Дни мародёров
Шрифт:
Какая-то девушка лежит на земле, глядя в небо широко открытыми глазами, а кровь течет по земле из-под ее головы. Полная людей машина загорается в воздухе...
Мирон, Мирон, Мирон...
Это всё устроили они.
Её семья.
— Если бы ты не сбежала, все было бы в порядке, — с легким раздражением сказала Эдвин, сидя рядом и явно не зная, что делать, в то время как старенький эльф уже смешал новую порцию успокоительного и поднес Роксане вместе с водой.
— Ты меня заперла! — заорала Роксана, вскидываясь с места и взбешенно глядя на мать. —
— А ты не подумала, почему? — крикнула Эдвин, с легкостью перекрывая её визг. — Ты хоть знаешь, кто был на свадьбе Люциуса?..
... Какой-то парень, визжа и извиваясь, взлетает в небо. Сцена взрывается. Из спины Мирона Вогтейла торчит деревянный обломок...
«Сейчас взойдет солнце»...
Солнце, которое уже вовсю лилось в прогалины между шторами. Если бы она могла умереть под этими лучами, сделала бы это с радостью...
— Роксана, — увещевательно начала мать, обняв её ухоженными руками за плечи. — Ты должна понять...
Это слово ужалило ее, как оса.
— Понять?! Какого хрена я должна понимать?! Какого хрена тут вообще можно понять?! Вы — убийцы! Вы все!
— Роксана, возьми себя в руки!
— У нее просто шок...
— Да черт возьми, лучше бы я сдохла там вместе с маглами, чем узнала, что мои родители... — голос сорвался на сип, но Роксана не могла остановиться, а когда мать попыталась коснуться ее плеча, выхватила палочку и крепко сжала её обеими руками. — Я лучше буду жить там, с ними, сломаю палочку и стану сквибом, чем останусь здесь еще хоть на...
Шлеп!
Голова мотнулась в сторону.
Эдвин смотрела на нее огромными страшными глазами, а потом, ни слова ни говоря, прижала ушибленную кисть к губам и отошла к окну.
От неожиданности Роксана снова села на диван.
Повисла тишина, нарушаемая только треском и пощелкиванием дров в камине.
— Когда тебе было два года, мы жили во Франции в магловской провинции...
Роксана вздрогнула и посмотрела на отца сквозь пелену слез. Он редко заговаривал с ней и сейчас ей было не по себе, когда они смотрели друг другу в глаза. Они были точно такие же, как у неё самой — чёрные и чуть раскосые.
— ...последнее место на земле, где я хотел бы жить, но там было наше родовое гнездо, и я не имел права его покидать. Когда в этой провинции началась эпидемия магловского тифа, мы были единственными, кто не заболел. По понятным причинам. Простить нам этого, конечно же, не смогли. Магглы обвинили нас в этой эпидемии и ночью подожгли наш дом, заперев все двери и окна. Мы горели, как кошки в клетке, маглы-слуги метались по дому в ночной одежде и падали мне под ноги, а я бежал к детской и убивал тех, кто пытался схватить меня и силой вытащить из дома. Для меня было важно спасти вас с Люциусом. Потому что для отца нет ничего важнее своих детей. Хотя всех я спасти не смог. Твоя мать потеряла ребенка в ту ночь. Мальчика.
Роксана не смогла удержаться и взглянула на Эдвин. Прямая, как струна, она стояла у окна, обнимая
— Мы должны были погибнуть в ту ночь. Мы все. Но нас спасли. Догадываешься, кто это был?
Роксана опустила голову и зажмурилась, закрыв лицо руками.
Этого она не хотела знать.
— Темный Лорд помог нам бежать той ночью, и я пообещал ему службу и поддержку в обмен на то, что он сможет защитить мою семью здесь, в Англии. Если бы не он, тебя бы сейчас здесь не было.
Роксана, по щекам которой бежали злые слезы, прерывисто вздохнула.
— Ты хочешь «сломать палочку»... — Абраксас сам налил себе новую порцию виски. — Стать сквибом. Ради Мерлина, пожалуйста. Ломай. Иди к ним. Они убьют тебя при первой же возможности, когда узнают, кто ты. Но, конечно, ради этих людей стоит повернуться спиной к своей семье. Иди. Прямо сейчас. Вставай и иди.
Роксана не двинулась с места.
— Я не потерплю предателей в своей семье, — говорил Абраксас, не отрывая от Роксаны взгляда. — Выживание дается мне слишком большими жертвами. Только если все же уйдешь, помни, обратно я тебя не приму. Пресмыкайся, умоляй, выпрашивай кусок хлеба, сдохни в этом замечательном магловском мире, но знай, что как только ты уйдешь к ним, умрешь для всех нас.
Эдвин едва уловимо дернулась, словно хотела прервать речь мужа, но сразу же снова опустила голову.
— А на досуге подумай, что для тебя все-таки важнее. Семья, которая произвела тебя на свет и позволила тебе шестнадцать лет жить, ни о чем не заботясь, в роскоши, комфорте и волшебстве, или люди, которые упекут тебя в свою клинику, стоит тебе заикнуться о магии.
Какое-то время Роксана еще сидела на диване, сжимая кулаки и кусая губы. А потом вдруг резко сорвалась с места, вылетела из гостиной, хлопнула дверью, и родители услышали, как она взбегает по ступенькам наверх.
На какое-то время в комнате повисла тишина.
— Люциус, Нарцисса тебя ждет, — подала наконец голос Эдвин, подходя к окну.
Люциус немедленно поднялся и вышел из комнаты.
— Что же мы будем делать, когда ей исполнится семнадцать? — тихо спросила Эдвин, когда за ним закрылась дверь.
— Темный Лорд поинтересовался на свадьбе, есть ли у моей младшей дочери пара. Когда узнал, что нет, сказал, что будет рад выделить ей место среди своих людей, как только Роксане исполнится семнадцать.
Эдвин тяжело поднялась на ноги, обошла диван и взмахнула рукой.
— Ты видел, что с ней творится? — громко спросила она, указывая рукой на дверь, в которую выбежала их дочь. — Скажи ей сейчас, что в семнадцать на нее поставят Метку, и она выпрыгнет из окна!
— Надо было думать раньше и выдать ее замуж, как Нарциссу.
— Ты забыл, как она убежала с собственной помолвки?! Забыл, какую истерику она закатила потом? И я очень сомневаюсь, что Вальбурга снова проявит к нам снисходительность, учитывая то, что ее мальчик тоже сбежал из дома!