Доберман
Шрифт:
У девушки перехватило дыхание. Она отпихнула от себя Клейна и выплюнула кусочек манго. Мира возмущенно на него воззрилась, но ее пыл тут же поугас.
В глазах Адриана пылала ярость. Он схватил подопечную за плечо и влепил ей звонкую пощечину. Такую сильную, что Мира свалилась на пол. Она прижала к покрасневшей щеке руку, растерянно глядя на своего покровителя. Он вновь подошел к Мире и сел сверху, держа в руке коробочек с едой. Его голос показался очень холодным и строгим.
– Еще раз откажешься от еды из моих рук – получишь сильнее, сучка. Забыла, что я твой хозяин? – строго
Миру парализовало.
– Ты не можешь вести себя так, как хочешь. Если меня что-то разозлит, я заставлю тебя пожалеть. Выкину из Академии, изобью или изнасилую – что угодно. – Адриан наклонился и широко раскрыл глаза. – Я же безумный.
Мира невольно расплакалась. Ей было стыдно реветь перед ним, и она отвернулась, чтобы он не увидел ее слез.
Хватит плакать. Тихо. Успокойся.
Адриан сел, прислонившись спиной к стене, и мечтательно посмотрел на небо. Бурые тучи растеклись по небосводу, превращая яркий солнечный свет в блеклый и серый. Дул прохладный ветер.
– М-м, дождь сегодня будет. Плохо…
Он сидел и ел манго, будто бы ничего не произошло. И правда безумный.
Мира попыталась прийти в себя. Она села подальше от Клейна и вытерла слезы. В его присутствии ей было очень не по себе.
– Возьми зонтик, когда пойдешь ко мне, – сказал Адриан.
– Куда пойду? – еле выдавила Мира.
В горле встал ком. Она снова готова была расплакаться.
– Ко мне. Сегодня. – Адриан подошел к ней. – Я должен буду надрать кое-кому зад. После этого мне понадобятся полотенца, вода и ты. Приедешь ко мне?
Ее пальцы задрожали. Он будет кого-то избивать. И просит ее прийти. Зачем? Она никак не могла ответить «да».
Адриан сжал запястье Миры и выжидающе на нее посмотрел.
– Конечно…
Доберман удовлетворенно улыбнулся. Зверь. Легкой походкой он направился к двери.
– Стоило разок тебя ударить, и ты стала как шелковая. Чудесно. Ты такая зайка.
Напоследок улыбнувшись, он ушел.
Наконец-то. Мира опустила голову на колени и горько заплакала.
Щека горела.
Глава 5
«Гроза»
Кондитерская «Sweet Bon-Bon» располагалась на углу Ривер-стрит, через дорогу от модных бутиков. Очень удачное место для бизнеса. В перерывах между покупками шопоголики приходили именно сюда.
В свои двадцать три года Айван неплохо зарабатывал и помогал семье, в том числе деньгами. Он любил свою работу. С удовольствием пек вкусные пирожные, мыл витрину и обслуживал клиентов.
Он был высоким и стройным блондином с приятной улыбкой, с ямочками на щеках, добрыми зелеными глазами и веснушками на носу. Его и Миру можно было бы принять за близнецов, если бы не разница в пять лет.
Но они все равно любили друг друга. В их семье всегда было принято всем помогать и собираться каждые выходные вместе. Они чтили свои семейные традиции.
Молодой человек стоял на улице, поливая петунии, росшие под витриной кафе. На нем были белая футболка-поло и серые джинсы. Поверх них был повязан черный фартук. Он что-то мурлыкал себе под нос, протирая листья цветов.
– Айван.
Он обернулся. Увидев Миру, юноша
– Мира! Наконец-то ты пришла.
Девушка выглядела довольно расстроенной. С ней было что-то не так. Айван нахмурился, ослабив объятия.
– Зачем ты поливаешь цветы? Сегодня будет ливень, ты разве не знал? – спросила Мира без эмоций.
– Знал, – улыбнулся Айван. – Но эта вода особенная. Я добавил туда удобрение.
Он поставил лейку у горшков с цветами и внимательно посмотрел сестру. Выглядела она разбитой.
– Что у тебя случилось? – Они сели за один из столиков на улице.
– Я больше не хочу учиться в Академии. Я буду. Но не хочу.
Айван удивленно посмотрел на сестру. Галлийская Академия – место, в котором Мира мечтала учиться со средней школы. Куда же подевалась ее решимость?
– Но почему?
– Я там долго не выдержу, – вздохнула Райз.
Айван замер как громом пораженный.
– Что такое? Что там с тобой происходит? – Он наконец пошевелился и присел перед Мирой на корточки.
Ей захотелось залезть к старшему брату на руки и расплакаться у него на плече. Рассказать ему все.
«Мой покровитель ненавидит людей. Он мучает меня, бьет и издевается надо мной. Ему важны только свои интересы. Он пытается изнасиловать меня и заставляет делать то, что ему заблагорассудится. Он безумен. У него много денег, и ему все нипочем. Если я сделаю что-то не так, он может навредить и вам. Мне страшно. Помоги!»
Но эти слова застряли где-то в горле. Если Мира так скажет, Айван сойдет с ума. Он заставит ее отчислиться и попытается наказать этого Адриана. Но в итоге он сам может пострадать. Ложь во благо – считается ли это обманом?
– Все хорошо, просто мне немного трудно ладить со всеми.
Кажется, она хорошо сыграла. Взгляд Айвана смягчился, он даже расслабленно улыбнулся.
– Все хорошо. Это только четвертая неделя, сестренка. Ты привыкнешь. Я в тебя верю.
Мира тоже улыбнулась. Вот чего ей не хватало – поддержки и улыбки родного человека. Айван всегда вселял в нее уверенность. Вечно защищая свою плаксивую младшую сестру, он мог получить целую кучу тумаков от других ребят. Но на Мире никогда не было ни царапины.
– Хочешь пирожных с кофе? Пойдем, вместе их приготовим.
Он взял сестру за руку, и они вошли в кондитерскую. Несколько столиков было занято. За кассой стояла Алира – единственная помощница Айвана в его нелегком деле. Она помахала Мире, когда они с Айваном заходили в кухню.
Времяпрепровождение с братом в его кондитерской всегда было отдушиной для Райз. Именно так она могла хоть ненадолго забыть об Адриане. Помещение словно утонуло в теплом утреннем свете. Все улыбались, и Мира будто перенеслась в счастливое, веселое и беззаботное прошлое. Испачканный в муке Айван задорно трепал сестру по волосам, учил ее украшать пирожные и перечислял сорта кофе. Мира без конца подкалывала его. Это помогало ей расслабиться. За окном собрались тучи, небо нахмурилось. В кондитерской тоже стемнело. Все вокруг занимались своими делами, и только брат с сестрой смеялись и дурачились. Они даже не замечали надвигающейся грозы.