До последнего удара сердца
Шрифт:
– Ничего себе! – присвистнула Женя. – Теперь понятно, отчего она такая подавленная и болезненная стала, – припомнила она рассказ соседки. – Такой стресс! А Кольцов неужели не мог ничего сделать? Я имею в виду, помочь с расследованием смерти двоюродного брата? Он врач, влиятельный человек.
– Когда это случилось, я еще только начинала с Кольцовым работать, но помню, что, когда брат умер, он ездил в Москву, старался чем-то помочь. Но, во-первых, это другой город, а во-вторых, он тогда еще не занимал такого значимого положения в обществе. Предприятие только открывалось, а в этом деле были каким-то образом
– Гм. – Женя задумчиво водила пальцем по рулю. – Значит, гибель его брата и дяди была связана с какими-то разборками. А не знаете, им не угрожали?
– Нет. Я же слышала лишь какие-то обрывки разговоров, отдельные замечания. Кольцов никогда не посвящал меня в семейные дела.
– Ясно. Алла Анатольевна, если вы сможете выяснить хоть что-то о его любовнице, звоните мне днем и ночью. Если вдруг узнаете любые сведения о Кольцове или вспомните что-то, звоните. Вот моя визитка. – Женя протянула Алле Анатольевне картонный прямоугольник.
«Оказывается, у Анны Павловны не так давно произошла в жизни настоящая трагедия. Гертруда Феоктистовна говорила, что обычно Анна Павловна бывала приветливой, немного вялой, возможно, сидела на транквилизаторах?» – размышляла Женя, руля обратно в центр города. Она уже довезла до дома Аллу Анатольевну, как и обещала, и теперь собиралась встретиться с Володей в их теперь уже любимой кафешке, чтобы обменяться новостями, а заодно поужинать. Адвокат Скрябин бывал вечно голоден, и встречаться с ним вне заведений общепита Жене представлялось уже просто невозможным.
Всю дорогу до ресторана она размышляла о судьбе Анны Павловны. Отчего-то кольцовская тетка не давала ей покоя. Было что-то в этой истории необычное.
«Визит Кольцова с любовницей, потом инсульт, потом убийство Кольцова. Очень плотный график событий. А Гертруда Феоктистовна, помнится, говорила, что за три года знакомства с Кольцовым только два раза ему звонила, один из них – после инсульта. Значит, жизнь у Анны Павловны была тихой и размеренной. А тут вдруг такая плотность событий. А еще Гертруда удивлялась, что Кольцов в тот день дважды к тетке приезжал. Неужели весь сыр-бор был из-за любовницы?» – размышляла Женя, не забывая лавировать в потоке транспорта.
Странно это. Может, между убийством Кольцова и инсультом его тетки есть связь? Додумать эту мысль Женя не успела, пришлось сосредоточиться на парковке.
– Привет! – Володя помахал ей из-за столика и даже хотел приподняться ей навстречу, но Женя милостиво махнула ему рукой, и он спокойно продолжил трапезу.
– Слушай, ты когда-нибудь бываешь сыт? – насмешливо спросила она, усаживаясь за столик. – Те несколько дней, что мы с тобой знакомы, ты только и делаешь, что лопаешь.
– Во-первых, я мужчина, – назидательно проговорил Володя, с удовольствием разглядывая свою собеседницу. Женя сегодня выглядела очень мило. В узеньких джинсиках, смешной розовой маечке
– Ладно. Жуй, – улыбнулась Женя. – Я, пожалуй, тоже чего-нибудь съем, чтобы ужин дома не готовить.
– Ты готовить умеешь? – с интересом взглянул на нее адвокат.
– И очень неплохо. А точнее, даже очень хорошо, – самодовольно заметила журналистка, разглядывая меню.
– Что же ты меня до сих пор в гости ни разу не пригласила? – с некоторой обидой спросил Скрябин и недовольно взглянул на Женю.
– Я кого попало в гости не зову, а с тобой мы без году неделя знакомы. Вот сообщишь мне что-нибудь ценное по Марининому делу, считай, приглашение на ужин из трех, нет, даже четырех блюд у тебя в кармане, – насмешливо проговорила она.
– Ничего себе! Я даже не подозревал, насколько расчетливы и коварны бывают симпатичные журналистки, – пожаловался Володя.
– Так что, есть у тебя шанс попасть ко мне на ужин? – сделав официантке заказ, спросила Женя.
– Нет. Определенно, нет, – откидываясь на стуле, сообщил адвокат. – Я был сегодня у Михайловой, это фамилия Анны Павловны. Никаких изменений, речь не восстановилась, парализована вся правая половина тела. Никакой положительной динамики. Сколько она протянет, никто не знает, о полном выздоровлении речи вообще не идет.
– Супер, – мрачно прокомментировала Женя. – А у меня как раз возникла версия, точнее, идея версии. Так надеялась с ней поговорить!
И Женя в подробностях передала Володе содержание их с Аллой Анатольевной беседы, частично задействовав диктофон, а затем поделилась собственными размышлениями.
– Понимаешь, в этой истории с визитом любовницы что-то не вяжется. По свидетельству самой Марины, с Анной Павловной она была мало знакома, значит, сама Анна Павловна не должна сильно переживать из-за развода племянника. Тем более что ребенка Марина ему так и не родила, а тетку, насколько я понимаю, это огорчало, – задумчиво глядя на собеседника, рассуждала девушка. – Дальше. Кольцов был человеком воспитанным, наверняка предупредил тетку о том, что приедет в гости не один, может, он вообще планировал официально познакомить Анну Павловну с будущей женой.
– Ну, логично, – согласно кивнул Володя. – Только какое отношение все это имеет к убийству?
– Вот! В том-то и дело, что никакого! – оживилась Женя. – Я думаю, что убийство Кольцова могло быть связано с убийством мужа Анны Павловны. Алла Анатольевна говорила, что в том деле были задеты интересы какой-то важной шишки, и дело о смерти сына Анны Павловны так и замяли. А вдруг Кольцов не успокоился и продолжал копать, а его решили остановить? И возможно, звонили Анне Павловне с предупреждением, или еще что-то случилось? Причем случилось это во время визита племянника или прямо перед ним. Анна Павловна разволновалась, спровадила гостей, а потом позвонила Кольцову и попросила вернуться. После у нее на нервной почве случился инсульт, а Кольцова убили, – взволнованно закончила она.