Добыча стрелка Шарпа
Шрифт:
Артиллерия била постоянно, но только датская. Установленные на городских стенах пушки вели непрерывный огонь по ближайшим британским батареям, но ядра утопали в заполненных землей фашинах, которые защищали пушки и мортиры. Стоя на дюне, Шарп видел поднимающийся над стеной дым, за которым проступали медные шпили и черепичные крыши. Кое-где между зданиями уже виднелись черные шрамы, оставленные недавно установленными британскими батареями. С десяток домов горели, подожженные не сумевшими перелететь канал датскими снарядами. Крылья трех ветряных мельниц бились под неистовым ветром,
– Датчане, конечно, могут сдаться и сейчас,– заметил Памфри, раскрашивая зеленым городские шпили.– Для них это самое разумное.
– Если я и понял что-то в армии, так это то, что разумно не поступает никто.
– Мой дорогой Шарп,– с улыбкой заметил Памфри,– из вас получится прекрасный штабной офицер.
– Упаси Господь.
– Вам не нравится штабная работа? – усмехнулся его светлость.
– Я бы хотел, сэр, получить в свое распоряжение роту стрелков и воевать с лягушатниками.
– Нисколько не сомневаюсь, что ваше желание исполнится в самом скором времени.
Шарп удрученно покачал головой.
– Нет, милорд. Я им не подхожу. Меня оставят квартирмейстером.
– Но у вас же есть влиятельные друзья наверху.
– Если и есть, сэр, то, наверное, хорошо прячутся.
Памфри снова нахмурился, глядя на картину,– ему опять что-то не понравилось.
– Сэр Дэвид вас не забудет, можете не сомневаться. Да и сэр Артур, думаю, будет за вами присматривать.
– По-моему, милорд, он с удовольствием бы от меня избавился,– с горечью отозвался стрелок.
Лорд Памфри покачал головой.
– Полагаю, вы ошибаетесь, принимая его обычную холодность по отношению ко всем за особое нерасположение к вам лично. Я спрашивал, каково его мнение о вас, так вот, Шарп, оно очень высокое. Очень высокое. Согласен, он тяжелый человек. Сухой, сдержанный, неэмоциональный. Держит людей на расстоянии. Кстати, о расстоянии. Леди Грейс Хейл приходилась ему очень далекой родственницей. Сомневаюсь, что ему было до нее какое-то дело. Как и ей до него.
– Вы с ним и об этом говорили? – спросил Шарп.
– Нет, об этом не говорили. Прошу прощения, что затронул эту тему.
Некоторое время стрелок молча наблюдал за тем, как ствол мортиры устанавливают на лафет, потом снова повернулся к Памфри.
– А что же вы, милорд? Что может делать штатский на должности адъютанта при генерале?
– От меня требуется одно – предлагать разумные советы. Только и всего, Шарп. Предлагать разумные советы.
– Это ведь не совсем обычное дело, не так ли, милорд?
– Предлагать разумные советы? Действительно!
– Я имею в виду другое. Штатские ведь нечасто получают место при штабе?
Лорд Памфри поежился, хотя день выдался и не самый холодный.
–
– Кое-что слышал, сэр.
После Индии генералу Бэрду и впрямь не везло. По пути домой он попал в плен к французам, где провел три года, а после освобождения получил назначение на пост губернатора мыса Доброй Надежды, находясь на котором весьма необдуманно позволил одному из подчиненных совершить несанкционированный рейд к берегам Южной Америки и обстрелять Буэнос-Айрес, что повело к требованиям его отставки. Впоследствии выдвинутые обвинения в самоуправстве были сняты, но пятно на репутации осталось.
– Генерал Бэрд,– продолжал Памфри,– наделен всеми воинскими доблестями, кроме осмотрительности.
– И вы, милорд, призваны восполнять этот недостаток?
– Герцог Йоркский имел неосторожность обратиться к сэру Дэвиду за помощью в осуществлении предложенного Лависсером плана. Мы, как вам известно, советовали не ввязываться в это сомнительное предприятие и даже предприняли некоторые шаги, чтобы обратить на происходящее внимание высокопоставленных лиц. Они и обратили, назначив меня своего рода всевидящим оком. И, как я уже сказал, советником. Нам не нужны безответственные авантюры. Шарп улыбнулся.
– Поэтому, милорд, вы и отправляете меня в Копенгаген?
Памфри улыбнулся в ответ.
– Если Лависсер останется в живых, лейтенант, он обязательно начнет распространять небылицы о герцоге Йоркском, а британское правительство вовсе не желает, чтобы французские газетенки полнились непристойными анекдотами о Мэри Энн Кларк.
– Мэри Энн Кларк?
– Прелестное создание, Шарп, но, увы, не супруга герцога Йоркского. Герцогиня – прусская принцесса. Уверен, у нее множество достоинств, но она обделена некоторыми весьма соблазнительными талантами мисс Кларк.
Между двумя кечами [6] появилась шлюпка.
– Так вы, милорд, предпочли бы видеть Лависсера мертвым?
– Отдать такой приказ я не могу, поскольку не имею соответствующих полномочий,– сказал Памфри.– Зная, что вы человек предприимчивый и изобретательный, я целиком полагаюсь на то, что в нужный момент вы примете верное решение. Стоит ли упоминать о нескольких тысячах исчезнувших гиней? Я так понял, вы искали их в Вигарде?
– Собирался вернуть вам, милорд.
6
Кеч – двухмачтовое парусное судно с косыми парусами.
– Мысль о том, что вы поступите иначе, даже не приходила мне в голову,– с улыбкой заметил его светлость, наблюдая за тем, как вылетевшее из цитадели ядро, чиркнув по волнам, ушло под воду вблизи британской канонерки.– В Копенгагене вы можете сослужить нам и другую службу. Помните сообщение? То самое, что вы столь ловко перехватили? Речь в нем шла не только о поджоге флота. В конце его упоминалось о том, что Париж все еще требует предоставить некий список имен. Полагаю, речь идет о Сковгаарде. Вы со мной согласны?