Добрая традиция
Шрифт:
Было прекрасное апрельское утро, легкий ветер нес запах гиацинтов, и небо мягко голубело над головой. Пахло весной. Как только она вышла, ее миновала обнимавшаяся парочка влюбленных: они тихо смеялись.
С тяжелым сердцем Стефани дошла до угла и остановилась у светофора. Она поняла, что думает о Тони. Какой дурой она оказалась — так ошиблась в нем! Он просто ничтожество. А Деймиан Макаллистер… Он совершенно другой человек. Да, и у него есть один-два недостатка, без сомнения, но он честный человек. Человек, которым
— Стефани.
Это его голос. И раздается прямо из-за спины. Или ей мерещится? Стефани в волнении обернулась.
Это и в самом деле был Макаллистер. Сердце ее забарабанило в груди. Он стоял в двух шагах от нее и тяжело дышал, как будто очень быстро шел. Чтобы ее догнать?
— А, привет. — Ей не хватало воздуха, как и ему. — Как дела?
Глупый вопрос. Он выглядел великолепно. Шире в плечах, чем она помнила, глаза ярче и темнее. Она немного удивилась — он похудел.
— Просто прекрасно. — Его рубашка была того же оттенка голубого, что и глаза; пиджак — такой же черный, как его волосы. Теплый, внимательный и обеспокоенный взгляд.
— Ты-то как? — Он нахмурился. — Выглядишь… по-другому.
Стефани почувствовала: еще немного — и ее просто свалит с ног. Один взгляд на этого мужчину — и она уже слабо держится на ногах.
— Может, это мои волосы? — Дрожащими пальцами она откинула назад пышные каштановые кудри. — Надо подстричься. У меня просто не было времени.
— Нет, — сказал он, — это не из-за волос. Они точно такие, какими я их помню… — Его лицо посерьезнело. — Прекрасные. — И, будто против своей воли, он протянул руку и прикоснулся к блестящей пряди на ее плече. — Как спящий шелк…
Внутри у нее поднялась горячая волна.
— А вот и зеленый свет, можно идти.
— Я не спешу. А ты?
Нет, подумала она, и я не спешу. Я могла бы стоять здесь целую вечность и просто смотреть на тебя… желая оказаться в твоих объятиях и почувствовать твои губы на моих.
— Да. Я… должна поторапливаться, — произнесла она вслух.
— Вот невезение. Мы могли бы пойти попить кофе… или еще куда-нибудь.
Еще куда-нибудь… Она, чуть дрожа, перебрала варианты.
— Это было бы здорово.
Подталкиваемый другими пешеходами, устремившимися к переходу, Макаллистер подошел к ней почти вплотную. Его запах просто околдовал ее. Она теряла сознание.
— Я слышала, что на Пасху ты ездил в Аспен.
— Я был у Уитни. Я только что завершил первый этап строительства их нового дома.
— В нем, конечно, еще нельзя жить?
Он покачал головой.
— Марк и Пола сняли соседний дом. Марк предпочитает сам следить за тем, что делают строители. Но там проблем не будет. Джек Брок — отличный строитель.
— И… Тиффани тоже была там? — Вопрос вылетел быстрее, чем она смогла остановиться.
— Ну какое же представление
— Да, говорят, без клоунов не бывает… — Перед мысленным взором Стефани промелькнули яркие, как фотографии, образы мисс Уитни и Макаллистера на лыжах, потом те же двое, уже без лыж, в акробатической позе на овчине перед камином. Тут Стефани усилием воли изменила последнюю картинку, убрав теплый домашний уют, и погрузила любовников по шею в снег, где их пылкое желание охладело, а тела посинели. — Ну, я очень рада, что ты так хорошо провел время.
— Тиффани хорошо провела время. — Его глаза улыбались. — В первый же день на горном склоне она встретила Энрико Кабидо, итальянского плейбоя-миллионера, и они с тех пор не расстаются.
Ее сердце слегка сбилось с ритма. Значит, он больше не связан с этой обворожительной блондинкой. Стефани безжалостно приказала сердцу успокоиться: какая ей разница, встречаются эти двое или нет!
— Ты как будто не очень расстроен тем, что она тебя оставила?
— Оставила?
— Разве ты не был ее постоянным кавалером последнее время?
— Ты, очевидно, подразумеваешь, что мы были… любовниками?
— А вы не были?
— Отец Тифф помог мне начать дело в этом городе, Стефани. Я только кончил университет и был настолько обременен студенческими займами, что думал, никогда в жизни не расплачусь. Он поручил мне оформление офиса новой ветви его бизнеса в Кембридже и рекомендовал меня своим знакомым. Я ему многим обязан… И если этот долг включает иногда роль эскорта его дочери — когда ей необходимо, — то я не против. Тифф знает, что почем.
— Что почем?
Его взгляд опустился на ее губы и задержался.
— Брак не входит в мои планы. И даже если бы входил… — Его голос затих, но Стефани знала слова, которые не были произнесены: Тиффани Уитни не стала бы кандидаткой в жены… Он, однако, был слишком джентльмен, чтобы сказать эти слова вслух.
Вот этим он ей и нравился. Не только своей сексапильностью, от которой она просто таяла и как намагниченная тянулась к нему, этот мужчина привлекал ее и своим характером. Однако, в противоположность Тиффани Уитни, ей был нужен он весь, и она не собиралась соглашаться на меньшее. Так зачем же она стоит здесь и подвергает себя этой утонченной пытке?
Она посмотрела на часы и сделала удивленно-расстроенный вид.
— О Господи, я кое-что забыла. Мне надо обратно в магазин. — Она заставила себя улыбнуться. — Было очень приятно увидеться с тобой, но мне действительно пора бежать.
— Ну, твой бизнес в движении? — поинтересовался он.
— Да уж, — ответила она. Он и не подозревает, что попал в самую точку… Если бы он только знал, как далеко уведет ее это «движение», он бы, наверное, был просто ошеломлен. — Увидимся, пока, — бросила она.