Доброе утро
Шрифт:
После планерки я заскочила в аппаратную. Пора начинать эфир. Мы на Девятом привыкли работать по старинке. Оформление студии, на мой вкус, несколько диковато. С другой стороны, всегда можно сказать, что это ретро.
На заднике за спиной нашего постоянного ведущего Ральфа виднелась полоска краски.
Интересно, бывает ли стиль потрепанного ретро?
Ральф — настоящее ископаемое. Если верить записям программы, за время своей работы он успел износить в эфире пять париков. А еще он надежен, как скала. Слова: «Доброе утро, Нью-Джерси!
— Несколько слов о ситуации на дорогах, — продолжал он. — В Гудзоновом тоннеле пробка возле съезда на Тернпайк из-за перевернувшегося в правом ряду грузовика. Власти обещают расчистить затор в течение часа…
Его соведущую зовут Луанна. Тоже особый случай. Восемь месяцев назад она родила двойню. Я молилась, чтобы ее дети наконец стали спать по ночам. Чем крепче был сон у маленьких Оливера и Мадлен, тем меньше спала — я имею в виду, в прямом эфире — Луанна. А если откровенно…
— О нет, опять! — Луанна снова клевала носом на экране. Погодите, как это назвал доктор после последнего осмотра: микросон? Впрочем, неважно, называйте, как хотите.
— Дайте крупный план Ральфа, — шепнула я оператору и нажала кнопку связи с помрежем. — Фред, ну, сделай же что-нибудь!
Голова Луанны склонялась все ниже.
— А до тех пор, — продолжал вещать Ральф, — пробки сохранятся от Риджфилд-парка вплоть до Семьдесят восьмого шоссе. Это все о погоде и пробках. Далее в нашей программе: у нас в гостях эксперт, утверждающий, что витамины, которые прописывают нам врачи, содержат токсины. Оставайтесь с нами, и вы узнаете, какие опасности могут подстерегать вас в вашем собственном доме.
Пачка стикеров просвистела у головы Луанны, задев щеку. Она встрепенулась.
Фред стоял у края декораций с яблоком и карандашом в руках на случай, если первый снаряд не достигнет цели.
Провинившаяся Луанна мило улыбнулась в камеру:
— Ну, вот и все о пробках, а теперь переходим к новостям спорта.
Я покачала головой и снова нажала кнопку связи с Фредом:
— Отличный выстрел! Ты крутой парень!
Этот «крутой парень», вероятно, застал ремонт, который последний раз делали в студии в шестидесятые годы прошлого века.
— Ноу проблем, — ухмыльнулся он в ответ, жонглируя яблоком и карандашом.
Анна помахала мне, и я подошла как раз в тот момент, когда Гарольд начал читать прогноз погоды в стиле рэп: «По магазинам с подружкой пойдешь — так и знай, начнется дождь. Не возьмете с собой зонты, вместе с ней промокнешь и ты».
— Похоже, парень перебарщивает, — поморщилась Анна.
— Народу нравится, — пожала я плечами.
«Потом ветер разгонит тучи, и станет теплее и лучше», — продолжал Гарольд. Бог знает, за что его любят.
— Я тоже народ, — проворчала Анна, — но мне он совсем не нравится. И вообще, «тучи» не рифмуется с «лучше».
— Это ассонанс. — Я склонила голову, прислушиваясь, как Гарольд советует зрителям отменить утиную охоту, чтобы не пострадать от холодного фронта.
— Ну что это такое:
— Йоду народ тоже любит, — вздохнула я.
— Короче, — сменила тему Анна. — Ты слышала: нам выделили дополнительные деньги, и кое-кого вскоре повысят.
— Что?! — Я перестала следить за речитативом метеоролога. — Откуда ты знаешь?
— Мне Реймонд из кадров по секрету сказал.
А, ну да, Реймонд из кадров на что угодно пойдет ради Анны. Похоже, Реймонду из кадров невдомек, что с ним она согласится встречаться, только если ужасная пандемия выкосит девяносто восемь процентов мужского населения планеты. А вот ясчитаю, Реймонд из кадров очень даже ничего, но меняон пригласил бы на свидание, только если бы ужасная пандемия выкосила девяносто восемь процентов женского населения планеты. И все из-за того, что когда он присылает мне людей, я отказываюсь брать их на работу, потому что они говорят «Алланта» вместо «Атланта».
— Он сказал, грядет реорганизация, и нам выделили ставку продюсера.
Я не верила своим ушам. Подбери сейчас Гарольд рифму к названию городка Саус-Оранж, я бы и не заметила.
— Подожди, ты точно знаешь?
— Реймонд сказал, — Анна не могла сдержать улыбку, — они запросили твое личное дело. Наконец-то, Бекки! Наконец тебе предложат Настоящую Работу!
Настоящую Работу! Ту ради которой я бросила учебу в «Фарлей Дикинсон» и пришла на Девятый канал. У меня будет своя передача. Собственная студия. Я буду продюсером программы «Доброе утро, Нью-Джерси». Это будет мое царство. Или даже империя. Или даже больше. Вот это да!
Не помня себя от счастья, я пошла в операторскую. Мою операторскую. С моими камерами. Может, я даже выбью деньги на ремонт. Интересно, на сколько мне повысят зарплату? Да, бюджет у нас смехотворный, но все же…
— Как нам сообщили в полиции, собаку украли из зоомагазина, когда уборщики чистили клетки, — бодро вещала Луанна. Похоже, таблетка кофеина подействовала.
Ничего удивительного, от таких новостей кто угодно уснет.
— Щенок китайской хохлатой собаки стоит шестьсот с лишним долларов. Он откликается на кличку «Манчу».
Когда я стану продюсером, у нас будут новости поинтереснее. И поважнее.
Я прикидывала, что еще можно улучшить, когда ко мне подошел Оскар.
— Привет, Бекки. Зайди, пожалуйста, ко мне после эфира.
— Кто, я? — Я постаралась изобразить удивление. — Да, конечно.
И принялась разглядывать свое отражение в экране монитора. Хорошо ли уложены волосы? Нет ли следов губной помады на зубах? В тот момент, когда мне предложат Настоящую Работу, я должна выглядеть достойно. Эх, если бы папа дожил до этого дня… В детстве я любила смотреть с ним вечерние новости. Мы сидели рядышком, а с экрана на нас глядел Майк Померой — легендарный ведущий телеканала Ай-би-эс. Мы с папой считали его лучшим телеведущим всех времен и народов. Жаль, он в эфире уже не появляется.