Доброе утро, Вегас

Стиви Киснер

А потом мы поставили рекламу Виагры. Как уместно, что я услышал предупреждение об эрекции, продолжительностью четыре часа. Святые небеса, у меня могут быть необратимые повреждения. Скоро уже эти проклятые десять часов?

***

Я вернулся домой в рекордно короткие сроки, намереваясь сделать хоть что-нибудь со своим ниспадающим стояком. Хотя, не был уверен, что именно. Мастурбировать из-за своей новой соведущей было немного жутко. К тому же, я не был уверен, что именно испытываю к ней. Новость —

не обязательно нравиться мужчине, чтобы он захотел тебя трахнуть. Он вообще может ненавидеть тебя. Слава Богу, к тому времени, когда я добрался домой, мой член наконец-то расслабился.

У меня и раньше бывало такое в юности, но сейчас ощущалось как удар кувалдой по моей мужественности. И как будто ударил сам Атлант.

Ходить было невыносимо. Я наклонился поприветствовать Литу, и резко поднялся, испытывая адскую боль. Так как я в любом случае собирался ложиться спать, схватил пачку замороженного горошка, кинул ее себе между ног и пополз (буквально) между простынями за пультом. Ни единого шанса, что я усну в ближайшее время.

Сюрприз, сюрприз. Шесть часов спустя я проснулся с кашей из горошка под левой ягодицей.

Горох с задницы? Никогда не буду есть его. Никогда. Поэтому я выкинул пакет в ведро.

Когда сегодня утром, в две минуты одиннадцатого, я пытался уйти со станции, Дженсен загнала меня в угол и пригласила на свою «распаковочную» вечеринку. Кажется, большинство народу со станции собиралось пойти туда.

Хорошо, на самом деле она не загнала меня в угол, я придержал для нее дверь, когда она выходила из кабинки, и она обернулась, когда я был еще в дверях. Тем не менее, я не знал куда бежать. И мой глупый рот говорил что-то о том, что знает, как починить ее диван. Надо было выбить себе зубы.

Так что теперь у меня в айфоне был номер ее телефона и адрес. Я прямо-таки чувствовал, как у меня чесались руки, так хотелось удалить эту запись. Я серьезно ожидал, что Сири ⁸ ревниво завизжит. Я проверил,

была ли эта информация еще там, а то вдруг нет, но… Вторая в списке на «Д».

Так что у меня не было видимой причины не идти.

Если не считать того, что я действительно не хотел появляться там.

Я чувствовал себя лучше и хотел сохранить это чувство.

Может быть, к тому времени как я выйду из душа, моя помощь уже будет не нужна.

Пока я отмывал вонь от раздавленного гороха и пластмассы от своей задницы, я придумал парочку возможных оправданий, почему не могу помочь ей.

И отверг каждое из них.

Ни одно из них не звучало правдоподобно. Я может и серийный сексоман, но никогда не говорил женщине откровенную ложь. Опустить какие-то кусочки и детали? Пожалуйста. Фильтровать, что говорю, и позволить им делать предположения? Конечно. Но я не говорю вещи, которые явно не соответствуют действительности. А так как я увижу Дженсен завтра утром, и следующим утром и так далее, чтобы я не придумал, оправдание будет выглядеть выдумкой.

Почти

целый час размышляя над этой ситуацией, я решил позвонить и сказать, что чувствую себя не на все сто (это правда), и что мы увидимся утром.

Спустя три гудка она взяла трубку. Только я начал надеятся, что она не ответит, и стал придумывать, что сказать автоответчику, как ее «Алло?» убило эту надежду.

Черт.

Как от «Я не смогу прийти» мы пришли к «Какую пиццу ты хочешь?» загадка для меня.

***

— Это исправимо.

Я держал в руках ножку дивана, после того, как долго и мучительно откручивал ее.

Дженсен рылась в коробках в поисках тарелок для пиццы. Когда она посмотрела на меня, ее глаза снова заблестели. Слава богу, часть тела к югу от пряжки моего ремня была слишком истощена, чтобы реагировать.

— Эй! У тебя получилось!

— Они погнули металлическую часть с резьбой. Я уверен, что смогу выгнуть ее обратно, если держать с помощью плоскогубцев, но тогда испортится дерево.

Дженсен подошла ближе, неся набор тарелок, завернутых в полотенце. И клянусь, покачивала бедрами сильнее, чем раньше.

— Уверена, ты быстро управишься с этой деревяшкой.

Она ухмыльнулась и подмигнула, но мой неожиданный стояк удержал меня от ответных действий.

Она следила за мной в душе? Серьезно. Сегодня утром я боялся, что что-то сломалось, поэтому ради проверки состояния быстро передернул в душе под горячей водой, пока она не закончилась.

О, но она смотрела на диванную ножку, а не на мою промежность.

— Могу я взять это полотенце? — сказал я, протягивая руку. Дженсен посмотрела на меня так, будто прошлую мысль я произнес вслух. Хотелось верить, что это не так.

— Для чего?

— Замотать ножку, чтобы плоскогубцы ее не испортили.

— Ты гений.

Я не показывал виду, что использование полотенца для парней обычное дело. Позволю ей какое-то время думать, что я гений. Я могу справиться с этим.

Выпрямив ножку, насколько это было возможно, я собирался прикрутить ее обратно, пока она придерживала диван. Угол дивана приземлился ровно рядом с моей рукой.

— Дженсен! Ты что творишь?

Она откручивала заднюю ножку дивана.

— Зови меня Джен. Каждый, кто придумал закрутить ножку в полотенце, заслуживает неформального общения, — она помахала открученной ножкой. — Куплю новую.

Господи. Да она флиртовала со мной.

Возможно, у меня немного правил, но основным и наиболее важным было: не заниматься сексом с коллегами. И хотя один раз было исключение (она предупредила об увольнении за две недели, так что технически это не считается), но я никогда не стану нарушать это правило с сотрудниками и особенно с соведущими.

— Окей, Джен. И что мы делаем? — Пусть она истолковывает это как хочет.

— Мы поставим красивую ножку вперед, а некрасивую спрячем к стене.