Дни мародёров

-Joy-

— Это в глаза бросается. А Люпин ещё и оборотень. Перебесится или окончательно тронется, — Бродяга осмотрел гостиную на предмет рыжих волос и полез за сигаретами. — Там видно будет.

Потянуло дымом.

— Бесстыжая морда, здесь, между прочим, староста лежит, — послышалось с пола.

— Без проблем, — невнятно отозвался Сириус и бросил ему пачку.

Хлопнул портретный проем и шумная, сонная толпа с набитыми животами потянулась к родным диванам.

Сириус оглянулся, вытянул руку и ущипнул Алису Вуд за ногу, когда она проходила мимо

его кресла вместе с близнецами и Мэри.

— Ай! — она подскочила и бросила в Сириуса сумку. — Дурак!

Все засмеялись. Сириус бросил её сумку на пол рядом с Джеймсом. Тень в углу ожила, соскочила с книжного шкафа и Живоглот потрусил к неисследованной емкости, сладострастно сверкая глазищами.

— Чего вас на ужине не было? — Алиса сняла мантию, ослабила галстук и заползла на диван, сверкая краями школьных гетр под юбкой. Питер быстро оглянулся и расправил плечи.

— Мы ужинали на кухне.

— Почему?

— Договорились с эльфами, они прячут магловское пиво в банках из-под сока, а мы разрешаем им стирать наши носки. Самая выгодная сделка на свете.

— По-моему это неч... — Алиса пронзительно взвизгнула, потому что когда спустила ногу с дивана, сначала уперлась во что-то живое, а потом живое вдруг схватило её за щиколотку. — Джеймс!

Джеймс засмеялся, дымя сигаретой.

— Фу, напугал, ты что там делаешь? Что он там делает?! — крикнула Алиса Сириуса, указывая на Джеймса как на кучу грязных носков, оказавшуюся не в том месте.

— Лежит, Вуд. Ле-жит, — и Сириус скорбно, прерывисто вздохнул.

— Если это из-за Лили, — Алиса поджала ноги и обняла подушку, окончательно закрыв их от посягательств. — Так она скоро вернется, они с Марлин в библиотеку пошли, Марлин забыла сдать книгу и... — Алиса посмотрела на часы. — Да, мадам Пинс наверное почти её убила, скоро вернутся.

— Не-е, Вуд, тут страшнее. Нашего Джеймса сделали Старостой школы.

В гостиной повисла тишина. Самая жуткая, наверное с самого момента её основания.

— Что-о? — протянула Алиса, улыбаясь все шире и злораднее.

— Серьезно?! — на диван с размаху упал Бенджи, следом за ним прибежали близнецы.

Джеймс драматично вздохнул и красиво затянулся: сощурил глаза, выпустил дым через ноздри, устремил в потолок печальный взгляд. Чтобы все прочувствовали, в каком он оказался дерьме.

— Охренеть... МакГи обнюхалась валерианы? — сочувственно спросил Фабиан, перескакивая через спинку дивана и падая рядом с Бенджи.

Сириус сипло засмеялся.

— А что с Люпином? — нахмурился Гидеон. — Он же школьная староста, нет?

— Отказался, — горько молвил Джеймс и приподнялся на локтях. — Слушайте, может быть вы хотите? Хей, Пруэтт... любой из вас. Хотите стать старостами? Вы же школьные комментаторы, вам можно подать заявку.

— Ага, сейчас, — осклабился Фабиан. — Таскаться по собраниям старост, целовать деканов в зад и ещё с малолетками сраться в коридорах? Ну не-ет, наслаждайся сам, — и Пруэтт запустил в него подушкой.

— Придурки, — буркнул

Джеймс, падая обратно на ковер и подкладывая подушку под голову.

— Как будто я этого хочу, — он посмотрел на значок и опять разозлился. — Вот что мне, блять, делать?

— Снять штаны и бегать, Сохатый, — Сириус сбросил с себя Живоглота, когда тот попытался разместиться у него на животе. — Желательно прикрепив к трусам значок. А то Минерва расстроится, увидев тебя в трусах и без значка. Я вот знаю, что буду делать. — он перекинул ноги обратно через быльце, сел и тут же встал, хлопнул себя по коленям. — Я сейчас возьму Рокс и мы прокатимся на мотоцикле по Хогсмиду. А то мне уже тошно от этих стен.

— У-у, будь осторожен, Блэк, а то Джим засадит тебя за строчки! — Гидеон плюхнулся на ковер рядом с Питером и вывалил свои книжки на стол, так что половина попадала на пол.

— Правда, Джим?

Джим показал ему средний палец.

— За подъеб старосты приказываю тебе десять раз написать «Я дрочу на Плаксу Миртл».

— Эй, Поттер, вот не смешно нихрена.

— Пятнадцать раз за то, что подверг сомнению чувство юмора старосты, — Джеймс выдохнул дым, сунул в рот печенье. — Эй, а в этом что-то есть...

— Ты не будешь писать работу для Флитвика? — обеспокоенно спросил Питер. Перед ним по-прежнему лежал пустой пергамент — он так и не придумал, в каких случаях использование заклинания Исчезновения является недопустимым.

Сириус скривился и вскинул палочку.

— Эванеско!

Печенье с хрустом исчезло из руки Алисы прямо перед тем, как она открыла рот.

— Сириус!

— Видишь, Хвост, практикой я овладел, — Сириус засунул палочку за пояс джинс. — А всю эту нудятину я завтра утром перепишу у Вуд. Правда, Вуд?

— После дождичка, — сердито проворчала Алиса.

— Вот видишь! — добродушно ухмыльнулся Сириус. — Она согласна. Чао, лузер! — и он бросил в Джеймса смятым черновиком Питера.

— Да пофел ты! — прошамкал Джеймс ему вслед.

— Пошел-пошел, — Сириус побежал наверх за курткой.

— Слушай, Джеймс... — Питер помялся. — М-м. Мне бы это... я поговорить хотел...

— Потом, Хвост, — Джеймс сел, ещё более лохматый, чем прежде. — Мне надо исполнять свой школьный долг, — печально произнес он и посмотрел на Алису огромными оленьими глазами.

Вуд пару секунд боролась с собой, а потом выпалила:

— Дам я вам списать, дам!

Джеймс с горестным всхлипом прижался лбом к её показавшейся коленке, за что получил по башке подушкой и моментально дернул к выходу.

У портрета столкнулся с Бродягой. Тот был уже в кожаной куртке, обмотанный черным шарфом. Кожа и шерсть, мимоходом отметил Джеймс. Удобно для анимагии.

— Что Лунатик? — негромко спросил Джеймс, когда они выбрались в коридор. Неподалеку от гостиной как обычно прохаживался мракоборец и за эти месяцы почти вписался в местный пейзаж. На противоположной от него стороне в уютной нише за окнами сосались какие-то малолетки.