Добро Наказуемо
Шрифт:
— Мама, я буду приезжать. И тебя пригласим к себе. И не плачь, а то сразу в слёзы.
— Ты не понимаешь, сыну. Мне важно, чтобы я знала, что ты здесь, рядом со мной. Я ведь только и живу тобой. А куда ты уезжать собрался? В Израиль?
— Что ты, мама! Там очень жарко, воюют, и, как говорит Изя Вайсбах, там много евреев. Мы собрались ехать в Германию.
— К фашистам в лапы?
— Мам, фашистов давно нет. Германия демократическая страна.
— Я знаю, Сенечка, но во мне так глубоко сидит то, что немец — обязательно фашист, что мне трудно себя переубедить
— Мама, времена меняются, меняются и люди. У того же Изи Вайсбаха дедушка воевал с немцами, был ранен, а едет в Германию. Он говорит, что антисемиты везде есть, во всём мире и будут до тех пор пока будут евреи. Они, говорит дед, как тараканы, не могут жить без людей, так и антисемиты не могут жить без евреев.
Мать засмеялась.
— Не можешь ты без того, чтобы серьёзный разговор не перевернуть в шутку. Ты хочешь кушать? У меня есть твоя любимая лапша с молоком.
Семён не хотел есть, но знал, что мать получает удовольствие от того, что он кушает приготовленную ею пишу, и согласился поесть. Он ещё немного посидел с матерью и они договорились встретиться завтра в нотариальной конторе.
Наконец, все документы Семён собрал и поехал в посольство ФРГ в Киев. Поезд приехал на киевский вокзал в полночь. Семён знал, что сразу нужно ехать в посольство занимать очередь, так как народу там собирается много и можно не успеть сдать документы. Выйдя на привокзальную площадь, он подошёл к частному такси и сказал, что ему нужно доехать на площадь Победы. Таксист заломил такую цену за проезд, на что Семён, возмущённый, сказал:
— За такие деньги я тебя вместе с твоей машиной дотолкаю до площади сам.
— Ну это, парень, кто на что учился, — лениво ответил водитель.
Семён вначале опешил от такого ответа, а потом засмеялся и пошёл на трамвайную остановку. Он успел на последний трамвай и доехал до площади Победы. Семён несколько раз приезжал в Киев на соревнования и знал его неплохо. Когда-то им сделали автобусную экскурсию по Киеву, и гид, когда автобус выехал на эту площадь, сообщила:
— Мы выехали на площадь Победы, названую так в честь победы советского народа в Великой отечественной войне. Раньше это площадь называлась Евбаз, сокращённо — еврейский базар, но в средине пятидесятых годов здесь построили здание цирка, который вы видите справа, позже гостиницу «Лыбидь», универмаг и установили стелу в честь великой победы. Сейчас мы въезжаем на Житомерское шоссе, ранее называвшееся Брест-Литовским, справа…
Вахтанг Харитонович, тренер Одесской команды, повернулся к сзади сидящим спортсменам и с грузинским акцентом, который он усиливал во время шуток, прокомментировал:
— То, что на еврейском базаре поставили цирк, понятно. Но это единственная площадь Победы в мире, на которой стоит цирк, — и спортсмены засмеялись.
— Вы что-то спросили, — обернулась гид и посмотрела на тренера.
— Нет, нет! Я сказал, что площадь очень красивая, — нашёлся Вахтанг Харитонович.
— Да,
Семён вспомнил этот эпизод и то, как их первый класс приезжал на зимние каникулы в Киев, и они в этом цирке смотрели выступление знаменитого клоуна Карандаша.
Посольство ФРГ находилось в ста метрах от цирка, на улице Чкалова. Документы у отъезжающих на ПМЖ принимали в сборном домике, расположенном с противоположной стороны улицы. Семён занял очередь и оказался восьмым. Его занесли в список, составляемый женщиной средних лет.
Всегда и во всех очередях находятся люди во всём осведомленные и просвещающие незнающих.
— Этот список можно прицепить на гвоздик в общественном туалете.
В семь утра появится команда молодых парней, и они составят свой список. Впереди окажутся те, кто заплатит им деньги.
— Ну да, кто их пустит? — загудела очередь.
— Вы и пустите.
— Нужно держать этот список и не отдавать.
— Они нас и спрашивать не будут.
— Нужно стоять стеной и называть людей из нашего списка.
— Найдутся у нас штрейкбрехеры, которые заплатят деньги.
— Товарищи, вы что? Вон стоит милиционер, нужно будет к нему обратиться.
— Ой, держите меня! Да ему наплевать на вашу очередь Он охраняет посольство.
— От кого?
— От нас.
— Товарищи, тише. Здесь жилые дома, и мы не даём людям спать.
Кто-то позвонит в милицию, приедет дежурка и нас попросят отсюда.
— Попросят? Прогонят!
Очередь росла и к семи утра достигла не менее полусотни человек.
В начале восьмого появилась команда молодчиков из восьми человек.
Парень с интеллигентным лицом, небольшого роста, лет двадцати семи, которого звали Игорь, сообщил, что по согласованию с советскими органами и милицией этого района города, им поручено наблюдать порядок в очереди.
— Покажите решение исполкома: — крикнула женщина сзади очереди.
— А вот кто будет нарушать порядок, документы сегодня не сдаст.
Через несколько минут, высокий, худой парень стал составлять новый список. Очередь загудела, что у неё есть свой список. Парень попросил дать список ему.
— Не давайте, не давайте! — зашумели из очереди.
— Ну и не надо, — сказал парень и назвал первого по списку мужчину, которого привели из конца очереди.
Затем они стали вставлять в очередь людей через одного из законной очереди.
Семёна это возмутило, и он удивился, почему все молчат и особенно те, кто до прихода этой банды высказывали мысли о сопротивлении такому порядку вещей. Но какая они банда? — думал Семён. Группка худосочных юнцов, среди которых не видно ни одного спортивно сложённого парня.
Вдруг один из них заорал театральным голосом, растягивая фразу, как кричат в цирке, вызывая на манеж знаменитых акробатов или дрессировщиков:
— Генеральный консул Федеративной Республики Германия в Украине — го-оспо-оди-ин, — секундная пауза, подчёркивающая торжественность момента и значимость появляющегося субъекта, — Шатц! — и вся очередь обернулась.