До мазохизма...
Шрифт:
«Мозг отключается, и теряю контроль от пьянящей близости любимой женщины» — слабое оправдание, конечно… Но снова дал себе установку набраться терпения.
— Прости…
Схватив майку, она скрылась в душе. Находилась там минут десять. А как только вернулась, молча легла спать, завернувшись в тонкое одеяло с головой.
Я последовал тому же примеру…
…Среди ночи услышал тихий жалобный плач. Не сразу понял, что происходит. Лишь когда звук усилился, почти становясь криком, до меня, наконец, дошло…
Резко открыл глаза, срываясь к соседней кровати. И стал интенсивно
Маша сначала дёргалась, охваченная кошмаром, но постепенно успокоилась и обмякла, устроившись головой на моей груди. Она так и не проснулась.
Слушая её размеренное дыхание и перебирая светлые волосы, поймал себя на мысли: мне всегда было больно любить Машу, зная, что принадлежит другому мужчине, сейчас же я ощущаю, как в душе появляется лёгкость, словно невидимые путы лопаются и исчезают…
3.1
Ева-Мария
Весь месяц после побега снятся кошмары, где муж неизменно избивает до полуобморочного состояния. Происходящее там настолько реалистично, что испытываю все ощущения наяву, всегда просыпаясь в холодном поту, с ноющей болью в груди — обессиленная, опустошённая и эмоционально, и физически, как будто выпотрошили. Даже во снах не покидает пережитый ужас — преследует, терзает и выматывает…
А самый трагичный эпизод жизни не забудется никогда…
…Намотав мои волосы на руку, Костя тащил меня по полу в спальню, чтоб продолжить пытки… Тащил, потому что я не могла подняться на ноги. Тело нещадно ломило, не слушалось после побоев, а низ живота подозрительно тянуло. Умоляла мужа отпустить и не мучить — хотя бы ради нашего малыша, но он не обращал внимания на слёзы и просьбы. Беременность его не остановила от издевательств… А потом я попала с кровотечением в больницу и, как результат, потеряла ребёнка… Помимо этого у меня зафиксировали множественные гематомы, сотрясение и перелом двух рёбер. Восстанавливалась больше месяца. И всё, чего хотела — сдохнуть… Костя, конечно, заплатил за молчание всем: от прислуги и охраны в доме до врачей и младшего медперсонала…
Теперь всё это снится, возвращая меня обратно в ад, в котором находилась долгие три года…
Эта ночь не стала исключением… очередной высасывающий силы кошмар…
Но в какой-то момент я ощутила, как меня окружает тепло — нежное, ласковое, укутывающее, словно мягкое пушистое одеяло. Впервые за последнее время прогнала жуткое сновидение, смогла расслабиться, успокоиться и дальше спать. Так хорошо, уютно никогда не было, а главное — чувствовала себя под надежной защитой, обещающей, что больно больше не будет…
…Я проснулась, хотя глаза не спешила открывать, продолжая наслаждаться подаренной негой. В теле поселились приятные ощущения, как после массажа — не хочется, чтобы это заканчивалось, понежиться бы ещё…
Чуть ли не мурлычу: растеклась лужицей и тащусь…
«М-м-м… а как пахнет… такой потрясающий аромат щекочет ноздри: насыщенный, мускусный, пряный, с нотками корицы, горького шоколада,
Кайф… хоть ложкой ешь…
И тепло по-прежнему со мной, даже стало душновато и обжигающе жарко, будто на раскалённом от солнца камне лежу… А ещё что-то тяжёлое придавило затылок и поясницу.
Медленно открыв глаза, увидела покрытую волосами мощную грудь, выпуклые мышцы…
«Только не это…».
— Руслан..? — я дёрнулась, когда, наконец, поняла, кто был рядом всю ночь, кто дарил ласковое тепло, кто смог вырвать из объятий кошмара, защитить и убаюкать…
От резкого жеста он тоже проснулся.
— Т-ш-ш… — ухватив меня за плечи, не позволил отстраниться и потянул на себя.
— Нет..! — в голове мгновенно вспыхнули кадры изнасилований, с Костей в главной роли. Если сейчас случится то же самое… даже отпор дать не смогу… Кто я по сравнению с ним? — слабая девушка…
— Не кричи… — закрыл мой рот огромной ладонью, перевернул меня на спину, нависая сверху и придавливая тяжестью своего тела, и быстро заговорил: — Я ничего тебе не сделаю. Ты плакала во сне. Пытался разбудить, но никак не получалось, а стоило обнять — успокоилась. Не бойся.
«Похоже на правду…» — внутренние ощущения совпадают с тем, что слышу. Благодаря Руслану я выспалась — первый раз за месяц. Глупо отрицать очевидное.
Поэтому кивнула в ответ, соглашаясь.
— Кричать точно не станешь? — спросил, изогнув широкую бровь, и, по-моему, слегка улыбнулся, из-за густой бороды непонятно.
Отрицательно помотала головой.
— Хорошо… — он убрал руку, а вот отпускать не торопился. И снова посмотрел так, словно собирается съесть: хищный взгляд, глаза в глаза, бросающий в дрожь и пугающий одновременно… А от мыслей, что этот мужчина хочет меня, как женщину — вдвойне не по себе становится.
«Нет, нет и нет!».
Мало того что я без трусиков, которые вчера постирала за неимением возможности сменить бельё, так ещё майка задралась практически до талии, а в бедро упирается возбуждённый мужской «прибор», подтверждая мои опасения. И такой же большой, как его обладатель — ткань боксеров не скрывает ничего…
«Не буду об этом думать».
— Дай мне встать…
— Иди, — Руслан вздохнул — мучительно, как показалось, но отпустил сразу.
Поправив единственный предмет одежды на себе, быстро выбралась из кровати. И убежала в «душевую».
От меня не ускользнули внешние изменения, произошедшие со мной, когда увидела отражение в зеркале: лицо посвежело, круги под глазами прошли — да и сами глаза выглядят не красными, не воспалёнными, как это бывало после «весёленькой» ночки в компании кошмаров. Правда, как заметил мой спаситель, я стала безобразно худой и нужно в срочном порядке восполнять недостаток веса…
«Это всё от нервов…».
Почему-то захотелось лучше рассмотреть своё тело. Сняв майку, взгляд упал на выпирающие рёбра и ключицу, костлявые руки, позвонки на спине торчат, хотя на «доску» не похожа: грудь, попа — всё по-прежнему при мне, плавный изгиб от тонкой талии к округлым бёдрам имеется, ножки стройные…