Добыча некроманта

Алексеева Ирина Сергеевна

— Почему? — и хоть ответ был очевиден, я все равно спросила.

— Потому что как только ты покинешь пределы замка и прилегающей территории, где тебе разрешается находиться, я об этом узнаю. До границ купола ты даже добраться не успеешь, как будешь схвачена и возвращена обратно.

— И что ты сделаешь, если я попытаюсь сбежать? — я остановилась и затаила дыхание, почему-то боясь услышать ответ.

— Накажу, — Дэйм тоже остановился. Мы уже находились в его личном крыле, где вечно царил полумрак, и глаза мужчины казались совершенно черными.

— Вернешь в темницу? —

не знаю, какая сила заставляла меня выспрашивать. Мне отчаянно хотелось верить, что некромант и дальше будет вести себя достаточно мило, как это было до сих пор. Ведь даже за то, что я сотворила с эльфом, ничего страшного со мной не произошло.

— Хуже, — его улыбка больше напоминала хищный оскал. — И поверь, тебе лучше об этом даже не задумываться.

И почему мне после этих слов наоборот захотелось проверить, что будет? Нарушить какое-нибудь правило, только бы узнать, что в ответ на это предпримет Дэйм. Сейчас, стоя с ним в коридоре и чувствуя необъяснимое волнение, я гораздо меньше боялась этого мужчину, чем в первую нашу встречу. Более того, мне отчаянно хотелось оказаться еще ближе, прикоснуться к нему.

— Даже не думай об этом, — тихий голос прозвучал угрожающе, и я не сразу поняла, к чему это он.

Мотнув головой, чтобы отогнать от себя непрошенные мысли, я направилась вперед, так как узнала этот коридор и помнила, где находится лаборатория некроманта. Только маг, проигнорировав нужную дверь, прошел дальше, и лишь оказавшись в просторной, совершенно незнакомой комнате я поняла, что Дэйм привел меня в свою спальню.

— Дэйм, — протянула я, обводя взглядом погруженное во мрак помещение. Но некромант меня будто не услышал, продолжая расстегивать рубашку. Во рту мгновенно пересохло, и я с огромным трудом заставила себя отвернуться.

— А где у тебя тут перевязочные материалы? — мне с трудом удалось сосредоточиться на цели своего визита. Даже не видя мага, я все равно чувствовала его близость, а перед глазами стоял вид его обнаженного торса.

— Что? — переспросил он, выдав себя с головой. Мне хватило одной крошечной искры, чтобы разозлиться. Ему, значит, вовсе не перевязка была нужна? Резко развернувшись, я собралась было высказать несносному некроманту все, что думаю по этому поводу, но замерла. Повязки на нем не было. Шов все еще продолжал алеть на бледной коже, но что-то мне подсказывало, что стоит лишь убрать нитки, как все мгновенно заживет.

Врачебный интерес пересилил во мне раздражение, и я подошла ближе. Вокруг раны не было и следа воспаления. Как будто с момента моей нехитрой операции прошло приличное время, в течение которого маг продолжал активно принимать антибиотики. Но такого просто не могло быть.

— Можно? — тихо спросила я.

Тусклого света едва хватало для того, чтобы рассмотреть мою работу. И когда Дэйм кивнул, я осторожно потрогала края шва. Характерной припухлости не было, как и резкого запаха, что зачастую сопровождал недавно зашитые раны.

— Зачем? — я подняла голову и заглянула в глаза мага. Зачем он позволил мне шить без анестезии, терпел всю эту боль, если на нем и без этого все прекрасно заживает?

Дэйм

смотрел на меня внимательно и чуть напряженно. На мой вопрос он лишь едва заметно пожал плечами. Злость как будто просто выключили.

— Через сколько бы оно зажило без моего вмешательства? — мне просто необходимо было узнать ответ.

— Полдня максимум, — нехотя признался мужчина. — Обычно это происходит почти мгновенно, но мой магический резерв был практически пуст.

И что же, интересно, его так опустошило?

Я покачала головой, чувствуя себя полной дурой. Я ведь действительно думала, что спасаю его. От всей души хотела помочь, а в итоге сделала лишь хуже. Зачем ему пять дней, чтобы снять швы? Это необходимо сделать прямо сейчас, чтобы дать магии сделать свое дело.

— Чего ты добиваешься, Дэйм? — я сделала шаг назад, потому что находиться к нему так близко и продолжать себя контролировать с каждым мгновением становилось все сложнее. В мыслях мои губы уже скользили по его ключицам, спускаясь все ниже, а руки стистикавали упругие ягодицы.

— Я уже озвучил тебе свои намерения, — голос некроманта прозвучал немного глухо. — Я хочу, чтобы ты была со мной.

Я помотала головой, не понимая его мотивов.

— Почему я, Дэйм? Ведь ты же ненавидишь ведьм…

— Не настолько, — кончики его губ дрогнули в едва заметной усмешке.

— Не настолько? — мгновенно зацепилась за слова я. — Да ты устроил настоящий геноцид. Убил их всех.

На бледных скулах явно обозначились желваки, и я вздрогнула всем телом, когда мужчина схватил меня за плечи и одним движением прижал к стене.

— Откуда ты знаешь? — прошипел он. Его глаза в один миг наполнились чернотой, которая заполнила всю радужку.

Я промолчала, стиснув зубы. Что сделает некромант, когда узнает, что эльф мне все выдал в порыве злости? Превратит его в очередного зомби?

— Можешь молчать, — из довольно милого парня Дэйм с потрясающей скоростью вновь превратился в чудовище. Его горячее дыхание обжигало мне скулу, а губы были так близко, что достаточно было лишь невольно повернуть голову, чтобы коснуться их своими. Но меньше всего мне сейчас хотелось целоваться. Сердце стучало где-то в висках, распространяя по телу волны неконтролируемой дрожи. — Я все равно узнаю правду.

Он закрыл глаза, и я точно знала, что таким образом он пытается сконцентрироваться и использовать свою страшную магию. Поэтому, не придумав ничего лучше, я с силой толкнула мужчину в грудь, надеясь отвлечь его. Но Дэйм даже не шелохнулся. Не открывая глаз, он сильнее прижал меня к стене и уткнулся лбом мне в плечо. Дыхание замерло в груди, настолько невероятным мне вдруг показалось все происходящее.

— И все же? — мне все еще важно было докопаться до истины. Если все это какая-то игра, в которой я должна буду изображать невесту большого и страшного некроманта, то мне лучше знать об этом заранее. А если его чувства искренние, то я спущу себя с цепи и позволю разуму раствориться в этих новых для меня чувствах, которые с каждой новой встречей становятся все сильнее, но при этом сложнее и непонятнее.