Добыча волка
Шрифт:
Джеймс вздохнул: между видами никогда не будет мира. Почти сто лет прошло с тех пор, как ведьмы решили взять главенство над оборотнями и людьми, решив стать вершителями судеб и стереть волков с лица земли. Истребить вид не так-то просто, но если устроить геноцид путем вымирания – есть все шансы…Чертово проклятие так и не удалось ликвидировать. Даже сами ведьмы, сильные ведьмы из ковена, когда их приперли к стенке, тоже не смогли повернуть это проклятие вспять.
И сейчас…
Сейчас так или иначе весь вид зависел от них.
Да, ведьмы лишены всего.
Как и у оборотней.
Вся магия, которая поступала из полицейского управления от ведьм, использовалась по назначению – она напитывала волчиц в положении, чтобы после этого эликсира жизни рождались не простые люди, а волки, как и должно было быть.
Но всегда, всегда что-то происходило, потому что это не естественный процесс становления оборотней. Иногда это был видимый результат, как, например, с Евой – слабой волчицей, инвалидом, или не видимый, - как монохроматизм Джеймса, черно-белый спектр света. Таких отклонений достаточно, чтобы до конца своих дней ненавидеть ведьм за их тягу к мировому господству, власти.
— Если ведьма у тебя, ты должен привезти ее к нам. Я лично солью ее магию. Тем более, что судя по всему, ее достаточно много.
Джеймс усмехнулся. Отец все еще считал, что может указывать, что делать.
Он думал, что только его слово, сказанное грозным тоном, может сменить вектор решения сына как по щелчку пальцев.
Но этому не бывать.
Джеймс не хотел лишиться красок, которые увидел впервые с рождения.
Это было его личное невероятное открытие. Лекарство от скуки. Добыча.
Тем более такая притягательная, сладкая, вкусная…
Бьянка не должна пострадать – вдруг она лишится своей особенности, предназначенной для охотника?
— Ты же понимаешь, что создал прецедент, — альфа подбирал слова, говорил вкрадчиво и спокойно, но Джеймс слышал, как стучит колоколом в его голосе едва сдерживаемая ярость. — Что ты собираешься делать?
Все, что угодно, только бы она не попала к вам в лапы…
— Джеймс, не делай глупостей. Привози ведьму.
Охотник отключил связь.
Прикрыл глаза.
Время работало против него – нужно было срочно предпринимать какие-то шаги, но все, чего он хотел – это закрыть все двери огромного дома и снова смотреть в ярко – зеленые глаза Бьянки, дышать воздухом, одним на двоих, и чувствовать приятную округлость ее податливого тела, которое явно тянулось к нему, жаждало прикосновений. Разум противился, но инстинкты нельзя было обмануть – мужчина жаждал женщину, и женщина хотела этого не меньше.
— Джеймс…
Он обернулся и посмотрел на Бьянку, которая замерла в дверях. Девушка покусывала губы, и мужчина затаил дыхание, осознав вдруг, что цвета в ней стало больше.
Вернее, теперь цвет был не только на девушке, он расширил свой периметр, распространившись чуть дальше. От сделанного открытия перехватило
Что послужило толчком к этому?
Мысли его лихорадочно запрыгали теннисными мячиками, подсказывая варианты, один красочнее другого. Однако Джеймс вдруг понял, что какое бы предположение он сейчас не нашел этому феномену, оно будет неправильным.
И понимание ошпарило вены кипятком.
Он понял, что нужно делать.
— Джеймс…я благодарна тебе за помощь…но…
Мужчина не стал ждать, пока она скажет что-то, о чем он или она могли потом пожалеть. Он видел, что слова даются девушке с трудом, как и решение, которое она приняла только что, а потому выставил вперед руку, призывая замолчать. Обернулся в поисках одежды, достал трикотажные штаны и быстро натянул их на себя, чтобы не смущать ведьму.
Взгляд Бьянки заскользил теплым солнечным лучом по его телу, и Джеймс не удержался от улыбки – она с удовольствием смотрела на его мускулы, стальной пресс, накачанное тело.
Едва он перевел взгляд на нее, как девушка сделала вид, что с интересом рассматривает свои ногти. И только теплый румянец на розовых щеках говорил о том, что ей более чем понравилось увиденное.
— Тебе нужно будет остаться в доме. Я выеду в город…ненадолго. Здесь ты в безопасности, тебе ничего не угрожает. По крайней мере, несколько часов.
Альфа не успеет объявиться здесь за такой короткий срок, как бы ни торопился, и потому руки Джеймса в каком-то смысле были пока развязаны. Несколько часов…нужно продержаться только несколько часов.
— Послушай…я благодарна тебе за помощь, но…
Он подошел ближе, но заставил себя остановиться на расстоянии вытянутой руки. За этим «но» следовало многое, но он не должен был ей позволить произнести эти слова вслух. Потому что она хотела уйти, самостоятельно, и оставить его один на один с его черно-белым миром.
— Едва ты выйдешь за порог этого дома, как тебя сцапают оборотни или ведьмы. Это вопрос нескольких секунд, ты же понимаешь? Волки найдут тебя по запаху. Люди уже получили ориентировку из разрушенного полицейского участка, а ведьмы…Если одна ведьма нашла тебя в моем логове, то в городе тебя найдет даже та, что прогуливала уроки в пансионе.
— Боже, я – преступница, — расстроенно проговорила Бьянка.
— Дождись меня, не делай ничего, что может вызвать подозрения, не разрушь дом своей магией, - вот и все, о чем я прошу.
— Джеймс, — Бьянка прищурилась и открыто посмотрела прямо в его глаза. — Почему ты мне помогаешь? Что ты захочешь взамен?
Браун усмехнулся. Девочка была очень, очень не глупа.
— Я еще сам не до конца это понял… — пробормотал мужчина.
— Но…
— О, Ева! — Джеймс преувеличенно громко приветствовал домохозяйку, чтобы переключить внимание. Волчица недовольно сжала губы, увидев, что он снова разговаривает с ведьмой. Она подняла острый подбородок выше, старательно избегая контакта глазами с Бьянкой. — Я скоро буду. Ты отвечаешь головой за Бьянку.