Добыча принца
Шрифт:
— Можешь садиться, — с барского плеча великодушно разрешил Арвинский, по-хозяйски заходя в комнату. От такого наглого поведения смущённо бежать расхотелось, и я с достоинством села на место. Принц же направился ко мне, приказав принести и ему приборы. Я его, кстати, присоединиться ко мне не приглашала! Хотя, чему я удивлялась слугам, когда хозяева понятия не имеют о приличиях.
Служанки бросились исполнять приказ, а принц вальяжно опустился в кресло напротив, беспардонно разглядывая меня. И зачем пришёл? Ему разве негде поесть?
— Ты действительно красивая, когда тебя отмыть, — вынес заключение Арвинский. Сомнительный комплимент, между
Вместо этого взяла вилку с ножом и стала нарезать мясо, представляя вместо него самодовольное лицо незваного гостя.
— Но манерам не обучена, — усмехнулся Арвинский, — нельзя приступать к еде, если за столом есть выше тебя по положению, пока он не приступит к трапезе.
Я замерла и медленно подняла взгляд. Уел. Он наследный принц, а я младший ребёнок в семье, но кому говорить о манерах?! На себя бы посмотрел! К тому же он ещё не король, чтобы его все ждали, а я не его подданная. Посмотрите на него, ввалился ко мне без приглашения и ещё права качает! Вообще, если это выделенная мне комната, то можно считать её временно моей территорией, а по сему территорией Фарогосского королевства. И указывать как себя вести принцессе Фарогосса находясь в Фарогоссе верх наглости и невоспитанности! Вот.
Пока мы мерились взглядами, вернулись служанки и шустро стали накрывать принцу. Умеют, значит, когда хотят. Я обратила внимание, что ему-то правильно стоповые приборы положили. Может, у меня подсмотрели?
«Или меня проверяли?» — кольнула мысль.
— Поухаживайте за гостьей у неё тарелка почти пустая, — распорядился Арвинский и его мнимая забота была хуже любой насмешки.
Мне тут же наполнили тарелку с верхом, а я от злости на беспардонность некоторых громко звякнула ножом о тарелку, откладывая его, наколола вилкой кусок мяса и демонстративно положила себе в рот. Подавись своими манерами!
Вот только подавилась я, взвыв. Горячий кусок мяса, да на мой пострадавший язык…
Я схватила салфетку, приложив к губам и избавляясь от пищи. На глазах выступили слёзы.
— Обожглась? Больно? — вскочил с места Арвинский, тут же оказавшись рядом со мной. В голосе звучало настоящее сочувствие и беспокойство. — На, выпей!
Он плеснул из кувшина в бокал, подсовывая его мне. По опыту зная, что принимать от него что-либо чревато, оттолкнула рукой и вода выплеснулась на него.
Вода?! Я даже пальцем в мокрое пятно потыкала и понюхала. Вода. От обиды захотелось разреветься. Я крепилась изо всех сил, но слёзы предательски потекли по моим щекам.
— Что же ты такая неловкая?
Это я?! Да всё из-за него! Ы-ы-ы-ы-ы!!!
— Всё-всё. Я не злюсь, — сменил тон Арвинский. Как и все мужчины, принц видимо терпеть не мог женских слёз, и я мстительно перестала сдерживаться. Тогда меня попытались отвлечь. — Тебе, видимо, лучше пока потерпеть, и не есть. Хочешь, погуляем? Я тебе лабиринт покажу. С ним связана одна очень романтичная история.
Я прислушалась, заинтересованно посмотрев на него. Здесь я вряд пи ещё когда-нибудь окажусь, и мне стало любопытно, особенно после следующих слов:
— Ты слышала о лунных ведьмах? Они когда-то обитали на наших землях и волосы у них были такие же светлые, как у тебя, — погладил меня по голове и подхватил прядь, пропуская сквозь пальцы.
«Потому что я ведьма, дурень!» — хмыкнула про себя. Ему удалось завладеть моим вниманием
Поймав его устремлённый взгляд на разошедшихся на груди попах халата, быстро запахнула его. Вздохнув с сожалением и ничуть не чувствуя себя виновато, Арвинский поднялся с корточек.
— Я сейчас приведу себя в порядок и идём.
— М-м-м-м… — обратила на себя внимание, стискивая халат. Безмолвно спрашивая: «Мне в таком виде идти?!»
— Подберите ей одежду и обувь! — приказал служанкам принц и направился… нет, не на выход — в мою спальню!!!
Я провела его спину обалдевшим взглядом. Зачем он пошёл в мою ванную, а не к себе?!
Глава 3
— Во времена правления Сигмунда третьего в наших лесах обитали лунные ведьмы. Не скажу, что вредные создания. Жили обособлено, но ладили с людьми, лечили. Хорошо в травах разбирались, не отнять. Леса полны были дичи, да и у них особая магия говорили, которая помогала понимать зверей. Король к ним был снисходителен, даровав защиту. Однажды на охоте Сигмунд спас от нападения медведя красивую деву, с необычными светлыми волосами и привёз её во дворец. Он влюбился в неё без памяти и захотел взять в жёны. Только дева эта оказалась лунной ведьмой, и сердце имела холодное и лживое. Сначала она убедила короля в своей любви, а потом, будучи ветреной особой, подло сбежала после свадьбы. И причину выдвинула вздорную, будто он убил медведя. Ну, ни глупости ли? Нашла предлог придраться! — бросил на меня снисходительный взгляд Арвинский.
Я лишь стиснула зубы, желая дослушать его версию событий, так как известная мне существенно отличалась. Арвинский сдержал слово, выведя меня на прогулку. В приличном платье и с причёской я оказалась достойна, чтобы мне предложить руку, а не тащить на плече. О короткой поездке на нём напоминал налившийся синяк на боку и ущемлённая гордость. Так бесцеремонно обращаться со мной никто себе не позволял. Принцу же было не до моих обид и он продолжал рассказ:
— Ушла она обратно к лунным ведьмам и не желала возвращаться во дворец. Король сходил с ума, но не чувствовал своей вины. Он действительно убил медведя, но не в той части леса, где жили ведьмы и охота запрещена, а медведя-шатуна, который бродил близ поселений и пугал людей. Желая задобрить вздорную женщину, он издал указ, запрещающий убивать диких животных близ поселений, только в лесу, в разрешённых для охоты местах. Он и сейчас действует. Только, что делать с лисами, разоряющими курятники, с волками, нападающими на стада? Приходится их ловить и селить в зоопарк при дворце. Обратно в лес не выпустишь, раз они повадились к людям на промысел ходить. Столько зверья набралось. Хочешь на них посмотреть сейчас? Они как раз вон там расположены, мы будем проходить мимо, — указал в строну низких строений принц.
Я покачала головой, желая взглянуть на лабиринт. И что за радость наблюдать за животными в клетках? Только лишний раз расстраиваться.
— Вот только жену его это не тронуло, она упрямо не желала возвращаться во дворец, но что взять с ведьмы, лес ей был родным домом. А ещё говорили, что пуще всего лунные ведьмы ценили родниковую воду, черпая в ней силу и используя в своих ритуалах. Не знаю, так ли это, но близ их поселения действительно был родник и озёра, — заметил Арвинский и продолжил рассказ. — Опечалился король Сигмунд, не зная, чем ещё завлечь во дворец упрямицу. И создал лабиринт, а в середине его… да ты и сама сейчас увидишь.