Дно
Шрифт:
– Ты чё, лезешь?! Ты кто такой?! – Заорал жердь на него. Вкусив легкой победы, его несло, и он не почувствовал разницы в противоборстве. – Вы чё, все салаги думаете?! Ты в каком классе? А он в каком? Вы чё, совсем страх потеряли?! Да ты ж, барсук, ща рядом ляжешь! Я тя ща…
Последняя фраза смазалась хлёстким ударом. Лёня не увидел, зато рассмотрел изумлённое лицо длинного. Его перекосило то ли от удара, то ли от удивления. От зуботычины он отпрянул на три шага назад и сейчас рассматривал соперника. Было заметно, что он трусит, но даже для жердя было очевидно, что у него крохотные секунды на реабилитацию. Авторитет ей-ей готов был лопнуть.
– Ну-ка, помогите! – Кинул он притихшей свите развенчанного короля. На помощь бросились безоговорочно, оттащили длинного к стене, приспособили спиной полулежащим. Глаза того были закрыты.
– Нокаут. – Констатировал плотный. – Ничего страшного. Через минутку очухается.
Он обратился глазами ко всем сразу.
– Чолдарев! Шанин! Слайчик! Ну, надо же! Я вам что говорил? Не общаться с этим бесом. Вы тоже огрести хотите?
Не получив ответа, он приказал:
– Марш в класс! Потом поговорим…
Заметив Круглова, спросил:
– А ты кто? С параллельного? Давай, скачи тоже… Ещё раз увижу с ним, обоих отоварю!
Когда они остались одни, парнишка протянул руку Лёне.
– Степан. Для друзей просто Стёпа.
– Лёнька. Леонид. Здорово ты его…
– Ерунда! Я на бокс хожу. Мне стыдно проигрывать таким.
Он кивнул на пришедшего в себя старшеклассника. Тот крутил головой и соображал, где он и что с ним такое.
– Видал? Короткая амнезия. – Стёпа усмехнулся. Так бывает, но потом придёт в норму и вспомнит.
– Не боишься, что своих с класса позовёт? – Они вышли из гардеробной.
– Этот не позовёт. – Мотнул головой Стёпа. – Он отстойный из всех. Потому и собирает кодлу из мелких, чтобы там хоть выделяться. А если б и позвал, пускай… Не стремаюсь как-то, знаешь…
Он перевёл разговор на Лёню.
– У тебя-то с ним чё? Не поделили вешалку в раздевалке?
– Они сумку у девчонки отняли и пасовали друг другу как мячиком.
– А-а! Постой-постой, дай догадаюсь… Это у Людки Каршинковой, по ходу. Нашенская она, угу… Вреднючая. По ходу сама нарвалась. Но ты всё равно, молодец! Девочек надо защищать.
Они приостановились, и Степан взглянул ему в глаза.
– Жила у тебя есть, раз на крупного прыгнул. Только боец ты никуда, ни техники, ни теории… Ладно! Будет время, я тебя понатаскаю. Покажу кое-что. А вообще, знаешь, Лёнчик, меня ведь скоро к вам переводят. В ваш Б.
– Почему так?
Стёпа пожал плечами.
– Не тяну, по ходу. А может, другая причина, не знаю… Так что ещё меня увидишь.
Так в 95-ом произошло знакомство Лёни со Стёпой, которое, по сути, стало поворотным в жизни Вестрикова. Степана Корольчука действительно перевели в их класс, и очень скоро он подвинул всех лидеров в коллективе. Лёне он не стал явным другом «не разлей вода», но задевать его больше не осмеливались. Уверенности у Вестрикова на аршин поприбавилось, тем более Корольчук, как и обещал, позанимался с ним теоретически, а после и практически. Удар Лёня ставил сначала на «лапах», потом на груше и каждый раз представлял лицо щербатого Толика. Не было давно уж ни обид, ни
ГЛАВА II
КОРОЛЬЧУК. 2000-й год
В светлом и просторном кабинете географии светло-пегая девчушка старательно выводила в тетради незыблемые формулы школьно-прикладной физики, а молодой человек, похаживающий близко, монотонно разжёвывал ей рабочие моменты задач.
– Теперь эти данные вставляем в формулу Ома и находим силу тока для указанного участка цепи. Ничего архисложного, Катюнь. Всего лишь логическая взаимосвязь между заданными константами. Ну, чё там выходит? Вот…. Да-да, всё правильно! Теперь, давай, по второй задаче: там надо наперво массу определить, а потом… потом. Потом по этой вот формуле вычислим количество теплоты плавления. И будем нам счастье…
С этими словами молодой человек как бы невзначай положил руку на плечо девушки, но тут же, вероятно почувствовав некое напряжение с ответной стороны, немедленно её убрал.
– Никаких заморочек! Всё как дважды два – предельно просто и элементарно, как сказал бы Ватсон.
– «Элементарно» говорил не Ватсон, а Шерлок Холмс Ватсону! – Подчёркнуто поправила его девушка, продолжая выводить решение.
– Да? – Удивился парень. – Сколько раз смотрю этот фильм, а так и не понял, кто кому говорит «элементарно».
– Почитай лучше книжный подлинник. Там нет никаких «элементарно».
– Вот так даже, да?
– Вот так. – Девушка закончила и положила авторучку. – Я, может, дура в физике, но в литературе меня не подрежешь. Проверь, Тёпа…
Тёпа, в полном имени Степан, пробежался глазами по неровным столбцам задач и удовлетворительно хрюкнул.
– Всё просто ОК. Зашибись, канает под четвёрку.
– Почему не под пятёрку?
– Ну… – Парень помялся. – Написать мало, надо обосновать…
Девушка фыркнула.
– А ты на что? Научи… Кто из нас кого подтягивает?
– Понимаешь, Кэтти…
– Не называй меня Кэтти!
– Ладно, ладно, Кать… Просто научить можно того, кто… Хочет научиться.
Девушка сделала каменные брови, и Степан поспешил с разъяснениями.
– Да нет, не в обиду сказано, просто… Вот ты, любишь книжки читать литературные, да? По «истории» у тебя блестяще и вообще тянешься к гуманитарным дисциплинам. Тебе это нравится и учить тебе этому не нужно. Само как-то прёт, да? Вот… а у меня… Меня физика и математика вдохновляет. Человека нельзя научить тому, чему он не хочет учиться. Всегда будет противление и тормозные колодки.
Девушка Катя с удивлением и заинтересованностью поглядела на парня, кокетливо выпятив нижнюю губу.
– Да ты, оказывается, психолог, Степан Какойтович.
– Васильевич. Степан Васильевич. Но не называй меня по батюшке. Для тебя я просто Тёпа. А насчёт психолога… Какой к черту из меня психолог. Просто есть опыт. Я, когда боксом занимался, мой тренер ставил меня натаскивать новичков. Так вот! Почему-то попадались пацаны с нормальными данными, но с отсутствием всякого интереса. Не было у них желания вкладывать душу. Ни в удар, ни в технику. Не за своё взялись, понимаешь? Я такие вещи чувствую. А попались такие… Дрищ дрищом, а так тебя умотает по рингу, что и непонятно, кто кого водит. Так и везде! В любой науке и отрасли. Возьмёшься не за своё, будешь буксовать, да отплёвываться. А наступишь на свою линию, всегда будешь в джек-поте.