Дни мародёров
Шрифт:
Она растерянно остановилась и пропустила мимо себя пьяных и счастливых близнецов. Следом за ними сквозь толпу к ней пробилась Марлин. Вид у неё был слегка растерзанный.
— Что тут происходит?! — крикнула Лили.
Марлин замотала головой и замахала руками, мол, потом, а сама схватила Лили за руки.
— Лили, нам надо поговорить, давай выйдем отсюда! — крикнула она, пытаясь вытащить Лили за портретный проем.
— Ты не видела Джеймса? — крикнула Лили в свою очередь.
— Лили, пойдем, это очень срочно!
Тут внезапно из толпы вырвалась
— Алиса, да в чем дело?!
— Давай просто выйдем!
И она потащила Лили к лестнице, причем вид у неё был такой, будто она спасает её из пожара, но тут толпа вдруг закричала, заулюлюкала, разразилась хохотом и аплодисментами. Последнее, что увидел Сириус, перед тем, как обернуться — это меняющееся лицо Лили, когда она оглянулась на верхней ступеньке. А потом и он увидел, то, что видела она:, а именно как взъерошенный и пьяный в дымину, полуголый Джеймс сливается в дичайшем поцелуе с Мэри Макдональд.
Он успел увидеть только, как вспыхнуло пламя на лестнице, а затем портретный проем захлопнулся за ней.
Ярость захлестнула мозг.
Оттолкнув от себя Макдональд с её слюнявыми губами, он поскорее выбежал из гостиной.
Ноги слегка заплетались и коридор все время смещался в сторону, но он все ещё мог стоять на ногах.
Лили он нашел в первом попавшемся классе.
Она даже не подумала запереть за собой дверь, просто вжималась в какой-то угол и зажимала рот рукой.
Увидев его, вскинулась, словно лань и попыталась убежать, но не тут-то было. Джеймс поймал её, когда она схватилась за ручку и прижал к двери.
— Ну что, понравилось? — выдохнул он. — Приятное зрелище?
Лили снова рванула прочь, но он не пустил.
— Куда это ты? — поинтересовался он, вжимая её телом в дверь. — Ну так, что, понравилось или нет?
Она упрямо молчала и внимательно глядела на него горящими, зелеными глазами.
Такая красивая, такая невозможно красивая…
Джеймс чуть не застонал — внутренности словно на штопор накручивало, когда он представил, наверное в десятитысячный раз за этот вечер, что именно эта самая Лили, его Лили раздвигала ноги перед Эдгаром Боунсом.
— Ну что ты молчишь? — выдавил он. — Что не спрашиваешь, почему я лизался с Мэри? Или тебе наплевать на меня? Да, Лили? — и он слегка встряхнул её за плечи. — Что ты молчишь?! Мне вернуться к Мэри?!
— Вернись, — яростно прошептала она и чуть сузила глаза, так что её казнящий взгляд вошел в Джеймса словно лезвие. Он невольно разжал руки.
— Я тебе противен. Противен, да? — он засмеялся и вдруг сорвался: — А думаешь мне не противно было узнать, что моя девушка трахалась с Эдгаром Боунсом?! — заорал он вне себя и шарахнул ладонью по двери так, что она приоткрылась и снова закрылась.
Лили распахнула глаза.
— Что? — тихо спросила она.
— Не строй из себя невинную овечку! — крикнул он, обвинительно ткнув в неё пальцем. — Я всё знаю, где вы, и как, и что…
— Кто тебе это сказал, Джеймс?
— Скажи,
— Джеймс, кто тебе сказал? — громче повторила Лили. Голос её дрожал, но Джеймса это только раззадорило.
— «Джеймс, я тебя люблю!», — кривлялся он. — «Джеймс, мы просто уроки делали вместе!», «Джеймс, ты будешь у меня первым!». Никогда бы не подумал, что ты умеешь так здорово врать! Скажи, а что бы ты делала, когда бы мы… о нет, если бы мы все-таки оказались в одной постели? — глаза почему-то защипало и картинка слегка помутнела. — Расскажи, Эванс, мне жутко инте…
— Я тебе не врала! — звонко закричала она, заглушая его голос. Зеленые глаза наполнились слезами, парочка тут же сорвалась и побежала по горящим румянцем щекам. Джеймс вдруг пришел в ужас. Ему захотелось тут же броситься ей в ноги и умолять о прощении, а потом, когда она простит его, просто забыть всё это, подняться с ней наверх и уснуть, потому что, черт возьми, он так безумно хотел спать…
— Почему ты готов поверить посторонним людям, а мне не веришь?! — она протянула к нему руки. — Дже…
Джеймс силой вызвал в сознании картинку: парень и девушка занимаются в траве любовью, у парня светлые кудрявые волосы (лица он не помнил), а девушка стонет от удовольствия и волосы у неё рыжие. Механизм ненависти и ярости снова разогнался, правда нехотя и с трудом.
Джеймс отшатнулся от неё, брезгливо отдернув руки.
— Хочешь сказать, мне солгали? Тогда ответь, ты была с ним в ту ночь после выпускного, или нет? Было у вас с ним, или нет?
Лили молча смотрела в сторону и глаза её всё полнились и полнились слезами, а губы обиженно дрожали.
— Было или нет, Лили?! — заорал он вне себя и вдруг увидел, как она коротко смежила веки и из-под них выкатилась пара слез.
— Понятно, — пролепетал он и сглотнул клубок колючки в горле. — Понятно…
Очень долго они молчали, а потом Эванс вдруг подняла руки и закрыла дрожащими ладонями лицо.
— Ты должна была рассказать мне… — выдавил он. — Ты, а не кто-то другой, — он откинул назад голову, глядя на неё и просто разрываясь от презрения и жалости. — Я думал, ты не такая, как все. А ты просто маленькая, лживая шлюшка. Как все.
Этого Лили уже стерпеть не могла. Вскинув голову и громко всхлипнув, она вдруг шагнула к нему, размахнулась и влепила ему пощечину, да такую, что эхо разлетелось по всему классу.
Джеймс покачнулся и отступил назад.
— Не смей…говорить со мной…в таком тоне…Поттер, — лицо у неё было покрыто розовыми пятнами, волосы растрепались и липли к щекам, но в обожженных глазах было просто море ненависти.
Повисла короткая пауза, а потом…
— Да пошла ты, — прошептал Джеймс и первым вырвался из класса, оглушительно грохнув дверью.