До дрожи
Шрифт:
Очередь заметно редеет, столовая начинает стремительно пустеть, ещё минут десять и эта пытка кончится, а дальше я хоть на колени перед Марией Павловной рухну, но на раздачу больше не встану. Хватит с меня…
В кармане передника пиликает телефон входящим. Достаю и быстрым движением смахиваю блокировку. На экране всплывает сообщение из ВК. От Базова…
Артём: Просто напоминаю, что массаж в силе
Кидаю на Базова быстрый раздражённый взгляд и строчу в ответ.
Алиса: Может хватит уже?
Артём: Придется
Так и подмывает написать в ответ «Проси свою Куницыну», но я почему-то не делаю этого, а просто убираю телефон обратно в карман. Внутри странно тонко звенит, хотя внешне я совершенно спокойна.
30. Артём
Ставлю поднос с грязной посудой на уже забитый стол около входа в кухню. Медлю с секунду, борясь с самим собой, но у меня ожидаемо нет в этой битве шансов. И я слабовольно вытягиваю шею, чтобы заглянуть внутрь помещения через приоткрытую дверь и попытаться хоть краем глаза зацепить Алису.
Жизнь внутри кипит, девчонки-студентки и штатные поварихи снуют туда-сюда, прогретый воздух пропитан прогорклыми запахами, чьи-то голоса… А Лютик будто сквозь землю провалилась.
Коза. Колет острым разочарованием. Это очень странное чувство…Будто я успел соскучиться по её надменному, вечно чем-то недовольному лицу. Вернее, лицо у неё такое только для меня, но я всё равно хочу его видеть, как долбаный мазохист.
Алиса больше не вставала на раздачу ни во время полдника, ни во время ужина, я даже вообще не уверен, что она до сих пор здесь, на кухне. И от этого день выходит ещё тоскливей, чем был изначально, когда я проснулся в разогревшейся от солнца до состояния включенной духовки палатке с раскалывающейся как переспелый арбуз похмельной головой.
Это же надо было так нажраться вчера…
Я конец вечера вообще практически не помню. Какие-то обрывки, за которые теперь ожидаемо стыдно, и рассказы друзей, за которые стыдно ещё сильней. Благо, их показания смело можно делить на два, и вряд ли я действительно показывал девчонкам голую задницу и кричал «все сюда»…
Ну, по крайней мере, я о-о-очень на это надеюсь.
А спрашивать у Куницыной и её подружаек желанием не горю. Да такое они бы и сами уже всем рассказали.
— Так, Артём, у меня для тебя задание, — Глеб Янович внезапно оказывается рядом, ставя поднос рядом с моим.
Отвлекаюсь от попытки высмотреть в дверном проёме кухни Алиску, и перевожу на препода красный с недосыпа взгляд.
С утра за пьянку Наумов меня уже нахлобучил и теперь вполне дружелюбен, а это бесит так, что…Бля-я-я!
В голове только и вертится картинка, как он мило чирикал с Алиской сегодня днем, получая свой положенный борщ. Я не слышал, о чем они там говорили, но и её заалевшего словно майская роза лица мне больше, чем достаточно, чтобы сейчас тихо ненавидеть своего научного руководителя.
В том, что Лютик ему даст по первому требованию в отличие от меня — я
В том, что, если я об этом узнаю, у меня скорее всего башню сорвет, и я полезу забивать кулаки в Наумовское интеллигентное лицо, а заодно и гвозди в свое будущее, уже начинаю подозревать…
Не хотелось бы…
Не трогай её, блять!
— Какое задание, Глеб Янович? — интересуюсь вслух, надеясь, что у меня морду не сильно от таких мыслей перекашивает.
— Нам с Эллой Эдуардовной надо сейчас в главный, — Наумов чешет бровь и тоже, как бы между прочим, заглядывает мне за спину в приоткрытую дверь на кухню…
Вот же…
Делаю шаг и закрываю ему обзор. Рыжую высматриваешь? Хрен тебе.
— Кхм… — Яныч смущенно откашливается, внезапно упираясь глазами в моё лицо, фокусирует взгляд, — Так вот…Отведете младшие курсы на пляж на наше лобное? А мы попозже подойдем. Можете пока костёр организовать.
— Опять мы за вожатых, — кривлюсь.
— С каких пор тебя это смущает, Артём? — немного удивляется.
Встречаемся глазами. И мне нечего ответить. Да, это моя роль здесь уже второй год, и смущать меня ничего не должно…
— Ничего.
— Отлично, — хлопает меня по плечу и разворачивается к сидящим за столами.
— Товарищи студенты, вечерний сбор у нас сегодня на пляже, на нашей площадке. После ужина организованно направляемся туда. Базов и Мельник за старших. Мы с Эллой Эдуардовной и Иваном Васильевичем чуть позже подойдем.
— Хо-ро-шо-о-о, — тянется по столовой нестройное.
Глеб с Элечкой уходят, а я, дождавшись, пока все доедят, кидаю последний тоскливый взгляд на дверной проём общей кухни, в котором так ни разу и не мелькнул белый, зубодробительно короткий комбинезончик рыжей, собираю с парнями своих подопечных и веду их на пляж.
??????????????????????????31. Артём
От археологического лагеря до побережья каких-то десять минут пешком туда и пятнадцать обратно, потому как возвращаться приходится, забираясь по крутому берегу на степное плато по выдолбленным в песчанике, уже наполовину осыпавшимся ступеням.
Зато пляж внизу — настоящая жемчужина — тихий, с мелким как манка песком, полукольцом защищенный от сильного ветра почти отвесными уступами, и потому практически безопасный даже в предштормовую погоду.
Он бы пользовался большей популярностью у туристов, но рядом нет ни одного приличного большого поселка, лишь несколько одиноко стоящих фермерских хозяйств посреди бескрайней, выжигаемой солнцем, обветренной степи. За цивилизаций — разве что сразу ехать в Керчь, а это добрый час и несколько десятков километров.
Раскопки здесь ведутся не первый год, а потому пляж уже давно обустроен для отдыха бывшими сменами студентов, волонтеров и профессиональных археологов. Вдоль кромки воды на узкой песчано — каменистой полосе кто-то просто организовал место для большего костра, окружив расчищенную площадку толстыми бревнами, а кто— то и сколотил пару вместительных грубых беседок.