с воздуха, и спрятать могли в любом месте – и на дереве, и под землей.
Но то, что она где-то в лесу в пределах периметра университета Джеймс не сомневался: ведьмы не могли беспрепятственно утащить девушку по воздуху далеко, так или иначе их был заметили. А все дороги были давно уже перекрыты. Им.
Бьянка, Бьянка, где же ты…
Нутро молчало, только волк бесновался.
Уже в который раз у него прямо из-под носа уводили его законную добычу! Сладкую, притягательную, нежную, мягкую!
Он жадно втягивал ноздрями воздух, но тщетно: только запах паленой травы. Только запах земли. Только аромат волков, которые наводнили лес.
Ни единого отблеска запаха ведьмы, даже чужой.
Похоже, в то время, пока отец ставил опыты над ведьмами и оборотнями в своей хирургически – чистой лаборатории, ведьмы упражнялись в магии, создавая новые заклятья, например, которые глушат запах…
Джеймс чертыхнулся.
Еще и еще раз.
Хотелось завыть от злости и ярости: этот дрянной мир снова и снова показывал свои когти. Но оборотень был не из робкого десятка, и все равно шел вперед.
Бьянка, Бьянка, где же ты…
Волк прикрыл глаза, и под его веками встало изображение девушки. Такая же красивая, такая же притягательная, такая же свежая, светлая, как в первую минуту встречи. Как тогда хотелось…привлечь ее к себе, покрыть мелкими поцелуями скулы, уголок глаза, а после опустить свои губы на ее – тугие, пухлые, покрасневшие. Как тогда она благоухала! Как распространяла вокруг себя цвет, такой насыщенный, что, казалось, можно потрогать руками, уткнуться носом, приложить к щеке!
Красный.
Зеленый.
Пшеничный.
Иисусе.
Браун открыл глаза и мотнул головой несколько раз, желая, чтобы мозги, рассыпавшиеся от воспоминаний, собрались в одно место. Зафырчал, зарычал, да так, что шерсть на загривке встала дыбом. Чем больше он проводил времени с Бьянкой, тем больше видел цветов вокруг нее, там шире становился ореол цвета, и казалось, что однажды случится что-то, от чего границы размоются, и цвет затопит его сознание еще дальше.
Но сейчас…сейчас все вокруг было таким же черно-белым, как и прежде.
И это ему не нравилось. Очень не нравилось.
Джеймс, медленно переступая лапами по земле, так тихо, что даже не было слышно, как ломаются ветки под его весом, брел вперед, оценивая свой квадрат. Здесь, наедине со своим зверем, он мог, наконец, подумать о том, что случилось за несколько часов его жизни, и прийти к выводу, что изменилась не только его жизнь.
Из серой, невероятно серой и пустой, она вдруг, в одночасье, стала совсем другой.
Обрела смысл.
Все оттенки смыслов.