До мазохизма...
Шрифт:
— Кхе-кхе… — обозначился он.
Руслан ставит меня на ноги, только из объятий не выпускает, крепко обхватывая за талию.
— Салам, — протягивает отцу руку.
— Салам. С возвращением, — жмёт в ответ ладонь сына, и сразу добавляет: — Нам поговорить бы…
— До утра терпит? — в голосе звучит нежелание что-либо обсуждать и заниматься какими-либо разборками сейчас.
И я не хочу делиться вниманием любимого мужчины.
— Терпит… — отец направился обратно в дом, потом обернулся. — Если что: мать ко мне перебралась, её комната в вашем распоряжении.
«Никак
— Спасибо.
Тоже мысленно поблагодарила свёкра за возможность побыть вдвоём с Русланом.
— Освежиться бы немного… — он сжал мой затылок, наклонившись к губам.
— Хочешь: помою тебя? — шепчу в его рот. — Баню топили вечером. Наверняка ещё не остыла полностью, а тёплая вода осталась.
— Да я бы и холодной ополоснулся, — ловко подхватил меня на руки, — но твоё предложение нравится больше. Звучит заманчиво.
…Мы ввалились в баню. А на меня обрушились жадные обжигающие поцелуи. Одежда вовсе была порвана в клочья. Нас обоих трясёт от желания и нетерпения ощутить любимого человека немедленно…
20.2
Руслан
Как же я давно мечтал об этом, фантазировал, видел во снах… Это эмоции из области запредельных зашкаливающих до крышесного уровня ощущений.
Один момент — заполучить лишь тело, возможность наслаждаться им, и совсем другой — знать, что ЕЁ душа теперь принадлежит мне, ОНА — моя целиком и полностью, во всех смыслах. И это чувствуется. Дарит себя. Отдаётся без остатка, до абсолютного опустошения, чтобы сразу открыться и принять поток энергии — забрать часть меня…
А называется это просто: любит!
…Маша сидит на моих коленях, извивается от ласки, прикосновений, и всякий раз, стоит втянуть соски в рот, укусить или ущипнуть эти восхитительные, маленькие, упругие горошины, выгибается дугой в моих руках. Она двигается навстречу, в такт заданному ритму. Сладко стонет, с придыханием, прикрыв глаза от удовольствия.
Погружаемся в наше персональное безумие…
Насаживаю мою девочку на себя до самого упора, заполняя ноющую пустоту и растягивая собой по максимуму, а с её губ срывается восторженное протяжное «а-а-а»…
«Как там узко, горячо, мокро, всё жаждет меня и отзывается мощной пульсацией от каждого глубокого толчка, похожего на удары плотью в плоти» — и словно пьянею резко, наполняясь ответным фонтаном фееричных эмоций.
Она обхватывает ладонями моё лицо и нетерпеливо впивается в мой рот жадным поцелуем, сплетая языки, которые тоже начинают выплясывать собственный танец. А сладкие стоны теперь проникают внутрь, усиливая ощущения.
Сейчас нам требуется лишь одно — утолить первый голод, унять терзания истосковавшейся души по любимому человеку… И до утра мы точно не уснём…
«Мне всегда будет её мало».
Первой оргазм накрыл Машу… Сначала она затихла буквально на пару секунд, но тут же содрогнулась и блаженно закричала до хрипоты в голосе, откинув голову назад. Сжимаю её в объятиях, ускоряюсь и тоже кончаю. Рычу как бешеный зверь. И
Вот оно истинное единение…
— Любимая… — зарываюсь пальцами в её шелковистые волосы. — Ты жива?
— Угу… — она положила голову на моё плечо. — Как же хорошо… м-м… Руслан, я тоже люблю тебя.
Крепче обнимаю мою девочку. Мы пропахли ароматами друг друга насквозь, напитались энергиями, по нашим телам струится пот, как будто бежали без остановки в сумасшедшем темпе много километров. А самая приятная мысль, что сейчас Маша наполнена мною… и член ещё не обмяк, не давая сперме вытечь…
«Если бы она могла иметь детей, то в скором времени можно было бы ждать беременность, но всё не так просто…» — это обсудим позже, когда не настолько болезненно ей будет вспоминать о прошлом, а женское здоровье восстановится, позволит нам сделать ЭКО, нормально выносить ребёнка и родить без осложнений. Нужно пробовать, обязательно пробовать, ведь я не меньше мечтаю стать отцом, Маше вовсе — реализоваться в материнстве жизненно необходимо.
— Я хотела кое-что сказать… — она выпрямилась. Посмотрела как-то странно, со смесью противоречивых эмоций: растерянно и с надеждой одновременно.
— О чём? — никак не угадаю её настроение.
— Понимаешь… — вздохнула, собираясь с мыслями. — Врачи говорили, что я… не… — резко замолчала, опустив взгляд, но успел заметить выступившие слёзы на глазах.
«Решила поднять волнующую тему?» — словно мои мысли прочитала. Мы на одной волне, чувствуем друг друга.
— Продолжай.
— Может быть, они ошиблись? Или я напутала… и всё не так плохо… — закончила фразу, хотя это мало что объясняет. К чему клонит?
— Та-а-ак… — разрываю объятия, пересаживаю Машу на лавку и опускаюсь на колени перед ней. — А теперь: то же самое, только внятно, в подробностях.
— У меня задержка, уже неделю нет «месячных» — вот, в чём дело, — в глаза снова избегает смотреть. — Но пока не знаю, значит ли это что-нибудь, ведь мой организм до сих пор даёт сбой после выкидыша.
— То есть..? Ты думаешь, что можешь быть в положении? Ничего не упустил? — переспрашиваю. До конца не верится, вернее — новость меня шокировала и, конечно, обрадовала. Я не допускал того, что это возможно естественным путём.
— Когда у нас всё впервые случилось… — она улыбнулась, по-прежнему пряча взгляд. — Три недели назад была овуляция, плюс-минус несколько дней — точнее сказать сложно, из-за нерегулярного цикла не определить… Вот пройдёт неделя-другая, тогда можно смело утверждать: беременна я или нет.
— Маша… — прижался губами к её животу, целуя нежно. Если всё подтвердится, это будет настоящим чудом! В сложившихся обстоятельствах нам только чудо и поможет.
— Ты же не против малыша? — она прикоснулась к моим волосам, а голос почему-то неуверенно звучит. Неужели, считает, будто могу быть иного мнения?