До скорой встречи!

Фрэнкел Лори

— Зачем ты это сделал? — простонал Сэм.

— Я просто… что значит зачем? Я хотел помочь людям, чтоб они тоже смогли воспользоваться вашим сервисом. После того как их любимые… ну, вы понимаете.

— Зачем? — повторил Сэм.

— Мне так помогла ваша программа, — признался Дэвид, покраснев. — Мне намного легче оттого, что я могу приходить к маме и петь ей свои песни.

— Дэвид, что ты наделал?

— Я думал: я помогаю.

— Ты ошибся.

— И потом, мне нужны деньги.

— Для чего?

— Покупать вашу услугу, — робко

выдавил из себя Дэвид.

Сэм подошел к стенке и уперся в нее лбом:

— С малышами программа не будет работать, Дэвид. После них не сохраняется никакой электронной памяти. Они не писали электронных писем, не болтали в видеочате, у них еще нет страницы в «Фейсбуке», понимаешь? Как мы создадим их проекцию?

— Черт, я не подумал.

— А что ты собирался предложить этим людям, когда они позвонят?

— Помочь им начать пользоваться разными средствами связи. Расширить их присутствие в Интернете. Научить звонить по видеочату. Зарегистрировать их на всевозможных сайтах, и так далее. Мне уже позвонили несколько человек.

— Неужели они не понимают: программа не для них? — удивился Сэм.

— Людям из восточного крыла она, пожалуй, действительно не подойдет, — ответил Дэвид.

Сэм с Дэшем молча уставились на него, отчего парень еще больше покраснел:

— Я расклеил листовки не только здесь, а по всей больнице. Поговорил с пациентами, с которыми знаком еще с тех времен, когда мама здесь лежала. Я только начал. Если хотите, все прекращу. Но разве не в этом смысл? Помочь людям, которые скоро уйдут, и их близким приобщиться к «Покойной почте»?

Сэм зажмурил глаза, уперевшись лбом в стенку и крутя головой из стороны в сторону. — Люди, в чьей семье все здоровы, не нуждаются в вашем сервисе, — провозгласил Дэвид со всей мудростью подростка. — Но те, кто здесь? Разве не это им необходимо?

Вернувшись домой, Сэм с Дэшем застали Мередит перед экраном ноутбука с открытым окном видеочата. Дэш наклонился к видеокамере с привычным приветствием:

— Здравствуй, ба… тетя Джулия!

— Не ожидал?

— Нет… но очень рад тебя видеть.

Весь день Мередит страдала и наконец решила позвонить Джулии, потому что иногда даже беседы с мертвой бабушкой не помогают и есть только один человек, с кем хочется поговорить, — мама. Раньше они созванивались каждую неделю, но после той ссоры Джулия дала понять: ей требуется время, чтобы прийти в себя. Мередит больше ждать не могла. Она позвонила Джулии и, как только та ответила, рассыпалась в извинениях. Мередит жаль, что они обрушили на нее такую новость без предупреждения. Мередит жаль, что она не рассказала ей раньше, еще на стадии планирования. Мередит не сделала этого, в глубине души понимая: Джулии идея не понравится. Более того, она боится признать, но очень может быть, что Джулия права. Ей жаль, но она не в силах все бросить сейчас. Ей жаль, но она пока не в состоянии обойтись без бабушки, как обходится без нее Джулия.

Джулия тоже просила прощения за то, что набросилась на Сэма, еще

толком его не узнав; за то, что не могла принять идею «Почты для мертвых»; за то, что ее единственному ребенку придется самому справляться с этим; за то, что она не может заставить себя просто обсуждать «Покойную почту» с дочерью.

Они обе плакали.

— Мы заняты в ближайшие выходные и потом тоже, — поделилась планами Джулия, — будем участвовать художественной выставке, но мы подумали: а не навестить ли нам вас в первые выходные октября? Сходим на последнюю игру сезона, посмотрим на этот ваш салон. Что скажешь?

— Да, ДА! Приезжайте, пожалуйста! — обрадовалась Мередит.

— Дорогая, только одно условие: я не в силах видеть бабушку, ладно? Я хотела бы взглянуть на салон, но не показывайте мне бабушку. Договорились?

— Конечно, мамочка.

— Никогда и ни за что не показывайте мне ее!

— Никогда и ни за что, — эхом отозвалась Мередит. — Обещаю. Спасибо, мама. Жду с нетерпением вашего приезда.

От разговора с матерью у нее на душе полегчало. Набрав воздуху в легкие, Мередит повернулась к своим любимым мужчинам и спросила:

— Как все прошло в больнице?

— Отныне Дэвид Молд получает нашу услугу бесплатно, — ответил Сэм. — А я собираюсь принять аспирин и лечь спать.

— Спать? Так рано? — запротестовала Мередит.

— Длинные выдались выходные, Мерд.

— Но сегодня же «Ночь итальянской пиццы»! Джейми нагрянет с минуты на минуту. Я обещала Пенни, что кто-нибудь спустится за ней в шесть, и у нас закончилось все пиво. А мне еще нужно успеть приготовить салат.

— Я схожу за пивом, — выпалили Сэм и Дэш одновременно.

После трудного дня обоим хотелось на свежий воздух, туда, где полно здоровых, веселых людей. Но Сэм выиграл, ведь на его долю выпало больше испытаний в эти выходные. Внизу, в холле, ему навстречу попался Джейми.

— Я за пивом. Составишь компанию?

— А Мередит помощь не нужна?

— Поверь мне, сегодня вечером тебе лучше выбрать меня, — убедил его Сэм, хотя на поверку оказалось иначе.

По дороге Сэм обрушил на друга последние новости, рассказав ему про доктора Диксона, больных детей и их родителей, Дэвида Молда, отчаяние Мередит, Кевина и его сестру и про собственное ощущение того, что в последнее время все идет не так.

— Сочувствую, приятель, — ответил ему Джейми. — Тебе, должно быть, чертовски нелегко.

— Нет, этого мало. Что еще скажешь? — потребовал Сэм.

— Описать тебе мои выходные? — предложил Джейми. — В пятницу я ужинал с Иветтой (девчонка с пятого этажа, помнишь?) и ее друзьями, потом мы пошли в бар, а потом на танцы. В субботу мой сосед одолжил у кого-то яхту, и мы провели весь день на озере, а потом еще успели сходить с Иветтой в кино. Она осталась у меня на ночь. Этим утром я пил кофе с лондонским приятелем, который приехал в Штаты на конференцию, а потом взял велосипед и поехал в горы, вернулся около часу назад. И вот я здесь.