Дни мародёров
Шрифт:
У Джеймса дернулось лицо. Это была правда. После долгого, кишковынимательного разговора по душам с Дамблдором, тот распорядился вернуть Карту Филчу.
— А второе ваше доказательство валяется в крыле, — Мальсибер явно получал удовольствие от собственной изворотливости. — И пока девчонка не очнется, никто из нас ничего не сможет доказать. Но я бы на вашем месте добил её! — громко предложил он. — Ведь мы знаем, кого она видела и чьи имена назовет, не правда ли?
Это стало последней каплей. Джеймс выхватил палочку. Полыхнуло, голова Мальсибера мотнулась, на выглаженный воротник школьной рубашки хлынула кровь.
Дальше все происходило очень быстро.
Сириус
Фабиан вдруг увидел, что младший Блэк пробирается к выходу и бросился за ним, но тут откуда ни возьмись ему наперерез кинулся Сириус и перехватил его руку с занесенной палочкой.
— Остынь, Пруэтт!
— Убери руки! — взревел Фабиан и, потеряв голову, кажется всерьез решил проклясть обоих Блэков сразу, как вдруг над клоакой, башней с часами и всей школой вдруг не загремел голос Макгонагалл, усиленный во сто крат заклинанием:
— ПОСЛЕОБЕДЕННЫЕ УРОКИ ОТМЕНЯЮТСЯ. ВСЕМ СТУДЕНТАМ СРОЧНО ВЕРНУТЬСЯ В СВОИ КОМНАТЫ, СТАРОСТАМ СОБРАТЬСЯ В УЧИТЕЛЬСКОЙ.
И не успело эхо сообщения утихнуть, как все услышали пронзительный девчоночий визг в коридоре. А затем в клоаку выбежали ученики. Они прикрывали нижнюю часть лица шарфами и пронеслись по клоаке, даже не обратив внимание на происходившее в ней и только когда Джеймсу пришло в голову крикнуть: «Эй, а что случилось?!», какая девчонка на бегу крикнула:
— Сразу семь человек! Там весь стол и весь пол в крови! Кто-то проклял еду!
И она побежала дальше, а клоака застыла, пораженная новостью.
Всего на минуту, потому что вслед за девчонками в неё хлынул поток когтевранцев, бегущих в свою комнату, точно стадо очумевших, перепуганных антилоп. А после все поддались панике и побежали кто-куда, так что выяснение отношений и драка потеряли всякий смысл.
У Джеймса с первых минут появления паникеров в клоаке возникло гадкое, сосущее ощущение, что где-то уходит жизненно-важный поезд, вот только никак не мог понять, как он связан с обедом. А потом в зажженном дракой сознании вспыхнуло «Лили!» и он опрометью бросился в бегущую толпу, пробиваясь в обратном направлении — к выходу из клоаки. Сириус расцепился с Фабианом, гневно сверкая глазами, и помог Гидеону поставить на ноги Лунатика — они с Уоррингтоном не рассчитали силы и теперь слизеринец выл от боли, потому что лицо его пузырилось фурункулами, а Люпин не мог устоять на ногах — его обильно тошнило маленькими черными лягушками. Все вместе они потащили его следом за Поттером, а слизеринцы следом за толпой потянулись в обратном направлении. Мальсибер перед уходом оглянулся и прожег спину Джеймса ненавистным взглядом, а потом вместе с остальными пропал в проходе.
— Тебе стоит вытереть лицо, — сказал Мальсиберу Регулус, когда они пару минут спустя сбегали по лестнице в подземелье. — Кто-нибудь может увидеть... и подумать лишнее.
Мальсибера пробрал ледяной пот от мысли, что кто-то может принять его за тайного грязнокровку и поспешно вытер губы и подбородок, измазанные в крови после Поттеровского заклятия.
— Никто не подумает, что я могу быть в родстве с грязнокровками! — огрызнулся он вместо благодарности. — Это просто нелепо!
Регулус пожал плечами, и мальчики гуськом вбежали в гостиную
За полчаса в комнате собрался практически весь Слизерин, но никто не высказывал особого волнения по поводу вспышки эпидемии в школе. Некоторые, наоборот, в открытую радовались, что скоро в школе совсем не будет грязнокровок, «а то не продохнуть от них. Но в целом настроение было неважное. И причиной тому была компания старшекурсников, собравшаяся на нескольких диванах в центре гостиной.
На одном из них полулежал Мальсибер. Его голова покоилась на пухлой шелковой подушке, лежащей на острых коленках Гринграсс. Сама Хлоя с безмерно сочувственным видом прикладывала ледовую примочку к его пострадавшему носу.
— Чертов Поттер, — ругался Мальсибер. — Да кем он вообще себя возомнил? Преследовать меня, предъявлять какие-то нелепые обвинения... может быть он и сюда припрется со своими дружками? С него станется!
— Кстати насчет обвинений... — Руквуд, который до этого сидел тихо и перемигивался с кем-то со старших курсов, поднялся на ноги. — Тебе не кажется, что ты должен нам кое-что объяснить?
Мальсибер оглянулся на него и увидел, что кроме Руквуда, к беседе подтянулось ещё человек десять. Да что там, почти все слизеринцы посматривали на него враждебно, а кое-кто даже шептался.
— О чем ты? — с подозрением спросил он и поднялся, оттолкнув руку Хлои.
Слизеринцы переглянулись.
— О том, что ты спихнул все на Нотта и заложил нас всех Дамблдору, — резко выпалил Руквуд, скрестив на груди руки. — Мы все знаем, что произошло, когда вас поймали, Блэк нам рассказал.
Мальсибер прожег Регулуса взглядом. Тот, вопреки его ожиданиям, взгляд не отвел.
Он оглянулся на Хлою, но та казалась заметно растерянной и лихорадочно выбирала сторону.
— Кодекс клуба гласит, что мы все связаны кровными узам. Это значит, что своих мы не подставляем, — добавил Руквуд. Мальсибер оглянулся на него. — То, что ты сделал, называется предательством, — вкрадчиво и мягко сказал он, подступая к нему. — И мы все ждем объяснений.
Повисла пауза.
— Кодекс, — Мальсибер усмехнулся и его глаза зло потемнели. — Кодекс?! А где же был ваш сраный кодекс, когда старый черт допрашивал меня в своем кабинете?! Где был ваш кодекс, когда Кэрроу поймали на краже меча?! Где были вы все, связанные со мной кровными узами?! — он уже кричал. Некоторые из обвинителей потупились и отвели взгляд. Мальсибер прошелся по кругу, как загнанный зверь, яростно вглядываясь в лицо каждого. — Мы все могли загреметь в Азкабан в тот день! Но я нас всех спас! Я, я один отвечал за все, я придумал способ уберечь нас от всех подозрений и спасти наши семьи от позора! А вы теперь предъявляете мне обвинения?! Да вы должны на коленях благодарить меня за то, что сидите сейчас здесь, а не в Визенгамоте! — у него изо рта вылетела капелька слюны. — Но, если вам так хочется, идите прямо сейчас к Дамблдору и скажите ему, что вы все подавали заявки на охоту на грязнокровок, это будет честно!
Теперь растерялся Руквуд. Хлоя определилась и сочувственно погладила своего жениха по руке.
Мальсибер отдернул руку.
— Я сделал то, что должен был сделать. И если Нотты были не в состоянии обеспечить себе алиби, то нечего их жалеть. Слабым не место рядом с Темным Лордом! — высказав все это, он ещё метнулся пару раз туда-сюда, выпуская пар, а потом с размаху улегся на диван и снова положил голову на колени Хлое, плотно скрестив на груди руки.
— Кстати, раз уж заговорили о предательствах, Август...